Новые издания семьи Чуковских. Беседа с Еленой Чуковской

Опубликовано: 16 января 2013 г.
Рубрики:

chukovskaya w.jpg

Елена Цезаревна Чуковская дома
Елена Цезаревна Чуковская дома. Фото Ирины Чайковской.
Елена Цезаревна Чуковская дома. Фото Ирины Чайковской.
Будучи в ноябре этого года в Москве, я первым делом поспешила на Тверскую — к Елене Цезаревне Чуковской1. По многолетней устоявшейся традиции Елена Цезаревна, расположившись за чайным столом, прямо напротив компьютера, рассказала мне о новинках «дома Чуковских».

 

Eлена Чуковская: В этом году — не знаю, дошло ли до Америки, — мы выпустили толстый сборник воспоминаний о Корнее Чуковском. Не видели?

Ирина Чайковская: Видела. Держала в руках — хотела взять с собой в самолет, когда летела в Москву. Но уж очень толстый. Потому взяла книжку из малой серии ЖЗЛ. Она как раз по размеру моей сумочки.

Е.Чуковская: Если вы его донесете, то я вам этот сборник подарю.

И.Чайковская: Тяжелый — но донесу. Это будет царский подарок.

Е.Чуковская: В свое время три раза выходили сборники воспоминаний о Корнее Ивановиче, еще в 1980-е годы, но тогда в них нельзя было включить воспоминания Лидии Корнеевны.

И.Чайковская: Ну да, ведь ее чудесную книжку об отце «Памяти детства» не печатали из-за «антисоветской позиции» автора. В своих Открытых письмах Лидия Корнеевна протестовала против травли Солженицына, Сахарова, Синявского и Даниэля, резко выступала против Шолохова... Я знаю, что, когда журнал «Семья и школа» в 1972 году начал публиковать ее воспоминания, редакции пришлось прервать публикацию, — к недоумению и огорчению читателей. Книга «Памяти детства» вышла только в 1989 году. Значит, вы полностью поместили книгу Лидии Корнеевны в сборнике?

Е.Чуковская: Полностью. Воспоминания о Корнее Ивановиче в 1980-е годы публиковало издательство «Советский писатель», а Чуковский был к тому времени признанный патриарх литературы, поэтому нельзя было в них включать то, что не содержало восторженных оценок. И вот в прошлом году издательство «Никея» неожиданно предложило напечатать новый сборник воспоминаний к 130-летию Чуковского.

И.Чайковская: Чуковский родился 1 апреля 1882 года.

Е.Чуковская: И книгу выпустили к 1 апреля 2012-го.

И.Чайковская: Совсем свежая.

Е.Чуковская: Мы в ней пытались заполнить все бреши, то есть собрали все то, что не могли раньше включить. Издательство почему-то очень хотело, чтобы в ней участвовали родственники юбиляра. Поэтому свои воспоминания написали мой двоюродный брат, моя двоюродная сестра... Но главное — это история с Евгением Шварцем.

И.Чайковская: Как же, знаю. Читала его «Белого волка» на сайте Чуковских. Очень едко Шварц написал, не пощадил старика.

Е.Чуковская: Я хотела его напечатать еще в тех прошлых книжках, но об этом речи быть не могло. А я помнила, как после смерти Шварца «Белый волк» появился в самиздате. Я связалась тогда с наследницей Шварца, чтобы узнать, в какой мере он сам хотел это напечатать. Ведь между «Белым волком» и тем, что Шварц напечатал о Чуковском при жизни, была большая разница.

И.Чайковская: Разница? Он по-разному написал?

Е.Чуковская: Он при жизни напечатал статью «Некомнатный человек», где совершенно вывернул сюжет «Белого волка», написал о Чуковском хвалебно. Наследницей Шварца была дочка Николая Заболоцкого, моя хорошая приятельница. Поначалу она считала, что «Белый волк» составлен секретарем Шварца после его смерти, составлен из кусочков, найденных в дневнике.

И.Чайковская: А появилось это уже после смерти Евгения Львовича?

