Кинообозрение от Элеоноры Мандалян. Ее величество актриса

Опубликовано: 29 ноября 2017 г.
Рубрики:

Это не совсем кинообозрение, скорее – рассказ и размышления об одной конкретной личности, Джуди Денч, навеянные сыгранными ею ролями, особенно последней – в кинодраме Victoria and Abdul, где актрисе, как и ее героине, уже перевалило за восемьдесят. 

 Не родись красивой...

 

Всей своей блистательной жизнью Джуди доказала, что для того, чтобы добиться успеха, всеобщего признания и любви, женщине не обязательно быть сногсшибательной красавицей с копной сияющих волос и с ногами «от ушей». Более того – ей не обязательно быть молодой и сексуальной. Но при одном условии – если у нее есть подлинный, Богом данный талант, сильный характер и вера в себя, в чем собственно и заключен феномен Джуди Денч.

Ее и в молодости нельзя было назвать красивой – не отличалась ни лицом, ни фигурой, что не помешало ей, однако, сыграть Офелию и Джульетту. Да так сыграть, что это навсегда запечатлелось в истории английского театра. Потому что красота внутренняя ей вполне заменяет красоту внешнюю.

Родилась Джуди в конце 1934 года, в «старом» Йорке, в семье очень колоритного и общительного доктора Реджинальда Денча, работавшего врачом в Йоркском королевском театре. Именно там и тогда, часто оказываясь вместе с матерью, Оливией, за кулисами, маленькая девочка и вобрала в себя страсть к театру, пронеся ее сквозь всю свою жизнь.

Театр имеет свое особое очарование – бесценное и волнующее общение с живыми актерами, дарящее зрителю эффект сопричастности. А для актера бесценно присутствие зрителя, его реакции. Дыхание зала, улыбки зала, его взволнованное или восторженное замирание, ну и конечно аплодисменты, еще лучше – овация. В театре актер, перевоплощаясь в своего героя, проигрывает роль от начала и до конца. 

Другое дело – кинематограф. Количество зрителей в нем несоизмеримо больше. Ведь хороший фильм гуляет по всему миру. Но и специфика там другая. Перед актером на съемочной площадке уже не восторженная, ловящая каждое слово публика, а нервный, частенько срывающийся на крик режиссер, наплывающие черные дыры камер, слепящие глаза софиты, суетливые гримеры, костюмеры, декораторы и бесцеремонно щелкающая перед носом «хлопушка», отсчитывающая дубли, заставляющая снова и снова проигрывать одно и то же. Здесь нет и не может быть ощущения непрерывности действия. Сцены и эпизоды рваные, между собой не связанные. Зато – отыграл энное количество часов в этом творческом аду, и, возможно, уже на следующий день после выхода фильма тебя узнает весь мир. А если очень повезет, то не только узнает, но и полюбит.

Не устояла перед бенефитами кинематографа и театральная актриса Джуди Денч. А кинематограф и кинозритель не устояли перед ее талантом. Правда, произошло это далеко-далеко не сразу. И не в молодости, как у с подавляющего большинства киноактрис, что уже само по себе, как явление уникально. 

Первые несколько сыгранных ею эпизодических ролей практически остались незамеченными. И только в 1994-м шестидесятилетняя Джуди вытянула свой счастливый билет. В производство был запущен семнадцатый фильм «бондианы» – «Золотой глаз». Шел подбор актеров. В числе прочих искали свежий персонаж на роль могущественного босса суперагента «007», под псевдонимом М (генерального директора MI5 – секретной службы безопасности Британской контрразведки), которым во всех предыдущих сериях был мужчина. На сей раз авторы фильма решили поменять ракурс и превратить М в женщину. На кастинге была выбрана Джуди Денч, как прообраз действовавшей на тот период реальной главы реальной секретной службы UK, Стеллы Римингтон, ее ровесницы. 

То, что в роли начальника всеми обожаемого Бонда должна появиться женщина, поначалу возмутило и шокировало фанатов киногероя. Возмущались и театральные зрители-шекспироманы, расценившие «выходку» Денч как предательство и измену высокому искусству. Но она сумела заставить и тех, и других не только умолкнуть, но и полюбить ее новый, не свойственный ей персонаж.

