«Тропинка в картину» - книга для всей семьи.  Беседа культуролога Гаяны Абрамян с  автором книги Верой Чайковской 

Опубликовано: 21 ноября 2017 г.
Рубрики:

Гаяна Абрамян: Вера Исааковна, Вы пишете преимущественно на взрослую аудиторию. Это монографии о русском искусстве, а также проза. Как появилась идея написать такую книгу, которая рассчитана на детское восприятие? Я имею в виду Вашу книгу «Тропинка в картину», состоящую из новелл о русском искусстве, которая в 2009 году вышла в издательстве «Московские учебники», а сейчас в новом «серийном» формате и с новыми иллюстрациями выходит в издательстве «Просвещение». Две книги уже вышли, в конце ноября ожидается третья. Охват художников огромный - от Карла Брюллова и Александра Иванова до Кузьмы Петрова-Водкина и Марка Шагала.

Вера Чайковская: Вы знаете, просто нужны неравнодушные люди, например, издатели и редакторы. Был такой журнал «Детская литература», кажется, его уже нет. Давно не встречала упоминаний. И вот редактор, с которой мы были шапочно знакомы, вместе вступали в Союз художников, кстати, сама интересный детский автор, Лидия Кудрявцева, позвонила и заказала статью об искусстве, но для детей, то есть «прикольную».

Тогда за статьи еще платили, что было некоторым стимулом. Но оказалось, что это увлекательнейшее занятие - писать для детей и, конечно же, для взрослых тоже - некое семейное чтение, позволяющее сохранить общий уровень, не скатываться в сюсюканье...

Получилась новелла. Там было три героя - подросток Илюша, его тетушка-искусствовед и художник, иллюстрирующий книги по искусству. В дальнейшем периодически появлялись и другие персонажи - итальянские знакомые Илюши, его одноклассники и их родители. Но возникшая сразу «троица» была для меня принципиально важна.

Мне хотелось показать, что искусство не ровное поле известных истин, а сфера горячей полемики и разных оценок даже и для взрослых, да еще и профессионалов. Недаром тетушка с художником постоянно спорят.

И в этой ситуации мальчик вовсе не «объект» для получения знаний по искусству, а своеобразный партнер в споре, который может удивить неожиданным вопросом или метким суждением. Кроме того, «детские», часто бурные и наивные реакции героя, - это та сфера живых чувств, без которых вообще невозможно восприятие искусства. И тут именно ребенок может дать сто очков вперед любому взрослому. Короче, возникла сложная и подчас забавная диалектика взаимотношений взрослых «знатоков» и « наивного» ребенка.

В редакции новелла понравилась. Попросили написать еще. Потом позвонили из редакции «Наша школа» (Издательство с этим названием до сих пор существует). Там перепечатали прежние новеллы и попросили написать новые. Люди везде были живые и творческие. Принималось все с большим воодушевлением.

Так что писать было интересно. Потом добавились новеллы, написанные для собственного удовольствия. И вот неожиданно сложилась книжка из десяти новелл о русских художниках. Эта самая «Тропинка в картину».

Г.А.: Может ли взрослый (родитель, учитель и т.д.) помочь ребенку по аналогии с героями книги продолжить изучать живопись других художников? Как это можно сделать? 

В.Ч.: Только никакого принуждения! Говорят, для обучения музыке нужно, чтобы мама неусыпно наблюдала за сыночком, будущим Ойстрахом. Но там своя специфика, необходимо овладеть техническими навыками. Правда, без таланта все равно ничего не выйдет! И лучше бы больше развивали культурный кругозор! Не все же станут Ойстрахами, а такой кругозор пригодится в любой деятельности.

Нас с сестрой в детстве по сто раз заставляли ударять по клавишам для правильной постановки руки и пальцев. Отвратили от музыки (на тот момент).

Помню свое удивление, когда уже взрослой, я увидела по телевизору, как играет гениальный Владимир Горовиц. Он тогда приехал в Москву и играл в Консерватории. Совершенно прямыми пальцами! Значит, и тут нет непреложных правил! Но это к слову. А так, покупайте хорошие альбомы, ходите вместе в музеи, поощряйте рисование. Ребенок сам разберется, что ему нравится, а что нет. Способности его поведут.

Г.А.: Что вы посоветуете родителям, которые хотят развить в своих детях не только способности к точным наукам, но и воспитать их художественный вкус, образное мышление, сформировать творческий подход?

В.Ч.: Отчасти я уже на это ответила. Если сами родители интересуются искусством, в доме звучат разговоры о литературе, о художниках, есть книги о живописи и поэтические сборники, - это останется, потом обязательно припомнится. Не надо ничего натужного, навязчивого, - ребенок ( да и взрослый) любит делать наоборот! Это я «поддразниваю» любителей всяческих методик! Я за свободу и импровизационность в обучении! Дети в тисках всевозможных требований - родителей, преподавателей. Нужно дать им свободу поиска, свободу фантазий и творческих увлечений.

Г.А.: С какими школьными предметами может пересекаться идея, заложенная в «Тропинке»? Можно ли ее использовать как пособие, литературу для дополнительного чтения в школе? Я вот точно вижу пересечение с уроками по Изобразительному искусству, МХК, Литературному чтению. У вас есть какие-то идеи по пересечению с конкретными темами? 

