Проблема беженцев в мире

Опубликовано: 1 июля 2014 г.
Рубрики:

Комментарий бывшего премьер-министра Португалии Антониу Гутерриша, Верховного комиссара ООН по делам беженцев

Вооруженные конфликты с участием крупных держав, как показали Первая и Вторая мировые войны, приводят в движение огромные массы людей, большую часть которых составляют беженцы и перемещенные лица. С 1945 года сверхдержавы не воюют между собой, чего нельзя сказать о странах малых. Их число в мире сегодня очень велико, недостатка в оружии они не испытывают, и их войны нередко оказываются затяжными и кровопролитными. Потому и проблема беженцев за минувшие 70 лет ничуть не утратила своей актуальности. Несмотря на то, что теперь ее пытаются решать и государства, и международные организации, и НКО, и звезды шоу-бизнеса, охотно включающиеся в резонансные гуманитарные проекты. Начиная с 2001 года, ежегодно 20 июня под эгидой Организации Объединенных Наций отмечается Всемирный день беженцев. Какие основные задачи стоят перед верховным комиссаром ООН по делам беженцев?

Исходно беженцем назывался тот, кто, опасаясь репрессий со стороны властей или подстрекаемой властями толпы за свои политические или религиозные воззрения, либо по причине принадлежности к преследуемому национальному меньшинству, искал в другой стране пристанище и покровительство ее суверена. Современные определения намного шире изначальных, содержащихся в Конвенции ООН о статусе беженцев от 1951 года. Поэтому сегодня в ведении профильного управления ООН находятся и жертвы вооруженных иностранных интервенций, и апартеиды, как, например, бедуины в Кувейте или Ираке, либо бирманцы в Таиланде и Малайзии. И представители сексуальных меньшинств, и внутренние мигранты, покинувшие родные места, но не пределы родины, спасаясь как от антропогенных (антропогенный ландшафт — это ландшафт, изменённый человеком), так и от стихийных бедствий. Наряду с ростом населения, урбанизацией, дефицитом продовольствия и воды, участилась миграция вследствие глобального изменения климата. Управление ООН имеет свои отделения в 120 странах, число его подопечных колеблется у отметки 35 миллионов, из них собственно беженцев — порядка 13 миллионов.

Каждый Всемирный день беженцев имеет свой девиз, нынешний гласит: «Даже одна семья, разлученная войной, это слишком много». Эмблема этого дня: две оливковые ветви на голубом или белом фоне и две руки, повернутые друг к другу ладонями, заботливо нависающие над одинокой человеческой фигуркой. Теперь собственно об этом человеке. Балканские войны конца прошлого — начала этого века вызвали колоссальный кризис беженцев. Не успели отгреметь раскаты тех войн, как на мир обрушилась новая волна беженцев, поднятая кровавыми бойнями в Афганистане, Дарфуре, Судане, Сомали — долгое время Сомали была второй по величине страной происхождения вынужденных мигрантов. А также в Эфиопии, Центральноафриканской Республике, Кот-д’Ивуаре, Сьерра-Леоне, Анголе, Эритрее, Бурунди. В Колумбии, если говорить о Латинской Америке. В Ираке. В последние годы — в Ливии, Мали и, конечно, в Сирии, ставшей основной страной происхождения беженцев и внутренних мигрантов — в общей сложности, более четырех миллионов человек.

Сегодняшние цифры ООН — рекордные. Проблема беженцев — кумулятивная, их число множится куда быстрее ввиду новых войн, чем сокращается благодаря завершению старых. И окончание войны, кстати, вовсе не означает автоматического урегулирования гуманитарного кризиса; уехавшие зачастую отнюдь не жаждут возвращаться домой. Более 2,5 миллионов афганцев, бежавших из страны, по-прежнему находятся в лагерях перемещенных лиц. В основном — в Пакистане и Иране. Лишь микроскопическая доля граждан Афганистана, как, впрочем, и других скитальцев, была абсорбирована на Западе. Если пользоваться критерием ООН, — число беженцев в расчете на подушный доход населения, то самой гостеприимной страной в мире является Пакистан. Второе-третье места занимают Эфиопия и Кения. Хороший послужной список в этой области и у Гвинеи. Около 70 процентов всех беженцев в мире приходятся на Африку и Ближний Восток.

ООН информирует о рекордных цифрах и в такой подкатегории, как число прошений об убежище, подаваемых несовершеннолетними, потерявшими родителей: более 20 тысяч. Удельный вес подростков в общем беженском потоке достигает 46 процентов. Самые притягательные страны для лиц, просящих об убежище, — Соединенные Штаты, Германия, ЮАР, Франция и Австралия. Одна из самых многочисленных категорий ходатайствующих об убежище в США — китайцы.

