Хочу волосатую грудь. К премьере «Милого друга» по Г.де Мопассану театра-фестиваля «Балтийский дом»

Опубликовано: 2 сентября 2017 г.
Рубрики:

 Нынче власти не требуют отразить в театре светлый облик героя нашего времени. Но потребность такая есть у публики и самого театра. Мопассановский Жорж Дюруа из «Милого друга», конечно, наш человек. Не только типичный персонаж XXI века, но и желанный. Невежественен и циничен, беспринципен и умеет приспособиться к любой ситуации любыми способами, в том числе, подлыми. Если он в кратчайший срок становится «лицом» газеты, партии, то и наши форварды становятся лицом чего угодно, хоть фирмы по производству резинки для трусов. Лишь бы хорошо платили. Суть Дюруа-2017 ничем не отличается от Дюруа-1885. Разве что прежний француз больше соблюдал приличия. 

Облик героя, само понятно, изменился. Кого сегодня потрясут пушистые усы, стоящие торчком? Гораздо привлекательнее волосатая грудь, видная под полурасстёгнутой белой рубашкой. «Сексуальность, - объясняет интернет — это не откровенно оголённый женский топ, это полурасстёгнутая верхняя пуговка на полупрозрачной блузке, которая, кажется, вот-вот лопнет от одного только мужского взгляда!» Приметы мужской сексуальности те же. Просто незастёгнутых пуговиц больше. 

Молодой артист Егор Лесников – Дюруа, владелец вышеупомянутой волосатой груди, сидя в расслабленной позе, смотрит на нас с афиш на улице, в метро, других общественных местах. И дамы не проходят мимо. Новый Дюруа имеет изрядный успех. Не хочу обидеть театр-фестиваль «Балтийский дом», но огромный зал его заполняется, как правило, только на фестивальных показах. Вот приедет великий литовец Эймунтас Някрошюс или великий интернационалист Андрий Жолдак, тогда, в октябре (во время фестиваля), будут и на люстрах висеть, и в проходах стоять. К продукции межфестивального театра публика относится сдержаннее. 

И вот на рядовом спектакле (не самом первом представлении) зал оказался полностью забит. Не думаю, что зрители собрались для освежения в памяти романа Мопассана. Не освежат. Как водится, «Милый друг» драматурга Юрия Лоттина и режиссера Натальи Индейкиной лишь по сюжетной схеме напоминает оригинал. Прошу учесть, я не имел возможности сравнить инсценировку Лоттина и окончательный сценический текст. Где уж? Что уж? Заслуга аншлага, по крайней мере, на 90 % принадлежит Лесникову и хорошей рекламе. 

С изумлением вспомнил, что впервые увидел молодого артиста на премьере «Театра-буфф» к 65-летию Победы («Женя, Женечка и «катюша»). Для исполнителя роли Жени Колышина в тогдашней рецензии 2010 года у меня нашлось немного слов (рецензия рассказывала про три военных спектакля). Зато все добрые. Я писал: студент Театральной Академии (ему было 19 лет) «доверчивый, открытый, веселый», «интеллигентный и нелепый». Лесникову, едва выйдя на профессиональную сцену, пришлось состязаться со знаменитым Олегом Далем, он играл эту роль в кино (сценарий Владимира Мотыля-режиссёра и Булата Окуджавы. 1967). Даль выглядел почти святым. Лесников, конечно, в личностном масштабе уступал предшественнику, но в течение всего представления вызывал добрую, сочувственную улыбку.

И вот прошло 7 лет. Признаться, я почти не смотрю телевизор, тем более, сериалы. А наш Егор прославился за последние годы именно в них, уголовно-милицейских («Улица разбитых фонарей» (2016) и др.). И вот «Милый друг». Передо мной на сцене наглый, грубый, пьяный детина -- разумеется, персонаж) ростом 185 см. Наталья Индейкина, современная, резкая по характеру, актриса. Снялась в «Убойной силе», «Тайнах следствия», «Опера-2» и прочих сериалах. Сочинила мюзикл «Кровавая Мэри». И, что немаловажно, она - незаменимый ведущий (с 1998 г.) корпоративных вечеринок, свадеб, юбилеев. Станет ли эта женщина воспроизводить уклад Парижа XIX века? Да и зачем? 