Из всех уже отснятых серий о Джеймсе Бонде именно этот фильм, с покорившим зрителя Пирсом Броснаном, впервые сыгравшим «агента 007», оказался наиболее удачным, кассовым и востребованным. А вместе с ним и небольшая, но запоминающаяся роль Джуди – ироничной, волевой и немного таинственной дамы. Она так понравилась критикам и продюсерам, что актрису сделали бессменным боссом Бонда в последующих семи сериях, пока ее героиня трагически не погибла в «Координатах «Скайфолл», в 2012-м. 17 лет «возглавлять» британские секретные службы! Стаж более чем солидный, за который актрисе надо бы начислить «национальную пенсию» – фиктивную, разумеется. 

В промежутках между сериями «бондианы» Денч теперь уже была нарасхват. Она охотно принимала предложения, но оставалась верной себе, отдавая предпочтение театру, считая себя, в первую очередь, театральной актрисой. Во вторую – актрисой телевидения. И только в третью – кино. 

 

 Взошедшая на престол

 

Подлинный взлет и всенациональную любовь принес ей и окончательно за ней закрепил фильм британского режиссера Джона Мэддена «Миссис Браун», где Джуди снялась в главной, весьма выигрышной для себя роли королевы Виктории, самой сильной, как было заявлено, женщины в мире. Ведь именно сильные, волевые личности – ее конек и фишка. Фильм имел оглушительный успех (я еще вернусь к нему), а 63-летняя Джуди Денч засияла звездой первой величины. 

Королевская корона ей явно пришлась впору – на следующий год Мэдден предложил Джуди «повторить эксперимент», на сей раз попробовав себя в роли Елизаветы I – в его новом фильме-мелодраме «Влюбленный Шекспир», с Джозефом Файнсом и Гвинет Пэлтроу. То была роль второго плана, занявшая всего восемь минут экранного времени. Но именно она окончательно закрепила за Джуди титул «Ее величества актрисы», «королевы английского экрана», украсившейся к тому же американским Оскаром. В целом фильм получил семь Оскаров при тринадцати номинациях. 

Нет, конечно, Джуди играла не только королев и известных женщин, типа Айрис Мёрдок (английской писательницы и философа, в фильме «Айрис»), но и «простых смертных», внося в каждый, доверенный ей образ свою особую естественность и глубину. «Многие почему-то уверены, что я способна играть только властных угрюмых баб», - посмеивается она, с головой окунаясь в какую-нибудь невероятную, даже с виду несуразную роль и с легкостью превращая ее в высокое искусство. Пример тому – Филомена Ли в фильме «Филомена». Обычная ирландская женщина, одинокая и несчастная, поставившая перед собой цель отыскать своего сына, которого отобрали у нее монахини в монастыре сразу после его рождения и отдали на усыновление в Америку. На поиски уходит добрых полвека... Джуди назвала свою Филомену «безумно смешной и приятной», и, как всегда, собрала богатую жатву наград и признаний. 

Приведу понравившийся мне отзыв обыкновенной зрительницы: «Тихой сапой, абсолютно не навязываясь и стараясь держаться в тени, к концу фильма Филомена заполняет собой всю историю. И мы уже не замечаем ее дурацкой прически. И с ней уже не хочется расставаться. Такая она становится родная».

Аристократизм и непосредственность, искренность и глубина, продуманный и ненаигранный тонкий психологизм, естественность, стирающая грань между «фикцией» и реальностью – вот те качества, что определяют неизменный успех актрисы, а вместе с ним и успех всего фильма, в котором она задействована. И режиссер, приглашающий Денч на роль, заранее на это рассчитывает.

 

 В обнимку с омаром

 

Джуди – женщина самодостаточная. Она знает, чего хочет. Правда, не все и не всегда получается. Ей хотелось иметь много детей, но у нее «лишь одна-единственная дочь» - Тара. Зато она «удалась на славу». Таре сегодня 45, и она известна, как актриса Финти Вильямс. «Кроме того, у меня замечательный внук, – говорит Джуди (внука зовут Сэм, ему 19), – 13 крестников и много животных. – (Речь идет о собаке, семи кошках, двух хомяках и золотых рыбках, которых она держит у себя дома.) – Так что жаловаться мне не на что.» 

Отцом дочери был актер Майкл Уильямс. Они познакомились в театре, в 1971-м, поженились, когда ей было уже 37, и прожили счастливо 30 лет, пока тяжелая болезнь не забрала его. Джуди, совсем как королева Виктория, много лет носила по нему траур, не на теле – в душе. И казалось, что это уже навсегда. Но 9 лет спустя в жизни 76-летней актрисы появился другой мужчина. 

Тогда, в 2010-м, он пригласил ее на открытие домика для белок в зоопарке английского города Суррея. С тех пор они живут вместе, вполне довольные друг другом.

