«Эта Лошадь»

Опубликовано: 4 июня 2004 г.
Рубрики:

Все началось пять веков назад в Италии, когда герцогом Миланским и правителем всей северной Италии стал Лодовико Сфорца по прозвищу “иль Моро”, т.е. “Мавр” (1481-1499). Он узурпировал власть, свергнув своего племянника, и был политической фигурой, полной противоречий, столь характерной для своего времени: с одной стороны, меценат, покровитель искусств, с другой — коварный, жестокий и мстительный притеснитель.

Едва Лодовико захватил власть, тридцатилетний Леонардо да Винчи, бывший тогда в самом расцвете своего таланта, незамедлительно написал новому герцогу Миланскому письмо, предлагая себя ему, прежде всего, в качестве военного инженера, готового построить все изобретенные им и не виданные доселе военные машины, а так же — в качестве архитектора, скульптора и художника. И, зная особую слабость Лодовико к монументальной скульптуре, Леонардо предложил ему соорудить грандиозную конную статую его отца Лоренцо Сфорца — самую большую конную статую в мире.

Он немедленно получил приглашение, и с этого началось то, что искусствоведы именуют “миланским периодом” жизни Леонардо. Как архитектор, он украсил Милан знаменитым Кастелло Сфорцеско, как художник — написал “Тайную вечерю” для монастыря Санта Мария делле Грациа и портрет Лодовико, а как скульптор — нарисовал эскиз для будущей статуи Лоренцо и создал для начала огромную гипсовую полномасштабную модель лошади (1493); вслед за чем стал готовиться приступить к работе над всадником. Для этой конной статуи было специально заготовлено 80 тонн бронзы.

В сентябре 1499 года миланцы, недовольные правлением Лодовико, взбунтовались, воспользовались его отсутствием и впустили в город войско французского короля Людовика XII, претендовавшего на Милан. Занявшие город французские солдаты превратили творение Леонардо в стрелковую мишень: они палили в огромную скульптуру лошади из мортир и арбалетов, обратив ее в конце концов в груду гипса.

Шотландские наемники герцога на короткое время восстановили власть Лодовико, и этот последний воспользовался талантом Леонардо-инженера и заготовленной бронзой — для отливки артиллерийских орудий. Задуманный всадник (Il Cavaliero) так и остался неосуществленным, а неосуществленный в бронзе конь (Il Cavallo) превратился в мортиры. Здесь, как никогда точно, была проиллюстрирована известная закономерность: музы умолкают, когда говорят пушки. Пушки же эти были захвачены французами в бою, сам Лодовико — схвачен своими швейцарцами, выдан королю Людовику и заключен в Лошском замке, где и умер в 1508 году. Миланский период Леонардо закончился, и он снова вернулся во Флоренцию. Сделанный им эскиз лошади для конной статуи бесследно исчез, и нить этого незначительного эпизода истории прервалась на пять веков…

* * *

По идее, Клио, знаменитой музе, ведающей историей, надлежит быть дамой, в высшей степени серьезной и последовательной. Тем не менее, это не так, и вся История полна самых причудливых случайностей и неожиданностей. Лошадь Леонардо — характерный пример этому.

Чарльз Дент и гипсовая статуэтка "Этой лошади"

В рождественское утро 1994 года, в спальне, на втором этаже своего дома в Аллентауне, неподалеку от Филадельфии, скончался 77-летний Чарльз Дент, бывший пилот гражданской авиации. Его убила страшная болезнь Герига, лишающая людей дыхания и речи, и последние слова, произнесенные едва слышным свистящим шепотом, — слова, которые слышали и поняли родные и друзья Дента, были: “Непременно закончите эту Лошадь!”

“Эта Лошадь” была ничем иным, как той самой, никогда не воплощенной в бронзу скульптурой Леонардо, гипсовая модель которой была варварски уничтожена полтысячелетия назад. Это, по мнению некоторых, знавших Чарльза Дента, было сродни “тихому помешательству”. И “помешательство” это началось в 1977 году, 486 лет спустя после уничтожения Леонардовой гипсовой модели Лошади, и после того, как Чарльз прочел в журнале “Нэйшнл Джиографик” очерк о “лошади, которая никогда не существовала”: в нем речь шла о случайно найденном в 1967 г. блокноте Леонардо (т. н. “Мадридском кодексе”), где среди прочего был обнаружен и эскиз Лошади.