Развлекать на свадьбах – не позор. Многие акулы шоу-бизнеса не брезгуют корпоративами. Однако для режиссера подобные занятия гибельны. Пример тому – печальная судьба талантливого режиссера и продюсера Виктора Крамера. Либо ты режиссёр, либо Жорж Дюруа. Правда, бывают жизненные обстоятельства, когда не до нежностей. Индейкина – неплохая актриса. Сыграла в «Балтийском доме» с успехом шекспировскую Титанию, мольеровскую Дорину, ремарковскую Патрицию. Вот бы и играла. Но её манит, как и многих других актёров, искус режиссуры. 

Не суть важно, что в сценическом варианте мопассановский Алжир сменился на Марокко (Марокко появляется во второй половине книги), газета на телеканал, скромное домашнее застолье на дефиле модных туалетов. «Милый друг» -- современное шоу с громкой поп-музыкой – подобные шоу навострилась за 20 лет организовывать актриса, режиссёр и ди-джей. С быстрой сменой персонажей на подиуме, сомнительными шуточками и, конечно, сексом. Эротичный автор позапрошлого века (его в былые времена читали под партой подростки, дрожа от возбуждения) сегодня воспринимается при чтении как младенец. В театре, у рампы, выдвинутой поближе к зрителю, по-быстрому совокупляются Жорж с привлекательными дамами и девушками разного возраста и размеров (Викторией Жилиной, Инной Волгиной, Александрой Мамкаевой, Варварой Маркевич). Никакой порнографии, избави бог. Напоминаю, сексуальность – это полуобнаженка, мелькание голых, поднятых к небу ножек. Как поясняет наша новая звезда Егор своим поклонникам: «Будет ма-аленькая клубничка, земляничка будет точно», однако он-то, Егор Лесников, оказывается, однолюб. 

А вы, уже не под партой, а на законных основаниях, купив билет, наблюдаете за кувырканием людей в постели, точнее, на полу. Как же без этого? Чем, собственно, занимался Жорж Дюруа? Кто виноват, что Егор Лесников столь привлекателен? Этот чубчик кучерявый, пухлые, чувственные губы, ленивый взгляд, лёгкая небритость… Актёр в интервью искренне поведал: «В 17 лет «Милый друг» это пособие, как добиться успеха у женщин и в жизни… Я не считаю его злодеем». Он и в самом деле не злодей. 

Чтобы добиться успеха аналогичного Дюруа, нужно потрудиться. Лесников через день ходит в спортзал, каждые 3 часа ест кусок хорошего мяса, потом фрукты. За время репетиций прибавил 7 кг. Результат налицо: смог утереть нос отцу Евгению Дятлову, популярному артисту на ролях знаменитых любовников («Дон Жуан», «Опасные связи»). Увы, нет полного счастья. Егору немного обидно – в нём видят нового Микки Рурка, а он себя ощущает интеллектуалом Питером О’Тулом (это всё из интервью). Подобно своему герою, Лесников от скромности не умрёт. Не знаю, как интеллект, но животная сила в Дюруа-2017, несомненно, есть. 

Конечно, не сексом единым жив человек. В пьесе и спектакле смело обнажают беззастенчивую ложь в современной политике и прессе (само собой, французских). Режиссёр ничего не боится. Индейкина – актриса, но нам напомнят, что Станиславский, Мейерхольд и Вахтангов тоже вышли из актёров. Так-то оно так, но великие режиссёры не год и не два вырабатывали свою эстетику, свое понимание театра, мучались. Дюруа в брюках и юбках некогда мучаться и думать. Надо спешить, зарабатывать деньги, добиваться успеха. Пока не слишком громкого, но у Индейкиной есть уже пара-тройка наград за постановку детских спектаклей. К своим 44 годам актриса получила диплом режиссёра в престижном столичном Театральном институте им. Б.Щукина. Институт (или сама дошла?) научил нескольким броским режиссёрским приемам. Допинг-музыка, быстрый ритм (надо умять роман в двухчасовое сценическое действие), непременное видео (с более смелой, чем у рампы, эротикой), настойчиво повторяющаяся метафора в виде гигантской акулы на экране, сюрреалистические гигантские надувные шары, нарушающие убогое жизнеподобие, шокирующий физиологизм в сцене смерти Форестье.

