Навет и ответ Рецензия на книгу Семена Резника "Растление ненавистью"

Опубликовано: 18 января 2002 г.
Рубрики:

Прежде чем уничтожить - в середине 20-го века - половину еврейского населения Европы, а другую фактически изгнать с континента, европейские народы подвергали своих еврейских соседей всевозможным казням: массовым и индивидуальным убийствам, сожжениям на кострах, изгнаниям, насильным обращениям в христианскую веру, ограблениям и так далее. При этом кары, которые обрушивалась на еврейские головы в то или иное время, в том или ином уголке Европы, могли быть сколь угодно свирепыми, бесчеловечными, унизительными, но отвратительнее, изощреннее кровавого навета не было.

Да, на фоне инквизиции в Испании, погромов Хмельницкого, рекрутчины Николая I, которые унесли сотни тысяч еврейских жизней, кровавый навет являет собой почти детскую идеологическую забаву и выглядит - по количеству жертв - весьма безобидно. Не случайно, даже профессиональным историкам и знатокам еврейской истории кровавый навет представляется цепочкой отдельных не связанных между собой эпизодов. "Велижское дело", "Саратовское дело", "Дело Бейлиса". Сколько там пострадало? Десятки человек. Так стоит ли заострять на этом внимание?

Живущий в США писатель и публицист Семен Резник доказал - стоит! Взявшись за огромный и неблагодарный труд, он сумел собрать "отдельные эпизоды" кровавого навета в цельную картину, которая убедительно демонстрирует, как зрел в России гнойный очаг навета в умах миллионов людей, как растлевал их души, как исподволь готовил их к принятию - как должного! - "окончательного решения" еврейского вопроса Гитлером и Сталиным, и как продолжается в России эта "славная" деятельность по сей день. Книга Резника, вышедшая в издательстве Даат/Знание, Москва-Иерусалим, 2001, так и называется - "Растление ненавистью".

Начиная свое повествование, автор не поддался соблазну, не стал гадать, где, когда и при каких обстоятельствах впервые возник кровавый навет. Конечно же, он возник в потаенных глубинах человеческой души, ибо уже на первых этапах приобщения к цивилизации люди видели в скотоложестве, кровосмешении, в ритуальных убийствах великий грех, грех язычества. В римской империи жертвами кровавого навета стали христиане, затем, как пишет автор, "когда прочное здание христианской церкви было выстроено, в христианских странах чуть ли не единственным религиозным меньшинством оказались евреи", сами христиане стали проецировать кровавый навет на евреев.

В своей книге С.Резник излагает эпизоды кровавых наветов в России в строгом соответствии с исторической хронологией. Но не просто излагает. Он пытается всех их критически переосмыслить, на все взглянуть с точки зрения сегодняшнего дня. Это одновременно и достоинство, и недостаток книги. Достоинство в том, что взгляд Резника несет с собой новизну, свежесть подхода к проблеме. Недостаток - в том, что отрываясь от исторического контекста, он утрачивает третье измерение - глубину, бездну греха. Взять Гаврилу Державина. Уроженец Поволжья, ярый крепостник, участник похода против Пугачева, екатерининский вельможа наконец, Державин и представления не имел о евреях, в глаза их не видел до тех пор, как Павел I отрядил его в Белоруссию разбирать жалобу евреев Шклова на тамошнего помещика Зорича. Ну кого должен был поддержать Державин - крестьянина, еврея или бывшего фаворита обожаемой императрицы? Да и если уж быть объективным, то следует отметить, - обвинив евреев в "спаивании крестьянина", он тем не менее, указал, что "и евреи другого способа пропитания, кроме винокурения, не имеют". Можно ли Державина - Пушкина, Гоголя - называть антисемитами в современном значении этого слова, не соотнося его с реалиями, уровнем знаний и нравами того времени?!

Совсем другое - "Дело Бейлиса". На дворе 1911 год. С конвейера заводов "Форда" сходит стотысячный автомобиль, Сикорский поднимает в воздух пятимоторный самолет, в мировой эфир начинают поступать точные сигналы времени. А в Киеве черносотенная царская рать организует ритуальный процесс в строгом соответствии со средневековым сценарием! Да Гаврила Романович Державин просто либерал и гуманист по сравнению со всеми этими крушеванами, плеве и щегловитовыми!

И все же, как автор сумел объединить многочисленные, но разведенные во времени эпизоды кровавого навета на территории России? Весьма оригинально и очень убедительно. Он объединил их... современностью. Да, да - сегодняшним днем. От каждого эпизода кровавого навета протягивает он ниточку к событиям советского и постсоветского периода, ищет и находит продолжателей "славного" дела предшественников. От Нилуса к Шафаревичу, от Николая II к Сталину, от Крушевана к Макашову. От "Розыскания", ложно приписанного В.И.Далю - к "Русофобии", от "Дела Бейлиса" - к делу о ритуальном убийстве царской семьи.

Удивительный факт, книга Резника построена на историческом материале, но она настолько пронизана современными проблемами, знанием и тонким чутьем автора на "запахи крови" в сегодняшней России, что кажется, будто написана она не о прошлом, а о дне сегодняшнем!

Приведу лишь один пример, связанный с историей захоронения предполагаемых останков царской семьи. "В вопросе о "ритуальном убийстве царской семьи" либеральный реформатор Немцов, - пишет автор, - не усмотрел никакой неловкости, заявив, что считает его столь же законным и уместным, как и любой другой вопрос". Мы-то такую "мелочь" не заметили, С.Резник - заметил. К сожалению, он не дает ей оценки. А следовало бы сказать, что Немцов, полуеврей и православный христианин, конечно же, не антисемит и даже не "образованец" вроде Шафаревича (несмотря на его, Шафаревича, "погоны" членкора Академии Наук СССР). Немцов - законченный невежда и глупец, из тех, кто мог оказаться на поверхности только благодаря вулканическим разломам российской почвы под названием "перестройка".

Но вот вопрос - для кого и для чего старался Семен Резник, кто прочтет его книгу, какие выводы сделает?

Великий еврейский историк, прежде всего историк российского еврейства, Семен Маркович Дубнов писал: "Мы должны учиться у прошлого, прошлое обладает чудесной целительной силой. Причем помимо утешения, сколько света, ясности, сознательности вносит в наш ум знание прошедшего. Мы чувствуем себя тогда не отрезанными ломтями, а продолжением целого ряда поколений. Мы должны научить нашу молодежь воспринимать прошлое с живостью текущего момента, а современность мыслить исторически".

Не знаю, кого и чему научит книга Резника. Но одно знаю точно, - Резник в полной мере последовал завету Дубнова. Его книга - ответ, который он сделал на запрос и истории, и современности.

Ответ достойный.