Вот тогда-то Дент и загорелся идеей — собрать пожертвования на сумму 4 миллиона долларов, восстановить по найденному эскизу уничтоженную гипсовую модель скульптуры Леонардо, по этой модели отлить бронзовую скульптуру и установить ее перед фасадом миланского Кастелло Сфорцеско. Перечеркнуть пять веков — такова была благородная прихоть Клио, избравшей своим орудием Чарльза Дента.

На практике все оказалось совсем не так просто. Да, известно, что Леонардо, в 1519 году, на смертном одре, плакал из-за того, что не сумел воплотить свою Лошадь в бронзе. Слезы, быть может, были из области легенд, но был и бесспорный факт — это то, что гений Ренессанса потратил на эту работу более десяти лет. Сложность же заключалась в том, как найти эскиз именно той лошади: Леонардо в своем “Мадридском кодексе” дал множество мелких эскизов лошадей.

После кропотливого исследования, Дент объявил, что он нашел эскиз этой Лошади. Друзья Чарльза отнеслись к этому и ко всей затее с пожертвованиями с нескрываемым скепсисом. Но вскоре, к их изумлению, в фонд “Лошади Леонардо” со всех концов Штатов, а потом и из-за рубежа стали поступать деньги в количествах, значительно превышавших ожидаемые. Так что в год смерти Чарльза Дента первая фаза проекта была завершена: трехметровая гипсовая модель восстановлена, голова и хвост отделены для удобства транспортировки, статуя была упакована в специальный пузырчатый пластик, погружена на мощный грузовоз и отправлена из пенсильванского графства Лихай в город Бикон на Гудзоне, штат Нью-Йорк. Там, в скульптурной мастерской “Талликс”, только что изготовившей 19 статуй для Корейского мемориала в Вашингтоне, из бронзы должна была быть отлита восьмиметровая версия Леонардовой скульптуры и пьедестал. А затем — переброска статуи по ту сторону океана и установка ее в Милане на площади Кастелло, где ей было предназначено стоять еще во времена Лодовико.

Давняя история варварского уничтожения войной великого произведения искусства потрясла Чарльза Дента — уж слишком явно она перекликалась с современностью: Дент, пилот американских ВВС во время Второй мировой войны, видел собственными глазами, как под бомбами союзников превращались в груды развалин ценнейшие памятники мировой архитектуры и музеи с уникальными экспонатами. И именно тогда подсознательным девизом Дента стало: создавать, а не разрушать. Живи он в наши дни, говорят его друзья и сотрудники, он крайне тяжело воспринял бы ставшую ныне обычной американскую политику карательных бомбардировок.

Дом Дента в Аллентауне, расположенный рядом с его фермой, представляет собой частично студию художника, частично музей. Здесь стоят скульптуры, подаренные ему его сподвижниками, видевшими в Чарльзе “последнего человека эпохи Ренессанса”. Для него и для тех, кто его знал, “Эта Лошадь” представляла собой нечто мистическое, и каждый старался сделать что-нибудь “для этой Лошади и для Чарли”. Школьники, соседи, художники, скульпторы и просто любопытные, прослышав про эту Лошадь, или увидев ее в телепрограмме, приходили на ферму Чарльза и часами рассматривали статуи, картины и эскизы “Этой Лошади”.

Музеем этим заведует ныне Милан Кралик, школьный учитель рисования, скульптор и председатель местной ассоциации художников и скульпторов. Это он пришел когда-то сюда со своим классом — послушать Чарльза, и это именно он назвал его “последним человеком Ренессанса” и помог ему воссоздать модель Лошади, и это он теперь рассказывает посетителям музея о его покойном хозяине. 31 год Дент отслужил гражданским пилотом, увлекался теннисом, футболом, мотоциклом, бейсболом, музыкой и политикой, и был коллекционером автографов. В его коллекции были автографы таких “звезд”, как Черчилль, Лафайетт, Наполеон, Вашингтон и Джефферсон.

