Теплоход «А. П. Чехов»

Опубликовано: 5 августа 2015 г.
Рубрики:

Спокойный вечер. Два немолодых человека в комнате. Муж и жена. Она, сидя в кресле напротив телевизора, вяжет спицами. Он просматривает свои записи, готовится к завтрашней лекции в университете. Оба изредка поглядывают на экран. Показывают хронику времен их молодости. Широкая река. Дымы барж, буксиров, пароходов.

- Смотри, смотри, точно такой корабль, как тот, помнишь?

Еще бы, как можно забыть?

- Да, похож, очень похож. Жаль названия не видно. Может быть, тот самый?

 

Всего тридцать лет назад  с апреля по октябрь по Днепру ходили старые колесные пассажирские теплоходы, какие сейчас можно увидеть только в хронике тех лет или в художественных фильмах. Поездка от Киева до Херсона занимала три дня и три ночи. Это - для любителей дальних путешествий. А из Киева в Канев – двенадцать часов. Вечер, ночь, утро.

Теплоход – это не гостиница, здесь не спрашивают паспорт, не смотрят в паспорте штамп. И в тоже время, есть нужный комфорт, есть романтика путешествия, есть возможность остаться вдвоем.

Сколько лет им было тогда? Сейчас, сейчас, посчитаем. Да, ему было двадцать, ей восемнадцать. Уже была близость отношений, уже даже робко обсуждались планы на будущее, совместное будущее, но вот ночи, такой чтобы не спешить, не бояться, что кто-то позвонит в дверь, помешает, такой ночи еще не было. 

Билеты купили заранее. Как долго тянулось время в ожидании поездки! Как странно, что сейчас воспоминание об этом ожидании не занимает и секунды. Что произошло интересного в ту неделю перед поездкой? Была ли та неделя? Уже не вспомнить. Как хотелось поторопить время.

Ничего не помешало. Пришел и этот вечер. Теплоход «А.П.Чехов» ждет их. Понимающе улыбаясь, встречает матрос, проверяющий билеты. Они, наверняка, не единственная парочка на борту. 

Каюта старого, говорят, еще трофейного, теплохода. Две узенькие, меньше, чем в купейном вагоне поезда, койки. Иллюминатор выходит на палубу. Там, к счастью, никого нет. Все же от постороннего взгляда можно закрыть окно с помощью жалюзи. 

-Ну, что, не поломаем коечку? - преувеличенно бодро говорит он, садясь на середину кровати, проверяя ее упругость.

-Эта кровать будет твоя, а я лягу здесь, - не обращая внимания на его раньше времени игривое настроение, строго отвечает она.

-Хорошо, хорошо, разберемся.

Через несколько минут в дверь стучат. 

- Молодые люди, можно ваши билеты проверить?

- Пожалуйста, пожалуйста…

-Что же делать,- в растерянности говорит матрос-стюард стоящим рядом двум немолодым пассажирам с объемными сумками в руках. Проданы билеты на те же места… Есть идея. Ребята, выручайте.

- Каким образом? - в ее голосе удивление, досада. Она уже чувствовала себя хозяйкой этого мальнького жилища.

-Рядом, на этой же палубе, каюта „люкс”. Она не продана. Вы не согласитесь перейти туда? Одно только «но». Там одна койка. Вам же все равно. Молодые люди, выручайте.

Все понимающе улыбаются. Такое бывает редко - довольны все.

Каюта «люкс» поразила деревянной, под красное дерево отделкой стен, зеркалами, несовременными плафонами, простыми, но живыми цветами на столике. Ей понравилось. А он был доволен, что понравилось ей.

Как началась ночь? Кто подталкивал события? Кто был настойчив и смел, а кто, может быть, сдержан? Сейчас все не вспомнить. Но точно можно сказать, что сдержанности не было совсем. Они знали, что следующая такая ночь не скоро, предполагали, что рядом никого нет, а главное – оба хотели угодить, угадать желание партнера. И впервые она подсказывала ему, не скрывала тайных, до этой ночи, желаний, фантазий. 

С шумом упали жалюзи, задетые нечаянно кем-то из них, и оказалось, что за иллюминатором, на палубе, в кресле, совсем рядом, на расстоянии метра, не больше, сидят какие-то люди. Слышали ли они что- нибудь? Вряд ли. Это тоже волновало, не останавливало.

-Правда хорошо, что мы поехали?- спросил он, закуривая сигарету.

- Хорошо, конечно,- отвечала она, а еще было бы хорошо, если бы здесь был душ. Пойди на разведку.

-Иду, - послушно сказал он и, быстро одевшись, подошел к двери.

Дверь не открывалась. Кто-то плотно прижимал ее снаружи. Нажал посильнее, приоткрыл, вышел и увидел, что коридор заполнен спящими на полу людьми. Судя по всему, это были крестьяне, возвращающиеся с базара домой и сэкономившие на приличных билетах. Подложив под головы пустые сумки, свернувшись калачиком или раскинув широко руки, все они спали, но так ли было час назад? Вряд ли. Голова одного из них была совсем рядом от вентиляционных щелей двери их каюты. 

-Этот гад видел все,- сказала она.

-И слышал, - добавил он. – Все они свидетели преступления.

«Преступление» -это была неудачная шутка. Ей это слово не понравилось.

- Нет, не преступления,- сказала она. Подумала немного и поправила его. Так, как делала потом много раз.

- Свидетели счастья - вот кто они. Пусть спят.

Он нашел душ внизу, рядом с машинным отделением. Они стояли под струями воды вдвоем, обнимая и целуя друг друга. Но уже сдерживаясь, понимая, что рядом могут быть люди, которые не спят здесь, а работают.

После душа, по пути в свою каюту, заглянули в приоткрытую дверь машинного отделения. Сразу же бросилось в глаза огромное красного цвета колесо, связанное, очевидно с колесом внешним, тем шумным, слышным повсюду, что отбрасывая воду назад, медленно, но с силой толкало вперед их теплоход. Ритм движения всех механизмов был не суетлив, спокоен, завораживал уверенностью и надежностью. Обильная смазка делала их поверхности скользкими, блестящими.

- А вот та штука, как называется, ты знаешь? - спросила она.

-Я не знаю, как она называется, но догадываюсь, что ты подумала. А, в общем-то, вот это кривошип, это поршень, это цилиндр…

-Хватит, хватит, хватит… Идем в каюту. А сексуальная все-таки машинка, правда?...

 

Он отложил свои записи и спросил ее: «Так ты не помнишь, как назывался наш корабль? Я хочу написать про ту ночь рассказ».

- Нет, не помню, ты же знаешь, у меня плохая память на такие вещи. Я помню только, когда это было. Тридцать лет тому назад. Точнее, тридцать лет и…два месяца.  Она посмотрела на часы и сказала:

 - Идем спать, уже двенадцать. Еще один день прошел. А начать твой рассказ надо так: „С тех пор прошло тридцать лет, два месяца и пять дней. Тогда, тридцать лет назад, по Днепру ходили старые колесные пассажирские теплоходы…».

***