Как рождаются виртуозы

Опубликовано: 2 июля 2004 г.
Рубрики:
Элизабет Ву. Фото Павла Антонова

В Карнеги Холл состоялся концерт Элизабет Ву — пятнадцатилетней студентки Manhattan School of Music (класс профессора Альберта Маркова). Она исполнила 24 каприса Паганини для скрипки соло. Это огромное событие не только в профессиональной судьбе юной скрипачки, но и в музыкальной жизни Нью-Йорка, потому что мало кто из взрослых и именитых скрипачей отваживается исполнить на сцене все 24 каприса (что означает: стоять два отделения перед залом и играть на скрипке без какого бы то ни было аккомпанемента). Элизабет Ву блестяще справилась с этим испытанием, показав себя уже сложившимся музыкантом, мастером, виртуозом. А когда прозвучала последняя нота 24-го каприса, зал взорвался аплодисментами, публика устроила исполнительнице стоячую овацию, не смолкавшую более двадцати минут.

Я попросила профессора Альберта Александровича Маркова рассказать о своей ученице.

— Ее привели ко мне родители пять лет назад — маленькую худенькую девчушку, державшую в руках скрипку, которая казалась огромной, так как была почти одного роста с ней. Играть на скрипке она не умела. Элизабет родилась в Южной Корее и там ее обучали играть на скрипке по системе “Сузуки”, то есть для удовольствия семьи и кавалеров, которым предстоит появиться в будущем. Я даже не предложил девочке что-нибудь сыграть, а просто дал ей несколько заданий на скрипке, которые она с точностью и быстротой исполнила, показав чувство ритма, четкую память, прекрасный слух, отличные реакции. После чего я спросил родителей, хотят ли они, чтобы дочь их играла для себя, или стала профессиональным музыкантом? Они ответили, что мечтают сделать скрипку профессией Элизабет. Я сказал, что несмотря на упущенные годы (нормально скрипачи начинают играть в четыре, пять лет) я берусь сделать из Элизабет профессионального музыканта, но поставил ряд условий, при соблюдении которых это может быть достигнуто. В частности, они должны были поселиться недалеко от меня, чтобы девочка могла часто со мной встречаться и могла приходить на уроки моих других студентов. Это расширяло бы ее музыкальный кругозор, способствовало бы приобщению ее к европейской музыкальной культуре, а также помогало бы усваивать технические сложности и секреты игры на скрипке. При каждом удобном случае я старался выпускать ее на сцену, чтобы она привыкала играть “на публике”. Должен сказать, что с первых шагов она показала себя человеком исключительно одаренным, хватким и чрезвычайно серьезным.

— Вы хотите сказать, что она много и упорно, забыв обо всем, часами занималась на скрипке?

— О, золотые ваши слова! Но я за четыре десятилетия моей педагогической практики почти (исключения все же были!) не встречал ребенка, который хотел бы много заниматься. И чем талантливее ребенок, тем меньше он хочет заниматься. Он хочет играть на скрипке и выступать. Элизабет была нормальным ребенком, а потом подростком, со всеми увлечениями, свойственными ее возрасту. Кстати, она умница, очень хорошо учится в школе, прекрасно поет. Талант, прекрасная память, умение точно схватывать и выполнять требования педагога уже через два года сделали из нее скрипачку, поражавшую виртуозностью, музыкальностью. Она уже концертировала в Европе, исполняя с оркестром концерт Венявского, а позже сыграла и записала концерт Сибелиуса. С камерным оркестром Чун-Чун исполняла сочинения Баха, Витали, Сарасате. В ее репертуаре концерты Баха и Моцарта, Чайковского и Бартока. В 2002-м году Элизабет Ву стала “музыкантом года” в Корее, удостоившись звания “лучшего исполнителя классической музыки”.

— И все-таки, почему для выступления в Карнеги Холл вы выбрали для нее такую сложную, нет, сложнейшую, программу — 24 каприса Паганини, которые вы сами называете критерием скрипичного мастерства, виртуозности, артистизма?..

— Ну, прежде всего, педагогический опыт и чутье подсказали мне, что девочка эта — редкое дарование, и она сможет одолеть трудности и сложность каприсов Паганини. Она увлеченно работала над каприсами, так как все они — своего рода маленькие театральные сцены, отражающие саму жизнь: ее смешное, нелепое, драматичное, прекрасное и возвышенное, мистическое и обыденное. Технически она была уже на таком уровне, что исполнение каприсов было ей доступно. До выступления в Карнеги Холле она “обыграла” эту программу в Италии (на родине Паганини) в Лейк-Плэйсид (Нью-Йорк), Майами (Флорида). И везде имела огромный успех.

Последний вопрос, пожелав больших и серьезных успехов, я задала Элизабет Ву. Вопрос, не отличался оригинальностью:

— После такого блестящего успеха в Карнеги Холл, что вы собираетесь делать?

— Играть на скрипке. Дальних планов у меня нет. Ведь еще два года я должна учиться в школе. А в самом ближайшем будущем буду “набирать” репертуар: играть разнообразную программу на фестивале “Молодые звезды” в Бенингтоне (штат Вермонт). Потом поеду в Корею, где мне предстоит сыграть концерт Бетховена с оркестром, потом в Вирджинии — 24 каприса. А дальше — что Бог пошлет. Не хочу смотреть очень далеко.