Е.Чуковская: Да, «Белый волк» был напечатан за границей вместе с дневниками и главное — вместе со свидетельством Пантелеева о том, что Шварц читал ему эти воспоминания. То есть в этом виде их сам Шварц написал. И Пантелеев вспоминает, что он их не одобрил.

И.Чайковская: Но Пантелеев был еще хорошим приятелем вашей семьи.

Е.Чуковская: И он написал статью о «Белом волке». И вот мы, собрав все материалы вместе, да еще откомментировав какие-то вещи, в которых Шварц не точен, все это опубликовали.

И.Чайковская: Честь и хвала. Не испугались, не повели себя как те, кто в 1980-е боялся печатать критические материалы.

Е.Чуковская: Шварц — прекрасный писатель. Мне интересно, знал ли Корней Иванович об этих воспоминаниях. Он мог знать, но мог и не знать. Но он очень всегда выделял Шварца. Я уже говорила, что Евгений Львович перед 75-летним юбилеем Чуковского напечатал о нем безумно хвалебную статью. Чуковский на нее отозвался... Сохранились их записки.

И.Чайковская: Тут может быть некоторое лицемерие с обеих сторон, нет?

Е.Чуковская: Нет, я это не называю лицемерием. Шварц был вообще строг к окружающим, судя по его записям. А Корней Иванович часто писал о «двойственности», которая не есть «двуличность».

Он очень настраивался на волну собеседника: сегодня думал так, а завтра иначе — и это не значило, что общее его отношение было плохим, он просто видел по-разному.

И.Чайковская: А знаете, действительно ведь он писал о «двойственности» Некрасова. Замечательная, между прочим, статья, и чувствуется, что в ней много личного, выстраданного. А если дальше посмотреть, то как, например, ваш дедушка к Маяковскому относился? Трудно сказать определенно, — в разное время по-разному, двойственно, — то любил, а то почти ненавидел.

Е.Чуковская: В конечном счете, я убеждена, что остается в памяти и доходит до читателей то, что хорошо написано. Недостаточно того, что ты был этому свидетель, нужно еще уметь написать. Шварц умел.

И.Чайковская: О да.

Е.Чуковская: Потом я из архива извлекла ряд писем к Корнею Ивановичу, которые его как-то характеризуют с точки зрения биографии. Розанов интересно писал о Чуковском.

И.Чайковская: Василий Васильевич? Это, наверное, что-нибудь раннее.

Е.Чуковская: Раннее. Розанов спорил с Чуковским по поводу его лекций. В общем хотелось дать живую картину, а не такого классика советского... Невероятно пышно прошло его 75-летие в 1957 году. Как раз это время совпало с Оттепелью — и пошло. Чуковскому дали Ленинскую премию, и казалось, что он уже настоящий патриарх литературы, и все должно было этому соответствовать. А на самом деле жизнь-то прошла совсем другая. И мы хотели в этой книге немножко это показать.

И.Чайковская: Я очень это приветствую. Объемность важна, важны разные мнения, критика, иначе перестаешь верить воспоминаниям... Кто вам помогал в создании книжки?

Е.Чуковская: Евгения Викторовна Иванова, с которой мы готовили и многие тома Собрания сочинений Корнея Ивановича.

И.Чайковская: Знаю ее. Она написала интересную книгу о Чуковском и Жаботинском.

Е.Чуковская: По странному и случайному стечению обстоятельств ее бывший муж Дмитрий Зубарев комментировал первое издание «Белого волка» в самиздатском альманахе «Память», который с 1978 года выходил в Париже. Вышло пять толстых сборников.

И.Чайковская: В каком году «Белый волк» был впервые напечатан?

Е.Чуковская: В 1978 году в третьем выпуске альманаха «Память». Дмитрий Зубарев напечатал там свой комментарий под псевдонимом Воронин.

И.Чайковская: Удивительно, что в те годы находились люди, решавшиеся печатать «самиздат» за границей, пусть и под псевдонимом. Все же всем памятна история Пастернака, потом Синявского-Даниэля...