«Я и думать не могла, что найду новую любовь после смерти мужа, - откровенничает Джуди. – Я была совершенно не готова к тому, что со мной это может произойти... Тем не менее, все совершенно чудесно!» И в другом интервью: «Да, у меня есть прекрасный веселый друг. Я не называю его партнером, мне не нравится это слово. Партнеры бывают в танцах. А Дэвида я считаю своим «парнем». 

Ее «парень», Дэвид Миллз, состоятельный активист движения защитников природы, на восемь лет моложе ее, но они, по ее словам, по сей день чувствуют себя влюбленными подростками. Довольно безбашенными, надо бы добавить.

В свой 80-летний юбилейный год актриса – по собственной ли инициативе или по просьбе своего «зеленого парня» – согласилась на фотосессию для Фонда защиты морских обитателей (Blue Marine Foundation), отстаивающего права истребляемых «лобстеров». Об одежде там речи не шло. Наготу Ее величество актриса прикрыла омаром, посадив его себе на грудь и кокетливо выглядывая сквозь раскрытую клешню... То была не самая смелая выходка озорного «достояния нации», она выкидывала фортели и покруче. Но если рассказать об этом, то можно скатиться и в «желтую прессу».

 

 Виндзорская вдова

 

Вернемся, однако, к тому, с чего начали – к «Виктории и Абдулу», американо-британскому фильму, снятому по роману английской писательницы Шрабани Басу, в котором Джуди Денч снова перевоплотилась в Викторию – с перерывом в 20 лет после «Миссис Браун». (Его мировая премьера состоялась 3 сентября на Международном кинофестивале в Венеции, он идет в кинотеатрах Америки, а в России вышел на экраны 14 ноября.) В основу фильма лег двусмысленный и далеко не ключевой эпизод из жизни самой – на ту пору – «долгоиграющей» королевы Англии, трактуемый весьма деликатно, но однозначно ее компрометирующий. Думаю, беглый экскурс в историю не помешает и не будет выглядеть отступлением. Ведь две престарелые леди – Джуди и Виктория, сплелись для нас на экране в единое целое.

 

Виктория родилась в 1819 году. В 18 – взошла на престол. К 20 годам сама выбрала себе спутника жизни и вышла замуж за высокого, статного, всесторонне образованного красавца Альберта (сына герцога Саксен-Кобург-Готского). Их альянс оказался безупречным, что довольно нетрадиционно для королевских пар. Они подарили своей стране девять высокородных отпрысков и 42 внука. 

В 41 год королева потеряла горячо любимого мужа – принц Альберт умер от брюшного тифа. Она тяжело переживала утрату, и оставшиеся 40 лет своей жизни не снимала траур, одеваясь только в черное. Траур годами сохранялся и в Виндзорском замке, где она была счастлива и где овдовела, за что народ прозвал скорбящую королеву «виндзорской вдовой». 

Было у нее и другое прозвище – «Бабушка Европы». Сильная, волевая и умная женщина, верная, любящая жена и многодетная мать, Виктория была и великой монархиней. Она восседала на престоле 63 с половиной года (Елизавета II – единственная, кому удалось побить сей рекорд), добавив к титулу королевы Великобритании королеву Ирландии, и императрицу Индии. Период ее правления, за который огромная Британская империя достигла наивысшего расцвета и могущества, распространив свое влияние на добрую четверть земного шара, вошел в историю как Викторианская эпоха. 

При жизни ее обожала и боготворила вся страна, о ней с неизменным почтением и благодарностью вспоминают потомки. Где только и в чем только не запечатлено ее имя. Что же касается приписываемых ей во времена вдовства двух фаворитов, так у кого из королей или королев их не бывало.

 О любимой монархине снимают фильмы: «Виктория Великая» (1937), Великобритания; «Молодые годы королевы» (1954), Австрия; «Ее величество Миссис Браун» (1997), Великобритания; «Виктория и Альберт» (2001), Великобритания, США; «Молодая Виктория» (2009), Великобритания, США. И теперь вот – «Виктория и Абдул». В этих фильмах ее играли лучшие актрисы: Анна Нигл, Алена Делона Роми Шнайдер, Виктория Хэмилтон, Эмили Блант. Самой великовозрастной из них стала Джуди Денч, в обоих своих фильмах воплотившая королеву последнего периода ее жизни. 