И еще, рассказывает Кралик, Дент был “чемпионом барахолки”: у него был нюх на гобелены и картины, которые он покупал за бесценок и которые потом оказывались настоящими сокровищами, — больше всего Чарльз любил искусство. Десятилетиями он собирал картины и бронзовые статуэтки, изучал работы великих мастеров и лепил сам: подвал его дома заставлен его работами — изящными фигурами женщин и мощными, мускулистыми — мужчин.

И, конечно, Кралик показывает модель “Этой Лошади” в натуральную величину, сделанную ими по эскизу Леонардо, и восторженно поясняет слушателям, с каким совершенством Леонардо передавал анатомическую структуру живого тела — каждую вену, каждый мускул, каждый завиток гривы. Именно Кралик “зажегся” идеей Дента восстановления, казалось бы, навсегда утерянной Лошади Леонардо. Это он печатал письма-листовки, организовывал лекции и основал добровольный Фонд “Лошади Леонардо”.

Во главе этого фонда стояла Барбара Строл — в прошлом менеджер Аллентаунского музея искусств. Она сменила музей на “Эту Лошадь”, неустанно повторяя: “Благодаря Чарльзу я поняла, как много есть на свете вещей необычайно интересных и увлекательных, доставляющих радость, когда занимаешься ими. Фонд с его работой стал неотъемлемой частью моей жизни”.

В Бостонской школе при музее изящных искусств класс кино и видео ведет Рэй Ванг. Это он прибыл на ферму Чарльза Дента и заснял для истории процесс отправки Лошади в дорогу. “Согласитесь, — сказал он тогда, — что во всем этом есть и мистика, и романтика, и искусство, и, конечно же, история. Восстановить из ничего утраченный шедевр одного из величайших людей в истории! Я теперь просто не представляю себя вне этого дела”.

В завещании Дента содержался важный пункт: принадлежащая ему ферма не может быть продана до тех пор, пока проект “Лошадь Леонардо” не будет доведен до конца. Теперь этот пункт потерял свое значение.

Когда в 1996-м была закончена полномасштабная гипсовая модель Лошади и выставлена в Талликсе, она сразу же привлекла внимание прессы и специалистов. Последние не преминули заметить, что модель анатомически неверна, чего Леонардо никогда не допустил бы: у лошади, идущей иноходью, голова и шея никак не могут стоять строго вертикально, они обязательно изогнуты.

Год спустя нью-йоркскому скульптору Нине Акаму, с согласия членов совета Фонда, было поручено внести в скульптуру соответствующие изменения и довести проект до конца.

Неслыханный интерес средств масовой информации к Лошади — и в Штатах, и за рубежом — привел к тому, что у скульптуры появились два двойника: первый, сделанный из фибергласа и позолоченный, установлен в Японии; второй, гипсовый, выкрашеный под бронзу, — в штате Мичиган.

Оригинал же, в начале июня 1997-го года, был отлит в бронзе и в течение трех дней (25-27 июня) в Талликсе (Бикон, Нью-Йорк) проходило празднество в честь рождения огромной Il cavallo , восставшей в бронзе с Леонардова эскиза, и в честь прощания с нею — перед отправкой в Милан. Итальянская авиакомпания патриотически согласилась доставить Лошадь из Нью-Йорка в Милан бесплатно. Для упаковки ее была изготовлена огромная стальная клетка со специальными амортизаторами. Голова и хвост отделены — для большего удобства и безопасности. А лошадка эта, между прочим, весила 13 тонн.

Время, к сожалению, не стоит на месте, и обстоятельства во все вносят свои коррективы. Лошадь не удалось установить там, где хотели Леонардо и Чарльз Дент, — на площади перед герцогским дворцом. Миланский мэр и городской совет нашли для нее другое место: в новом парке для отдыха при ипподроме. Пять лет назад, 10 сентября 1999-го, в торжественной обстановке, со скульптуры соскользнуло покрывало, и миланцы увидели дар американского народа — восстановленное творение их гениального соотечественника, эту Лошадь, навсегда осевшую в Милане. >