Аннексия Крыма плюс боевые действия и террор на юго-востоке Украины вынудили тысячи людей к перемене места жительства, но явление это пока не такого масштаба, чтобы требовать срочного вмешательства международных организаций. А вот последние события в Ираке спровоцировали настоящую гуманитарную катастрофу; из родных краев одномоментно ушло около полумиллиона человек. Массивнейшую проблему беженцев страна уже пережила на пике войны лет шесть-семь назад. Тогда же в связи с этой проблемой все мировое сообщество столкнулось со сложной дилеммой: можно ли принудительно возвращать временных беженцев в Ирак в отсутствие консенсуса, что обстановка там для этого достаточно стабилизировалась? И что они будут заново интегрированы в общество и получат компенсацию за утраченное имущество? Вот фрагмент интервью «Би-Би-Си» бывшего премьер-министра Португалии Антониу Гутерриша, который второй пятилетний срок занимает должность Верховного комиссара ООН по делам беженцев.

Антониу Гутерриш: — К счастью, нашлись страны, принявшие иракских беженцев, которые пришли к независимому заключению не возвращать их домой насильно. Другие оценили ситуацию иначе и прибегли к депортации. Одна из задач моего управления — убеждать принимающие страны не спешить с высылкой в спорных ситуациях. То есть тогда, когда выводы о достаточной стабилизации обстановки на родине беженцев, могут диктоваться не столько объективными, сколько политическими соображениями. Трудно было уговаривать Сирию и Иорданию не высылать иракцев, если это делала Греция. Но мы добились успехов в переговорах с Норвегией, Голландией, Швецией, Данией. С Англией был достигнут компромисс: никаких депортаций в южный и центральный Ирак, но точечная депортация в северные районы.

Е. Аронов: Даже гуманным, в принципе, государствам очень трудно примирить идеалы милосердия с прерогативой самостоятельно определять свою политику в области иммиграции и предоставления полит­убежища. В беседе с австралийскими журналистами Антонио Гутерриш прокомментировал эту дилемму следующим образом:

Антониу Гутерриш: — Не лишне напомнить, что огромное большинство государств очень достойно реагируют на гуманитарные кризисы, независимо от того, являются ли они подписантами Конвенции ООН 1951 года о статусе беженцев. Юридические обязательства — это еще далеко не все, хотя, конечно, они увеличивают вероятность положительной реакции. Соседи Кот д’Ивуара, Ливии, Сирии, Йемена, Сомали не закрыли свои двери перед лицом наплыва беженцев и оказали им помощь, пусть только в минимальном объеме. В то же время, как показывают наши исследования, экономические неурядицы или весомая доля пожилых людей, пенсионеров в структуре населения в конкретной стране способствует усилению ксенофобских настроений. Мне остается только надеяться, что толерантность и защита беженцев сохранятся как императивы международной жизни.

Е. Аронов: Непредвзятому наблюдателю ясно, что война не только ставит проблему беженцев, но и то, что с помощью оружия эту проблему можно устранить. И устранить порой быстрее, чем посредством дипломатии. Можете ли вы как верховный комиссар по делам беженцев агитировать за силовые решения? Такой вопрос в связи с конфликтом в Сирии поставили перед Гутерришом английские тележурналисты.

Антониу Гутерриш: — Вверенное мне управление по своему мандату не вправе вмешиваться в военно-политическую проблематику. Если подобное вдруг случится, мы мгновенно потеряем защитный покров нейтралитета, который единственно и позволяет нам оперативно откликаться на гуманитарные катастрофы. Можете быть уверены, что у меня есть свое мнение по этому вопросу, но я не могу его озвучить. Мне нужно сохранять рабочие контакты со всеми правительствами в регионе. Это нужно для того, чтобы помогать как сирийским мигрантам, так и иракцам, бежавшим в Сирию от боевых действий в своей стране.

Е. Аронов: ООН приняла резолюцию, в которой членам международного сообщества предписано использовать все мирные средства для недопущения или пресечения геноцида, военных преступлений, этнических чисток, преступлений против человечности. Иными словами, всех тех злодеяний, которые порождают проблему беженцев. Но названное обязательство, закрепляющее примат суверенитета отдельной личности, входит в противоречие с принципом государственного суверенитета, дающим любому правительству, если оно того пожелает — как в Дарфуре, Зимбабве или Сирии, — возможность блокировать это предписание и безнаказанно обрушивать репрессии на свой народ.

Антониу Гутерриш: — Резолюция — это одно, а реальность — совсем другое. Неспособность международного сообщества в лице ООН предотвращать или быстро ликвидировать гуманитарные кризисы является, на мой взгляд, одним из основных недостатков организации. Задействование ооновских «голубых касок» является мерой сугубо неадекватной; оно не может считаться полноценной гуманитарной интервенцией. Положительный опыт, приобретенный в результате интервенций в Боснии, Косово или Восточном Тиморе¸ был основательно подорван, я боюсь, второй войной в Ираке. После этого принцип государственного суверенитета восторжествовал полностью. Даже некоторые сторонники гуманитарных интервенций заговорили о том, что на практике эти акции могут служить прикрытием совсем неблагородных предприятий.