Джуди удалось передать главное – масштабность и величие властолюбивой монархини, ее несгибаемый внутренний стержень. И уже на этом фоне – одиночество разбитой женской души, жаждущей тепла и участия, возможности опереться на руку верного друга. Такое сплетение чувств и характера, эмоций и обязательств стареющей, но не сдавшейся женщины, со всем многообразием граней, где каждая сверкает по-своему, могла, наверное, показать только Денч.

После смерти принца Альберта, в 1860-ые, придворные вызвали ко двору его бывшего шотландского слугу, Джона Брауна, чтобы тот попытался вывести королеву из состояния слишком затянувшейся скорби и вернуть ее к делам государственным. Шотландцу это в какой-то степени удалось. Траур королева не сняла, но духом воспряла. Джон стал ее близким, доверенным другом и надежной опорой на 20 с лишним лет – до самой своей смерти, о чем и напомнила нам Джуди Денч, сильно и ярко сыграв королеву в фильме «Ее величество миссис Браун». (Или просто «Миссис Браун», как называли между собой Викторию злобствующие придворные.) 

 

 Джуди-Виктория и Абдул

 

Новый фаворит, Абдул Карим, нежданно-негаданно появился у виндзорской вдовы сам, четыре года спустя после того, как «миссис Браун» «вторично овдовела». Случилось это летом 1887 года. Вся Британская империя праздновала Золотой юбилей королевы – пятидесятую годовщину ее правления. К тому времени Виктория уже сильно располнела, став, в буквальном смысле, «поперек себя шире» (при 157 см роста, с годами заметно уменьшившегося, она набрала168 см в обхвате). 

Торжественный банкет во дворце был организован пышный, с размахом. Среди приглашенных полсотни королей и принцев. Как императрице Индии, ей прислали несколько индусов-официантов, чтобы на юбилее они обслуживали ее лично. 24-летний мусульманин Абдул был одним из них. 

С первого взгляда Виктория «положила на него глаз». И очень скоро он стал ее тайным поверенным, секретарем по делам Индии, личным учителем своего родного языка и ведической культуры. А главное – ее близким и любимым другом, с которым она практически не разлучалась, беря его с собой даже в поездки, что вызывало кривотолки и недовольство при дворе. Ее министры грозились даже объявить королеву безумной, если она не образумится. Молодого индуса, одеянием похожего на попугая, не воспринимали всерьез и одновременно ненавидели, над ним потешались. Но он продержался при своей императрице около пяти лет, щедро получая от нее награды, звания, подарки. Английские историки, из уважения к заслугам королевы, предпочитают считать этот странный союз «обоюдоискренней» и безгрешной дружбой, основанной на духовной близости. Что было меж ними на самом деле – покрыто мраком неизвестности. Да и не суть важно.

Десять лет спустя, в 1897-м, с еще большим размахом отмечался Брилиантовый юбилей – 60 лет правления королевы и императрицы. К тому времени королева серьезно болела, а Абдул уже несколько лет как вернулся в Индию, на подаренные ею земли. Виктория умерла в начале 1901 года, в возрасте 82 лет. 

До последнего вздоха она носила в душе тех, кого любила и, предчувствуя близкую смерть, попросила свою горничную положить с ней в гроб халат Альберта и гипсовый слепок его руки. А ей в ладонь – прядь волос Джона Брауна, его изображение и подаренное им фамильное кольцо, задекорировав все цветами. Что же касается Абдула Карима, то во время похорон ему надлежало находиться у ее гроба среди основных скорбящих. Абдул исполнил волю императрицы. А после похорон его из страны выдворили, заставив уничтожить все письма, адресованные ему Викторией, и вернуть все ее подарки... 

Это был не пересказ сюжета фильма, а общеизвестные данные – в основном из бесчисленных дневников королевы, которые она вела с детства всю свою жизнь. В какой интерпретации они преподнесены зрителю в кинодраме «Виктория и Абдул» – можно узнать, посмотрев фильм. А посмотреть однозначно стоит – хотя бы из-за Джуди Денч.

Отмечу только, что в фильме нельзя не заметить «легкого» исторического несоответствия. По задумке сценариста Ли Холла и режиссера Стивена Фрирза, 80-летняя Джуди сыграла королеву конца ее правления, дышащую на ладан, засыпающую за банкетным столом. Настолько старую, что придворные были готовы скорее к ее кончине чем к тому, что эта хромая, подслеповатая и непомерно раздобревшая монархиня влюбится в безродного чужака-мусульманина экзотической наружности, годившегося ей во внуки. В начале фильма Джуди-Виктория проговаривает: «Мне 81 год, у меня почти миллиард подданных, я правлю уже 62 года – дольше, чем любой другой монарх в истории...» 

