В Бостоне поставлен мюзикл о Франсуа Вийоне

Опубликовано: 11 мая 2018 г.
Рубрики:

21 апреля на сцене Бостонского «Театра на крыше» (худ. рук. Людмила Старобинец) состоялась премьера музыкального спектакля «Ты не можешь остаться, Франсуа Вийон», жанр которого в программе обозначен как «Эскиз Драматического Мюзикла». 

Режиссѐр Евгения Хазанова не впервые прикоснулась к имени самобытного французского поэта 15-го столетия, сочинителя баллад и песен, «короля бродяг» Франсуа Вийона. В 2003 году ею была осуществлена постановка этого мюзикла о жизни и творчестве Вийона на сцене Театра Эстрады в С-Петербурге (Россия). На вопрос: «Понравился ли Вам спектакль?», я бы ответила: «В целом, да». 

Постараюсь, как можно убедительнее, объяснить, почему «в целом» и поделиться своими первыми и, безусловно, субъективными впечатлениями. 

 Сразу же надо сказать, что Евгения Хазанова и ее артисты взялись за трудноподъѐмную тему - театральными средствами приблизить к нам события давно ушедшей эпохи и воссоздать образ Вийона - человека особой судьбы, прожившего многострадальную жизнь и пользовавшегося у современников репутацией поэта-разбойника. 

В результате задача, поставленная режиссером, - объединить в единое целое видеофрагменты из еѐ же мюзикла и тексты стихов и песен Вийоиа, вынесенные на специальный экран, с собственно сценическим действием - несомненно выполнена. И это придаѐт спектаклю современное звучание. 

 Писать об общем вкладе Евгении Хазановой в этот спектакль можно много, но обойти молчанием главное значило бы недоооценить еѐ заслуги, ибо здесь она продемонстрировала не только свое режиссерское мастерство, но и уверенно выступила в других ипостасях: и как автор сценария, и как композитор-аранжировщик музыки, и, что совсем неожиданно, как исполнительница заглавной роли. 

В ее сценическом детище много интересных находок, трансформаций, а также, точных - по тону и раскрытию текстовых смыслов - сцен. Это полностью авторский спектакль. По форме и сценическим приемам спектакль отсылает нас к режиссерскому театру Всеволода Мейерхольда и эстрадным спектаклям Аркадия Райкина. Четыре стула, один столик, меняющиеся костюмы/шляпы и несколько предметов реквизита - вот и весь набор сценической мебели и аксессуаров. 

Первое, за что сразу же цепляется зрительское внимание, это то, что все роли исполнители читают с листа, хотя при этом не остаются статичны. К такому режиссѐрскому ходу можно относиться по-разному, но он был принят далеко не случайно, а продиктован большим объѐмом текста в руках исполнителей. 

Самых добрых слов заслуживают артисты : вчетвером они исполнили 23 роли. Уму это непостижимо! Узнавание героев (кто есть кто ?) было подсказано зрителю разнообразным цветовым решением костюмов, совпадающим по цветовой гамме с костюмами в мюзикле 2003 года, фрагменты с песнями из которого мы видели на экране сбоку. 

 По задумке режиссѐра действующие лица должны были виртуозно набрасывать на себя однотонные по цвету плащи и шляпы и менять их по ходу действия почти на глазах у зрителей (для чего перед задником с обеих сторон были поставлены 2 широких вешалки). 

В силу разных обстоятельств (возраста и недостаточности сценических навыков у исполнителей) иногда заданный темп в спектакле нарушался. Однако атмосфера в зрительном зале была настолько дружелюбной, что подобные огрехи просто не замечались. Пришедшая на спектакль публика априори доверяла таланту Евгении Хазановой – человеку исключительного творческого энтузиазма, фанатично преданному музыке и театру. 

 На ряде режиссѐрских находок стоит остановиться особо. Уже Пролог с его ритмичными жестами-отбивками реплик исполнителей, ассоциирующихся с хлестанием плѐтками Вийона, сразу и всецело забирал в плен зрителей. 

Надо было только видеть (ибо представить это почти невозможно) сцены с фирменными передниками Проституток, «раздевающими» их почти догола. Не лишена глубокого смысла и актуальности другая сцена – с двумя оживающими Иконами (в тех же самых передниках) во время звучания песни «Вийон в церкви». 