При этом моторный спектакль очень однообразен и после первого получаса скучен. Всё уже ясно и ничего не меняется. Действие отдаёт конвеером. Мне скажут: это дух нашей эпохи с её автоматизмом, грубостью. Так задумано. Чушь! В любую эпоху театру не вредит разнообразие. А эта постановка сделана по знакомым режиссёрским лекалам, без особой фантазии и оригинальности, без проработки деталей. 

Перечитал Мопассана. У великого француза наглый герой эволюционирует. Дюруа романа, уже получив должность заведующего отделом хроники, способен «принимать близко сердцу» деревенские новости от родителей. Как замечательно описаны его чувства перед и во время дуэли с оппонентом из газеты «Перо»! Как любопытна парадоксальная ревность, которую Дюруа испытывает к своему предшественнику, покойному Форестье. Он не кукла, не знак, а человек. Большую часть книги ещё стыдится, волнуется, когда подступает к очередной женщине-эксплуатируемой жертве. Интересно не то, как он пришел, соблазнил, а психологические подходы, сомнения. В Каннах, у постели Форестье, он испытывает ужас перед лицом смерти и только потом, после размышлений, бросается на абордаж госпожи Форестье. Здесь он, фактически, убивает спиртным своего благодетеля и над его трупом совокупляется с вдовой. 

В оригинале Жорж отнюдь не глуп. Иначе не смог бы стать успешным хроникёром (без помощи умелого пера госпожи Форестье). В текст жены подбрасывает броские детали. Они сочиняют вместе. В трудные минуты умеет себя почти объективно оценить. В «Балтдоме» Дюруа – почти питекантроп, без мыслей и чувств. Живёт инстинктами. Исчезают мотивировки за ненадобностью, и обнажается примитивная, назидательная схема, комикс. У Мопассана драма с элементами сатиры – у Индейкиной простенький фарс, балаган. Однако фарс, балаган надо научиться играть (и ставить). Очень сложные жанры. Легко впасть в пошлость. И впадают. Глупый скот трахает женщин и пользуется их связями, талантами – «больше ничего не выжмешь из рассказа моего», как писал А.С.Пушкин.

 Понятно, мы живем в эпоху «постдраматического» театра. Какая психология? Темп, темп. Но у «постдраматического» театра должен быть свой сценический язык. Индейкина от старого театра пытается отойти, но не приходит к новому. С точки зрения профессии, она не обучена работать с актёрами, поэтому диалоги звучат суконно. Хотя среди исполнителей есть очень опытные: заслуженный артист России Валерий Соловьев или ведущий актёр театра Константин Анисимов. А ведь все второстепенные персонажи, между которыми крутится Жорж, которыми манипулирует – люди иногда очень яркие. Чего стоит, например, поэт Варен с его монологом о смерти? Однако философский монолог мешает динамичному движению сюжета. Театр – не проза. Темп, темп. Лесников, каким вбежал на сцену в начале, таким и убежал. Пленяет лишь визуально. 

Вспоминаю слова того же Варена: «Забудьте всю эту старческую воркотню и живите сообразно с возрастом». На слова мои не стоит обращать внимания. Публика, в основном, довольна, хотя на форуме в интернете появились уничтожающие отзывы. Спектакль будет иметь успех. Индейкина скроила кассовый спектакль. За это ей нужно в ножки поклониться. Молодежи нужно руководство к действию, обновленный образец, которому стоит подражать в нашей циничной действительности. Нате! И театр будет долго кормиться «Милым другом», если Егор Лесников не найдет чего-нибудь повыгоднее. 

Простите, что коротко, но нужен темп, темп. Следующая статья ждёт.