Обман и самообман

Опубликовано: 16 ноября 2013 г.
Рубрики:

Нелегальные мигранты в России нужны многим. Только никто в этом не признаётся. А шум вокруг — для простодушных и для... себя, для самообмана. Проблема нелегальной миграции решается элементарно. Почему это не делается?

В начале осени масла в огонь подлил всероссийский уполномоченный по защите прав предпринимателей Борис Титов: «Если... мечты избавить Россию от мигрантов вдруг сбудутся, то экономика страны просто обвалится... Учитывая ту демографическую яму, в которой оказалась Россия, потребность в рабочих руках будет только расти... Заигрывание с антимиграционными настроениями граждан — чистейшей воды популизм... Я бы вообще предложил провести... массовую легализацию нелегалов, от этого все только выиграют».

Утверждение, что без мигрантов «экономика страны просто обвалится», спорное. В России есть регионы с высокой безработицей, ожидается закрытие предприятий в так называемых моногородах, и «потребность в рабочих руках» вполне (или в значительной степени) может быть перекрыта перераспределением трудовых ресурсов. Только этим надо заниматься. Словом, вопрос дискуссионный.

Здесь же важен другой факт — Титов пошел поперек всех. А полемики почти не было. Потому что широкое, настоящее обсуждение невыгодно тем, кто считается борцом с нелегальной миграцией по штату и по репутации. И, разумеется, тем, кто стоит в тени.

Косвенно поддержал Титова публицист Георгий Бовт: «Депортация одного нелегала стоит около 50 тысяч рублей... Почем встанет депортировать... шесть миллионов? Споры эти — чисто умозрительные. Потому как поздно уже. Лет на десять опоздали».

Да ничего не поздно. И государственные деньги тратить не надо. (Только на содержание лагерей для высылаемых нелегалов необходимо 4 миллиарда рублей в год. Дают пока лишь 1 миллиард. Эти бы деньги — да на социальные нужды, на больных детей, к примеру.) Все можно сделать легко и просто. Депортацию нелегалов обязаны оплатить бизнес-структуры, которые взяли их на работу. Это будет правильное и справедливое решение. Но — еще не наказание. Предприниматели сознательно нарушали закон, не платили налоги, наводнили страну нелегалами, вызвали социальное напряжение. И должны ответить за это.

После депортации 5-6 миллионов нелегалов поток гастарбайтеров регулируется более чем просто. Не нужно введение виз со странами СНГ, заставы, рейды полиции и пр. Все регулирует бизнес. Ни одного мигранта не берут на работу без регистрации. А иначе — жестокое наказание. Вплоть до уголовного. Не говоря уже о депортации за счет предпринимателя и штрафах. Любой инспектор по кадрам испокон веков держал прямую связь с районной милицией, а теперь и отделением Федеральной миграционной службы (ФМС). В любую минуту может позвонить и спросить, действительно ли такой-то зарегистрирован, не поддельное ли удостоверение? И — все. Никаких проблем.

Впрочем, мы ломимся в открытые ворота. Давно уже разрешено регистрировать мигрантов по месту работы. То есть сам взял на работу — сам и зарегистрировал. Но почему тогда полиция приезжает на стройку и обнаруживает поголовно нелегалов? Почему вздыхаем: уже поздно, десять лет назад надо было...

 

Ну, десять лет назад вопрос не стоял. Возник он в 2006-2007 годах. И тотчас угас. Потому что всплыли факты. В штат оформлено 6 дворников. За них работают два таджика-нелегала. С липовыми документами от местной милиции. При зарплате 8 тысяч рублей получали 4 тысячи. То есть от двух таджиков кому-то «навар» — 40 тысяч в месяц.

Во Втором троллейбусном парке задержали 70 водителей-нелегалов. Они при зарплате 20-25 тысяч получали 15 тысяч.

«В 2005 году я работала в центре Москвы на реставрации дома Пашкова, — рассказывала белорусская художница Ирина Кудласевич. — В ведомости я расписывалась за 45 тысяч рублей, однако на руки мне выдавали только 15 тысяч. Остальное отдавала руководителю — такой был уговор».

То же самое — на стройках. В 2006 году вышло постановление московского департамента строительства «О мерах по предотвращению нелегального использования труда иностранных и иногородних граждан и их проживания на строительных объектах». Кто его помнит?

С 2006 года зарплаты выросли в 2 раза. Соответственно, в 2 раза вырос и разрыв между штатной зарплатой и той, что выдается нелегалу. По расчетным данным ФМС, сегодня в Москве трудятся без разрешения на работу 1,3 миллиона человек. Если с каждого из них наниматель «имеет» примерно 120 тысяч рублей в год, то в сумме — 5 миллиардов «черных» долларов.

И это далеко не весь «навар». Наниматель не платит налоги за работника. А это, ни много и ни мало: страховая часть Пенсионного фонда, накопительная часть Пенсионного фонда, обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве, обязательное социальное страхование по временной нетрудоспособности, налоги в федеральный фонд обязательного медицинского страхования.

Гастарбайтер-нелегал — источник больших подпольных доходов. Которыми бизнес делится с покровительствующими чиновниками и правоохранителями. Потому и не ставится по-настоящему миграционный вопрос. (Хотя в Госдуме тихо-тихо лежит законопроект о выдворении нелегалов за счет работодателей.)

