Мой первый гусь

Опубликовано: 7 июня 2018 г.
Рубрики:

«Гусь! Бендер! Крылышко! Шейка! Ножка! Вы знаете, Бендер, как я ловлю гуся?  Я убиваю его, как тореадор, - одним ударом. Это опера, когда я иду на гуся! "Кармен"!..»

«Золотой телёнок. Ильф и Петров

Как моя мама готовила гуся, разумеется, фаршированного и, конечно, в яблоках… Как рассказать об этом, когда слюна выделяется одновременно с мыслью о нем и ты машинально ищешь салфетку, чтобы она не попала на рубашку. Только человек, который ел его у моей мамы, может понять меня. Процесс еды гуся вытеснял все другие чувства, и ты был весь в себе и ел с закрытыми глазами, не отвлекаясь на что-нибудь другое. Это было огромное удовольствие, которое трудно передать словами, если возможно вообще передать. Конечно, была ещё и курица, но гусь…

Моя мама покупала живыми гуся или курицу на базаре и относила птицу к специальному человеку – «резнику», который всё делал по закону кашрута, и дома надо было её только ощипать и приготовить. Но иногда, по разным причинам, «резника» не было на месте, и мама приносила домой живую птицу. Её надо было в первую очередь зарезать, а уж потом ощипать. Вы бы могли это сделать? Я нет. Папа тоже, а о маме я и не говорю. Это была проблема. Но, к счастью, у наших соседей Козловых росли два мальчика-близнеца Витя и Лёня, которые были старше меня на один год. 

Мама давала им один рубль и через десять минут они приносили курицу или гуся уже готовых для дальнейшей готовки. При этом я не видел на их лицах ни малейших моральных проблем, которые так терзали меня в этих случаях. Я сильно сомневаюсь, что они знали законы кашрута, но мы старались не вникать глубоко в этот процесс. А после моего отъезда в Москву, этот вопрос, казалось, навсегда исчез из моей жизни, хотя вкус фаршированного гуся навсегда остался в памяти как одно из самых больших впечатлений. Но жизнь порой тем и интересна, что непредсказуема. 

Гусь вернулся в мою жизнь много лет спустя, когда интеллигенция в нашей стране уже совсем победившего социализма решала, помимо научных, проектных, технических и других вопросов ещё и вопросы сельскохозяйственные - по сбору урожая, которые поставили перед ней родная партия и советское правительство. 

Очень редко, несмотря на отчаянное сопротивление, приходилось решать эти вопросы и мне. Однажды, работая в проектной организации, я был послан во главе небольшой группы из семи человек в колхоз, который находился в глубинке Калужской области. Увы, решая стратегические вопросы продовольствия для всей нашей страны, колхоз не мог прокормить даже нашу немногочисленную группу, и этот вопрос частично нам приходилось решать самим. Приходилось почти ежедневно самим собирать грибы в лесу и жарить их. Это было вкусно, но есть грибы каждый день иногда по два раза подряд уже через несколько дней казалось не так привлекательно. Нужно было что-то придумать… 

Я общался по работе с местным жителем этой деревни Василием, и однажды он разговорился и с хитрой улыбкой, зная о наших проблемах, посоветовал украсть гуся. Надо сказать, что гусей у колхозников было много, они безбоязненно гуляли везде, и каждый хозяин помечал их каким-то знаком. 

Мы, естественно, эти знаки читать не могли. Идея показалась мне весьма заманчивой, и я поделился ею с двумя своими сотрудниками, которые, постоянно пребывая в полуголодном состоянии, меня поддержали безоговорочно. На следующий день, подгоняемые желанием поесть, мы двинулись на охоту, вспоминая как это делал Паниковский в «Золотом телёнке» Ильфа и Петрова: 

«Бендер! Он гуляет по дороге. Гусь! Эта дивная птица гуляет, а я стою и делаю вид, что это меня не касается. Он подходит. Сейчас он будет на меня шипеть. Эти птицы думают, что они сильнее всех, и в этом их слабая сторона. Бендер! В этом их слабая сторона!.. Теперь нарушитель конвенции почти пел: - Он идет на меня и шипит, как граммофон. Но я не из робкого десятка, Бендер. Другой бы на моем месте убежал, а я стою и жду. Вот он подходит и протягивает шею, белую гусиную шею с желтым клювом. Он хочет меня укусить. Заметьте, Бендер, моральное преимущество на моей стороне. Не я на него нападаю, он на меня нападает. И тут, в порядке самозащиты, я его хвата...» 

Мы работали точно по инструкции, описанной великими классиками. Я выдвинулся немного вперед, как бы вызывая встретившегося нам на пути гуся на поединок, но не нападая на него. Он, видимо, решил, что я боюсь его, зашипел и пошел в атаку. Глупый, глупый гусь. Ты, наверное, считал, что твой хозяин кормит и лелеет тебя, потому что ты такой красавец. Ты сильно ошибался, дорогой. 

Хозяин кормил тебя для того, чтобы ты вырос и набрал больше веса, а потом он бы тебя непременно съел – не сомневайся. Но тебе не повезло ещё больше. На твоём пути оказались три советских полуголодных инженера, которым, для восстановления потраченных на сельскохозяйственных работах сил требовалась еда. В связи с этим вполне миролюбивые люди, уважающие частную собственность, были вынуждены вспомнить, что они ещё и хищники. Нет, нет, ничего личного – только чувство голода заставило их выйти против тебя. А тебе бы, гусь, бежать бы при виде трёх голодных мужиков, но ты, видно, решил, что ты сильнее и поэтому никого не боишься. 

Это была твоя тактическая ошибка, которая стоила тебе жизни. Я схватил тебя за тело, а сотрудники быстро свернули шею. Ничего не поделаешь – такова жизнь. Так я впервые в жизни в составе группы совершил убийство - гуся, который мне не принадлежал. Конечно, на знаки, которые свидетельствовали о его принадлежности кому- то, мы внимания не обращали. После убийства мы принесли гуся в нашу комнату, и женщины приступили к его ощипыванию. Вдруг один из сотрудников, попросил меня посмотреть в окно. 

Я увидел невдалеке от нашего дома Василия, который, с озабоченным видом, быстрым шагом направлялся в нашу сторону. Предчувствуя что-то нехорошее, я попросил женщин спрятать гуся в печку и аккуратно убрать вокруг. Василий вошёл в нашу комнату и стал ходить по ней, явно надеясь что-то найти, но всё было тщетно. Я спросил его, что он ищет, и в ответ услышал – гуся. Увы, ему ничего не удалось найти, и он ушёл ни с чем. Наверное, это была его птица, но сделать уже было ничего нельзя. Как иногда опасно давать советы. 

Ночью мы приготовили гуся, и под покровом темноты вся группа съела его с большим удовольствием. Но у мамы он был намного вкуснее, да и скрывать гуся было совсем не нужно…