В.Ч.: Вы все очень точно подметили. В сущности, любой урок по искусству должен выстраиваться как детективный рассказ, с привлечением детей, которые тоже что-то угадывают в сюжете и делают интересные предположения, порой и взрослых озадачивающие.

Помню на уроке МХК (в 90-е годы я преподавала Мировую художественную культуру в двух московских гимназиях) я попросила одного «двоечника» (он сидел на последней парте и занимался чем-то своим) рассказать о герое портрета Рембрандта, спроецированного на экране. На портрете был изображен молодой мужчина с серьгой в ухе.

Спрашиваю: «Коля, как Вам кажется, почему у него эта серьга?» А мой «двоечник» тут же отвечает (искусствоведы бы точно запнулись): «Потому что он «плохой парень», много всего повидал и ничего не боится». Потом я как-то встретила этого Колю на улице с группой друзей хулиганистого вида. Он им говорит: «Это мой преподаватель по МХК. Клевые были занятия!» Наверняка припомнил, как он разбирал рембрандтовский портрет. Это не забывается! 

Г.А.: В вашей книге герой Илюша хоть и хорошо учится (есть упоминания о том, что он получает пятерки, его приглашают в разные кружки), всё же он не сразу проникается идеями высокого искусства. Он нормальный современный ребенок, с современной лексикой, не очень прилежный, ленится, как все дети, «чемпион по не хождению туда, куда берут», тем не менее, взрослым героям удаётся его привлечь и заинтересовать живописью. Конечно, его суждения порой спорны, резки и могут шокировать серьёзных искусствоведов, зато они могут быть очень понятны Илюшиным сверстникам. Может, такой подход имеет смысл взять на заметку учителям, которым сегодня очень не просто заинтересовать ребят? 

Школа претерпевает серьезные метаморфозы, «низы» явно не хотят, а «верхи» давно не могут вести учебный процесс по-старому, необходимы даже не столько новые технологии, сколько новые коммуникативные подходы к современным детям, с учетом совершенно иной реальности, в которой они формируются. Как можно серию книг «Тропинка в картину» использовать не только для домашнего чтения, а в качестве методического пособия или даже поурочных разработок для учителя, чем она может помочь школьному учителю в построении конкретного урока? У вас есть какие-то рекомендации для учителей-предметников?

В.Ч.: Я всегда не любила строить урок по чужому плану, по методичке. Тут нужно использовать сам принцип - свободного и интригующего развития темы. Что-то знает учитель, что-то подсказывают ученики. У детей колоссальная интуиция, богатое воображение - надо все это использовать в разговоре об искусстве. При желании любую новеллу « Тропинки »… можно читать и обсуждать на уроке. Кто-то из учеников с кем-то из героев согласен, у кого-то возникло другое мнение и т.д., и т.п.

Г.А.: Можно ли, взяв за основу идею книги, применить её к каким-то другим сферам, помимо изобразительного искусства, скажем, использовать для привлечения интереса к музыке, литературе? Или попробовать этот подход для других сфер, например, истории или даже географии?

В.Ч.: Думаю, что можно. Ведь идея-универсальна - личностный подход и привлечение ребенка к обсуждению темы. Только нужно не быть занудой и делать это весело и живо. Нужно раскрепостить ученика, невероятно зажатого убеждением, что он «не доучил», «забыл», «не знает», над ним «посмеются» и т.д. и т.п. Дело-то ведь не в «заученном» знании», которое можно теперь почерпнуть в интернете, а в свободных ассоциациях, умении схватывать суть вопроса и видеть возникающие противоречия.

 Г.А. Сейчас интерес к духовному развитию заметно снизился и в образовании, и в социальной сфере, либо он часто сводится к узко-религиозному пониманию духовности. Духовность в светском, общекультурном смысле становится чем-то эксклюзивным. Общая безграмотность, замещение нормальных слов на письме птичьим языком гаджетных суррогатов, отсутствие начальных сведений по истории, литературе, географии хотя бы собственной страны, становится повсеместной нормой.

Понятно, что жизнь не стоит на месте, «ход времен нельзя остановить», техногенизация и технократизация общества — уже неизбежный процесс. Но как в этих условиях избежать крайностей, о которых весь ХХ век предупреждали писатели-фантасты в различных романах-антиутопиях? Можно ли остановить обесценивание духовных сфер жизни? Возможно ли возвращение к нормальной расстановке приоритетов и, в конечном итоге, возрождение культурных традиций России? 

В.Ч.: Недавно видела по телевизору, как подросток обнимается с роботом. И подумала, что роботы могут вытеснить учителей, если все дело в знаниях, в фактах и алгоритмах, регламентирующих действия. Учителя, трепещите! У вас - исчезающая профессия! Если… Если только учитель не предложит чего-то, роботам недоступного - свое живое понимание искусства и личностное отношение к художникам, композиторам и поэтам. Свой интерес к мнению ученика и к его личности. Свою творческую незаурядность, противостоящую наступающей на культурный мир энтропии и хаосу…