После погромов в московском районе Бирюлево волна бурных обсуждений прокатилась по всем этажам власти. Что только не говорили! Кроме одного и главного — жесткого прессинга нанимателей. Правда, глава ФМС предложил ввести для них уголовную ответственность... если они берут на работу более 50 нелегальных мигрантов. Странная получится статья в Уголовном кодексе: значит, 49 рабов (как назвал их сам глава ФМС) — не преступление, зарегистрировал три аффилированные фирмы: на племянника, тещу, брата — и плюй на УК, эксплуатируя 147 нелегалов. Однако верное по общему направлению предложение главы ФМС игнорировали. Предприниматель-рабовладелец — кормилец окружающей среды в своем районе, он же как памятник, кто ж его посадит? Какая местная администрация или местная полиция-прокуратура? Несчитанные миллиарды долларов на неуплате налогов и расчетные 5 миллиардов долларов «черного нала» — не баран чихнул, кто ж позволит покуситься на святое? Впрочем, тут можно и не ставить знак вопроса, бросающий некую тень подозрения. Вполне возможно, что все госорганы, сверху донизу, а также пресса и активисты просто-напросто не знают, не додумались как-то до главной причины, в пылу борьбы...

Вот и весь секрет.

 

Весь, да не весь. На самом деле гастарбайтер-нелегал выгоден большинству, каждой группе населения приносит свои радости.

Бизнес, некоторые чиновники и некоторые местные правоохранители имеют с них экономию на налогах и «черный нал».

Высокие полицейские начальники приписывают нелегалам львиную долю преступлений, объясняют: невозможно раскрыть, сегодня они здесь, а завтра у себя в кишлаке... Полиция и прокуратура сознательно запугивают граждан, сообщая прессе, что 30-40 процентов убийств и изнасилований в Москве совершают мигранты. Пресса верит или желает верить, и потому, не разбираясь, печатает, выдает в эфир. Вольные публицисты тем более не разбираются (или не желают) и оперируют этими цифрами в своих ксенофобских построениях. А рядовому обывателю невдомек, что в эту хитрую статистику входят преступления, совершенные в Москве калужанами, смоленцами, тюменцами, владивостокцами, кавказцами и другими гражданами России, живущими, работающими или просто пребывающими в Москве — все они считаются мигрантами. Обыватель со страхом и ненавистью смотрит на мирного дворника-таджика: «Убийца! Насильник!»

На самом деле, по статистике МВД за 12 лет, доля преступлений выходцев из стран СНГ составляет 1,6 процента, включая нарушения правил регистрации.

Ксенофобски агрессивная часть молодежи фактически легально дает выход своей агрессии, устраивая «рейды» вместе с полицией и отдельно, в масках и с арматурными прутьями (как в Капотне) нападает на общежития мигрантов, а пресса называет их «активистами». Масштаб «несанкционированной акции» в Бирюлеве (разгромили Покровскую овощебазу, пограбили торговый дом «Бирюза» и продуктовый магазин «Авоська», переворачивали машины на улицах) был такой, что министр внутренних дел РФ ввел в Москве план «Вулкан», всю московскую полицию поднял по тревоге. После чего префект округа встретился с инициативной группой жителей Бирюлево и объявил о создании оперативного штаба по борьбе с ...нелегальной миграцией. Причем тут нелегальная миграция, если уроженец Азербайджана, убивший московского парня в Бирюлеве, объявленный в международный розыск полицией Азербайджана за убийство, проживал в Москве 10 лет под своей фамилией?

Далее префект сказал, что в штаб войдут народные дружинники, работники УФМС и полиция. Задача — жесткое противодействие нелегальной миграции путем рейдов, патрулирования, выявления аренды квартир нелегальных мигрантов. А задержанные за погромы «активисты» и их незадержанные «сподвижники» будут членами этих дружин?

Хорошо от нелегальной миграции и политикам. Никто из них в борьбе за симпатии избирателей не удержался от ксенофобских мотивов, включая оппозиционеров — от Алексея Навального до Сергея Митрохина.

Для власти антимигрантская кампания — бальзам на душу. Как оказалось, россиян (запуганных недостоверной информацией о высокой доле преступлений мигрантов-гастарбайтеров в общей статистике преступлений) больше всего беспокоит не рост тарифов ЖКХ, не их экономическое положение, не произвол силовых структур, не самые туманные суды, а эти самые мигранты — по данным опроса, проведенного летом Всероссийским центром изучения общественного мнения. Легко править таким народом.

«С точки зрения системы в нагнетании конфликтности есть своя логика, — полагает руководитель Центра исследований идеологических процессов Института философии РАН Александр Рубцов. — Нарастает ком проблем... Чтобы взгляд на проблемы был рассредоточенным, расфокусированным, а не собирался, скажем, на пенсиях, зарплатах, рабочих местах... важна множественность конфликтных фронтов: надо, чтобы люди заранее кого-то другого ненавидели, отрабатывали на нем свои проблемы и комплексы, рассеивали энергетику протеста. Тут национальный вопрос — идеальная субстанция».

Чувство некоторого удовлетворения испытывают и рядовые граждане. «Характерно смещение агрессии, — говорит профессор социологии Лев Гудков. — Если нечем гордиться, надо унижать других. Это важный социальный механизм восполнения, который нетрудно использовать... Собака никогда не будет лаять на хозяина. Если она им недовольна, она отвернется и будет лаять в сторону. Так и люди не рискуют выступать против власти, смещая недовольство на более удобные фигуры».

То есть антимигрантская кампания — канал выплеска общего недовольства, подавленности, агрессии населения, которое при этом испытывает еще и некое приятное ощущение превосходства.

Теперь представим, что нелегалов депортировали, рабочий миграционный поток ввели в цивилизованное русло, по телевидению перестали транслировать облавы, возбуждающие недобрые (приятные) чувства. И что тогда? Чем жить?