Минимализм в сценографии: а именно 4 стула и их превращение то в окно Церкви, то в кровать Короля, то в трон Герцога или в стул Епископа также был удачно обыгран исполнителями. Получил своѐ художественное решение и свет, разный для каждой сцены (свет и звук – Евгений Верниковский). 

 Спектакль очень музыкальный. Это же мюзикл! Одних только песен заявлено около 30. К сожалению, вокальный исполнительский профессионализм был продемонстрирован лишь во фрагментах мюзикла на экране. На сцене вокально прозвучало только исполнение «а капелла» Вийоном (Евгенией Хазановой) одного куплета известной «Молитвы» Булата Окуджавы. 

 Юмор и острая пародия присутствовали в песнях 2-х разных по стилю Поэтов (в сцене Турнира у Карла Орлеанского), которые в своей манере исполнил Марк Чульский. Получили зрительский отклик и исполненные им роли Маленького Жана, священника Сермуаза, Короля Рене, Епископа Д'Оссиньи и др. 

Достоверны были и персонажи в исполнении Нины Басаниной (Катрин, Перетта, Служанка, и др.). Интересно были сыграны герои Ефима Сомина (Коллен, Карл Орлеанский, Гонтье, Палач и др.). Наиболее убедительно представлена и логически-интонационно осмыслена роль Франсуа Вийона, исполненная Евгенией Хазановой. Достаточно колоритно выглядела на сцене и еѐ Марго. 

 Непродуктивно было бы называть всех действующих лиц из списка исполнителей и давать им оценку. Больший резон, скорее, в вынесении на обсуждение ряда конкретных соображений и пожеланий: безусловно облегчило бы задачу постановщика и артистов сокращение общего объѐма сценического и экранного текстов. 

На будущее - более взвешенно подойти к обращению артистов с текстом, из-за привязанности к которому часто пропадало общение между партнѐрами (что, как известно, святая святых в театре); не во всех случаях убедительна попытка перевоплощения артиста в образ лишь с помощью изменения голоса (что следует делать или мастерски, или не делать вовсе); имело бы смысл ужать и решить в условной манере сцену пыток Вийона, что придало бы динамику действию; нельзя оставить без внимания и такие вещи, как невнятность и поспешность в произнесении некоторых фрагментов текста, которые почти неизбежны в таком сложном спектакле, и к тому же в премьерном. 

 Бесспорно украсили бы и внесли свою лепту в заданный темпо-ритм спектакля такие игровые моменты, как неожиданные и парадоксальные, возможно, даже скульптурные позы или незамысловатые танцевальные па и т.п. (жанр позволяет). Не случайно же сцены с Королѐм Рене («Песня про Пастушку», и «Дуэт Короля Рене и Гонтье»), а также эпизод с пародией на современных Поэтов вызвали такую живую и адекватную реакцию зала. Эта сцена особенно пришлась по душе зрителям. Они единодушно хлопали и смеялись. 

 Полагаю, что спектакль выиграл бы, если бы в роли Вийона выходил на сцену опытный Актѐр-Мужчина. Это было бы и привычнее и убедительнее. Театральный коллектив продолжает работу над спектаклем, и ждѐт кандидатов на роль Вийона и 2-3-х человек на ряд другие ролей, а также 2 помощниц для переодеваний актѐров за кулисами  . 

Евгении Хазановой, при всѐм еѐ природном артистизме и общекультурном багаже (достаточно сказать, что Евгения не только профессиональный театральный режиссѐр, а ещѐ и профессиональный музыкант, и поэтому музыка была на должной высоте) есть ещѐ куда направить свою творческую энергию. 

Вместо эпилога. «Эскиз Драматического мюзикла» (с одним антрактом) держал зрителя в напряжении в течение 3-х часов при переполненном зале. Артисты, счастливые и подуставшие, вышли на поклон под громкие и долгие аплодисменты. Общее возбуждение, цветы, поздравления, а также обмен мнениями в фойе и за буфетными столиками свидетельствовали о том, что этот драматический мюзикл, несмотря на все его недочѐты, состоялся ! Пожелаем же ему расти и жить дальше!