Но ведь на самом-то деле 24-летний индус Абдул Карим (в фильме его сыграл индийский актер Али Фазал) появился в жизни королевы не в постбриллиантовый период, а на Золотой юбилей ее правления, то есть когда ей было 68 лет и впереди у нее еще оставалось 13 лет жизни. Конечно, такое отступление усугубляет зрительское восприятие возрастного разрыва между героями, но и нарушает историческую достоверность. Фильм-то был заявлен как биографический. 

Кстати сказать, в «Миссис Браун» Виктория, в интерпретации 60-летней Денч, тоже слишком «застарена». Невольно закрадывается подозрение: а не подгоняют ли вторично великую королеву под возраст беспроигрышной актрисы?

 

 Достояние нации

 

Да, Джуди Денч уже давно немолода, но ее огромный талант, ее внутренний аристократизм и высокий статус по-прежнему при ней. Большинство актрис нашего времени, не желая расставаться с тем, что имели в период своего расцвета, попросту говоря, не желая стареть, злоупотребляют пластической хирургией, накачивают свое лицо ботоксом, а тело – силиконом. Но сцене и экрану нужны не только молодые. Вот тут-то и выступает на первое место Джуди. Обретя известность уже, так сказать, в пенсионном возрасте, когда карьера других уже прекращалась, она сумела по сей день сохранить свой имидж, прочно занимая одной ей доступную нишу. Сыгранные ею королевские роли тому наглядный пример.

Она ненавидит слова «старость» и «пенсия», не разрешая произносить их у себя дома. «Не говорите, что я уже слишком стара, чтобы пробовать что-то новое. Дайте мне шанс.»

Джуди никогда не прибегала к пластической хирургии. Она натуральна, она такая, какая есть. Она не стыдится своих морщин и провисшей под подбородком кожи. Более того – она считает их «фактором успеха». И не она одна – продюсеры, режиссеры, а за ними и зрители увидели в ее благородной, величественной старости «отражение духа исторической Британии».

К сожалению, кинематограф поздно открыл для себя и для нас эту незаурядную личность. Но упущенное было наверстано с лихвой – за плечами Денч участие в доброй сотне фильмов. В дюжине из них ею были сыграны главные роли. Наград и номинаций у нее так много, что их невозможно перечислить. Зато театру она принадлежит смолоду, всю свою жизнь. Театр – ее подлинная стихия.

Обожая рассказывать о себе всякие «забавности», она как-то шутя поведала, какую из своих ролей считает самой первой: «Когда мне было пять лет, на школьном утреннике я изображала улитку. На мне был коричневый костюмчик и трико, а отец смастерил для меня огромную раковину, с которой я и ползала взад-вперед по сцене».

Она по-прежнему играет на сцене – в том самом лондонском театре Old Vic Company, в котором в 1957-м дебютировала, благо в шекспировских пьесах есть не только Офелии и Джульетты, а англичане буквально помешаны на Шекспире. «За свою долгую карьеру, - говорит Джуди, - я сыграла практически все женские роли из шекспировских пьес.» И добавляет: «Я не помню слова ни одной пьесы другого автора, но Шекспира могу цитировать целыми страницами». 

Восемь раз Денч получала самую высокую театральную награду Соединенного Королевства – Премию Лоуренса Оливье (ни у кого не было больше). В прошлом году она в очередной раз выиграла премию The Critics Circle Theatre Awards – за роль Паулины в постановке пьесы Шекспира «Зимняя сказка». Ее называют лучшей театральной актрисой всех времён (по версии газеты The Stage), национальным достоянием Великобритании, к чему сама она относится с долей иронического скепсиса: «Достояние нации? Ненавижу этот ярлык, он пахнет пыльным шкафом.» (Мы бы сказали: «нафталином».)

В нынешнем году «Ее величество актриса», подобно королеве Виктории и Елизавете II, отметила свой «Бриллиантовый юбилей» - 60 лет на театральной сцене.

Каждая ее новая роль становится явлением, принимается на ура, отчего Джуди с годами все острее ощущает свою ответственность перед зрителем.