Е.Чуковская: Эти сборники составлял историк Арсений Рогинский, нынешний руководитель Мемориала, перед самой перестройкой отсидевший срок за свою деятельность...

Я решила взять комментарии Дмитрия Зубарева и поместить их в сборник воспоминаний о Корнее Чуковском. И естественно получилось, что я привлекла к работе Евгению Иванову, расширившую комментарий. Все было бы хорошо, но сроки установили минимальные. Издательство обратилось ко мне в декабре, а книжка должна была вый­ти в апреле.

И.Чайковская: Три месяца.

Е.Чуковская: Да, три месяца на все. А начинали с нуля. Нужно было собрать книгу, подобрать фотографии... Издательство прислало мне верстку, там оказалось довольно много ошибок. Но когда я послала им листы с поправками, мне сказали, что все, никаких поправок. Они гнали неимоверно.

И.Чайковская: К дате?

Е.Чуковская: К дате. Уже была назначена пресс-конференция.

И.Чайковская: Значит, они оставили ошибки?

Е.Чуковская: Да, оставили. Правда, только в последней части комментариев, которые мне посылала Евгения Викторовна. Я вам их заклею.

И.Чайковская: Вы мне напомнили Лидию Корнеевну. Она в перестройку прислала мне свою книжку с ее Открытыми письмами, и там было очень много вклеек.

Грустно конечно, что не внесли исправления. Я купила недавно в Библио-Глобусе книгу со статьями Сергея Михайловича Бонди, известного пушкиниста. Тоже, наверное, спешили выпустить к дате — к его 120-летию, огромное количество разнообразных ошибок. Причем издательство уважаемое — Московского университета...

Е.Чуковская: Еще об одной работе. Вышло мамино собрание сочинений.

И.Чайковская:  Лидии Чуковской? Сколько томов?

Е.Чуковская: Одиннадцать томов.

И.Чайковская: Маленькие? Большие?

Е.Чуковская: Пять томов больших. Там «Записки об Анне Ахматовой», книги о Герцене, о Миклухо-Маклае, о декабристах-исследователях Сибири... И они переиздали «Лабораторию редактора». А шесть томов — маленькие. Мне хотелось, чтобы они были портативные, неперегруженные. Там «Памяти детства», «Процесс исключения», «Прочерк».

И.Чайковская: «Прочерк» — гениальная книга. Знаете, скольким людям я о ней рассказывала и советовала купить? Это книга очень личная, о любви, о любимом человеке, который к тому же был выдающимся ученым, физиком-теоретиком. Но это его не спасло от сталинского террора.

Знаете, я недавно подумала, что причиной такой быстрой расправы над Матвеем Бронштейном, несмотря на все письма в его защиту знаменитых академиков и писателей, была его фамилия. Сталин расправлялся со всеми, кто хоть как-то напоминал ему Троцкого, а у того была настоящая фамилия Бронштейн.

Е.Чуковская: Еще в маленьких томах Лидии Чуковской напечатаны «Из воспоминаний», «Дом поэта». И что-то еще... забыла...

И.Чайковская: «Софья Петровна»? Вы не ее ли забыли? Самую известную книгу Лидии Чуковской?

Е.Чуковская: Точно, «Софья Петровна».

И.Чайковская: Прекрасно изданы все книжки. На обложках разные портреты Лидии Корнеевны — в молодости, в старости... Без иллюстраций?

Е.Чуковская: Без иллюстраций. И маленький тираж. А вообще-то эти тома выдвигали в 2012 году на премию «Большая книга», но премии не дали.

И.Чайковская: И без премии разойдется мгновенно. Лидию Чуковскую читатели знают и любят. Книжечки эти драгоценные. Спасибо вам, Елена Цезаревна, за рассказ.

 

1 Елена Цезаревна Чуковская – дочь Лидии Корнеевны Чуковской и внучка Корнея Ивановича Чуковского. Химик по образованию, кандидат наук, она посвятила жизнь работе с рукописями матери и деда, публикации их наследия.