«Чем большего ты достиг, тем большего от тебя ждут, – размышляет она вслух. – Если у тебя за спиной долгая карьера, и зрители связывают с твоим именем какие-то сильные впечатления, в каждой новой роли они ожидают от тебя чего-то еще более грандиозного. Так что с каждым разом выходить на сцену или сниматься становится всё страшнее. Но я использую этот страх как топливо, как горючее. Страх для меня – синоним энергии. Он должен мобилизовывать, а не парализовывать. Но самое страшное – это когда актеры без всякого волнения выходят на сцену и начинают механически произносить свой текст. Когда я замечу, что это происходит со мной, я немедленно покину профессию.»

Помимо бесчисленных наград и номинаций в сфере театра и кино, достижения актрисы отмечены и самой королевой Великобритании. Денч – Офицер Ордена Британской Империи, Кавалер ордена Кавалеров Почёта, имеет рыцарское звание, как Дама-Командор. Она включена в члены Британского Института Кино (British Film Institute).

 

 Carpe Diem

 

Джуди мужественно сражается с неумолимым и безжалостным временем, стремясь доказать всем и самой себе, в первую очередь, что возраст ей не помеха. И все же не только играть, но и нормально жить ей становится все труднее. Несколько лет назад актриса призналась, что у нее неизлечимое заболевание сетчатки глаза, при котором периферическое зрение сохраняется, но перед собой она практически ничего и никого не видит. Чтобы она могла ознакомиться со сценарием, выучить свою роль, текст для нее печатают гигантскими буквами, переводят в аудиозапись, или кто-то из близких читает его вслух. А если добавить к таким серьезным проблемам со зрением прогрессирующий склероз, то... «Безумству храбрых поем мы славу». 

Но не будем ее слишком канонизировать. При всех своих регалиях, талантах и достоинствах, Джуди прежде всего женщина. В одних случаях она мудро заявляет, что признание и награды для нее – всего лишь «побочный эффект», что слава ее ни с какой стороны не интересует, только сам творческий процесс. В других – что она кайфует от славы, от того, что ее узнают на улице и просят автограф даже подростки. («Сейчас двенадцатилетние мальчики спрашивают меня: Это вы снимались в Джеймсе Бонде? Дайте, пожалуйста, автограф. Обожаю это!») Или вот такой пассаж: «Власть меня пьянит. Например, в роли М мне было позволено командовать Джеймсом Бондом и унижать самого известного мачо в истории кино».

В свои «восемьдесят с хвостиком» она не стесняется рассказывать о сексе со своим «парнем», рекомендуя и всем своим однолеткам следовать ее примеру. А еще, коли не шутит (ведь Джуди – дама ироничная, умная и с юмором), она «западает» на молоденьких мужчин, заявляя, что снова согласилась на роль королевы Виктории потому, что партнером ее был 30-летний красавчик-индус. (И ведь разглядела при том, что уже почти не видит.) 

Парадокс и трагедия старости, наверное, в том, что тело стареет, а душа остается по-прежнему молодой, и мы вынуждены запрятывать все глубже свои сокровенные мечты и желания, чтобы не выглядеть смешными. Джуди ничего не прячет и не скрывает (разве что под омаром). Она нашла в себе храбрость и мужество оставаться такой, какая есть. И гордится этим, обыгрывая собственную исключительность: «Мне очень легко оставаться вне конкуренции. В мире не так много женщин моего возраста, которые продолжают сниматься.» 

Она не скрывает не только своих морщин и седин, но и проблем со здоровьем, даже свой искусственный коленный сустав: «Я все еще способна на что-то новое, – с присущей ей самоиронией объявляет она. – Вот, например, это колено. Оно у меня действительно новое – титановое. Почему-то при ходьбе оно очень быстро нагревается, и если у меня мерзнут руки, я просто кладу их на колено .» 

У нее есть девиз, которым она руководствуется всю жизнь: Carpe Diem (что в переводе с латыни означает «Живи настоящим» или «Лови момент»). В прошлом году, на свой 81-ый день рождения, она решила его «обнародовать» – в качестве татуировки, которую сделала на запястье. 

За последний год у Джуди-женщины, похоже, не только домашних животных поубавилось, но и уменьшилось присутствие влюбленного в нее «парня»: «Я живу в деревне на границе Кента, Суссекса и Суррея, – сообщает она. – Иногда меня навещает дочь с внуком, но чаще в этом старом доме я одна – со своей собакой, двумя кошками и чрезмерно активной золотой рыбкой.» 

Закончу рассказ о неподражаемой и неподдельной Джуди Денч ее же словами, оброненными недавно в каком-то интервью: 

- Возможно, когда-нибудь я снова вернусь в театр – но уже как привидение. Это будет очень по-шекспировски.