Сумерки Валентинова дня и жертвы «сексизма»

Опубликовано: 16 февраля 2011 г.
Рубрики:
Райан Гослинг (Дин) и Мишель Уильямс (Синди) в фильме «Сумерки Валентинова дня» (Blue Valentine). Photo © 2010 The Weinstein Company

Энтони Лейн написал в «Нью-Йоркере», что видел фильм режиссера Дерека Сианфранса «Сумерки Валентинова дня» (Blue Valentine) несколько месяцев назад и не может его забыть. Я видела недавно и забыть тоже не могу.

Вообще большинству смотревших фильм он нравится. Но большинство тех, кому нравится, не совсем понимают, в чем там дело, и в этом признаются.

Сюжет вроде бы простой. Мы проводим два дня с молодой супружеской парой из рабочей среды. Синди медсестра, Дин маляр, Фрэнки — их дочка пяти лет. Актер Райан Гослинг, до сих пор подвизавшийся в каких-то вялых ролях, должен, по-моему, по гроб жизни быть обязан режиссеру Сианфрансу, который его, наконец-то, оживил. Здесь он сыграл мужчину, мужика. Оказалось, что Дин с его пролетарской аурой — татуировки, вечная сигарета в зубах, манера не особо стесняться в выражениях — пришелся Гослингу абсолютно впору. Актер перевоплотился в него так, что диву даешься.

Картина начинается на тревожной ноте — девочка надрывно кричит, зовет любимую пропавшую собаку. Утешает ее отец, а не мать, которая недовольна, что ее разбудили. Позже мы узнаем, что собака погибла, выбежав на улицу — Синди забыла запереть ворота. Дин говорит дочери, что собака, наверно, убежала в Голливуд, чтобы сниматься в кино, и придумывает для них с Фрэнки игру — есть кашу так, «как едят леопарды». Синди увозит девочку к своему отцу, чтобы она не видела, как родители будут хоронить собаку. Дин, провожая их, напоминает о том, что в машине надо пристегнуться, просит Синди ехать осторожнее, и осыпает проклятиями лихача, несущегося мимо их дома.

Ясно, что Дин очень любит обеих.

Потом становится ясно, что супружеская жизнь разваливается.

Сперва Синди встречает в магазине старого приятеля, и Дин, узнав об этом, почему-то реагирует очень нервно. Затем Дин пытается устроить «любовное свидание» с женой, заказывает номер в «секс-мотеле» с его претензиями на якобы возбуждающую обстановку, говорит Синди «Давай напьемся» — делает все, что может, чтобы разбудить в жене любовную страсть. Все напрасно. Синди с ним холодна, а наутро бросает его, спящего, в мотеле. Дин мчится к ней на работу — где, между прочим, молодой врач явно имеет на нее виды. Разражается жуткий скандал, и Дин даже заезжает врачу в глаз. Напрасно потом дома Дин отчаянно просит жену — «Скажи, что мне делать — я на все согласен». Все катится под откос, и к концу дня Синди с криком «Я не могу больше все время злиться!» требует развод.

Во многих рецензиях, что я прочла, их авторы утверждают, что это история о взаимной, безоглядной любви, которая умерла за шесть лет брака. И почему-то никто не может объяснить, отчего это произошло. Большинство считает, что виноват Дин — мол, он ревнивый, вспыльчивый, инфантильный. И не хочет расти над собой. А Синди женщина с запросами.

Тут было бы о чем говорить, если бы нам показали только то, что описано выше. Но минут через десять после начала фильма, нас неожиданно, без всяких надписей типа «За шесть лет до этого» переносят в прошлое. При помощи ювелирного монтажа настоящее начинает то и дело перемежаться со сценами шестилетней давности. А мы начинаем — часто с изумлением — постепенно понимать правду про этих людей и причину крушения их брака.

Не было там никакой взаимной любви. Синди вышла за Дина только потому, что «залетела» от другого, довольно звероватого парня (он был не первый, не второй и даже не пятнадцатый ее партнер), но тот жениться и не думал. Свои права доказал лишь тем, что жутко избил Дина и гордо удалился. Синди до сих пор к этому Бобу неровно дышит — это совершенно ясно из эпизода, когда она сегодня, шесть лет спустя, случайно сталкивается с ним в магазине. И не зря Дин из-за этого нервничает.

А Дин прикипел к ней душой сразу, едва они познакомились — и где же? В доме престарелых, куда Синди пришла навестить бабушку, а Дин, работавший грузчиком, перевозил вещи переезжавшего туда старика. Только он не просто выгрузил его пожитки, а постарался навести хоть какой-то уют, хотя старик был чужой, а ребята из бригады очень торопили Дина. В общем, пожалел.

Потом старик исчез. На вопрос Дина Синди ответила равнодушной гримасой: мол, окочурился. Ей непонятно, почему Дин вздрагивает. «Их же сюда и свозят умирать», — объясняет она.

Мы видим, что для Дина каждая встреча с Синди — праздник. Он так радуется своей любви, что иногда ему удается заразить этой радостью и ее. В дивной вечерней сцене возле магазина свадебных принадлежностей Дин так лихо играет на укелеле — этой американской балалаечке, и поет, как соловей, что Синди тоже пускается в пляс. Но вообще-то никакого ликования в ней не наблюдается.

После блестящей сцены объяснения на мосту Дин понимает, что будущий ребенок не его. Но он хочет сделать все, чтобы Синди было лучше. Все, как она хочет. Она идет на аборт — Дин сопровождает ее к врачу. А когда она, испугавшись, в последний момент сбегает прямо с операционного стола, он в восторге, что будет ребенок, и, обнимая ее, говорит: «Давай будем семья».

И унизительную сцену, когда Синди знакомит его со своими родителями, он переносит не моргнув глазом. Не скрывает, что он грузчик, сын дворника, а мать давным-давно их с отцом бросила. Выдерживает ледяное презрение будущих родственников, которые вынуждены согласиться на этот брак — дочь-то в подоле принесла...

Не ту полюбил Дин, не на той женился! Вот в чем сюжет фильма. Дин — человек с живой душой, а у Синди насчет души плоховато. Конечно, она не чудовище. Но устроена поплоше и погрубее. Дину дан великий и редкий талант любви. Когда Синди пытается его уговорить «развить свой потенциал», заняться чем-то попрестижнее (вышла за нелюбимого, так уж пусть хоть будет не простым маляром), он простодушно отвечает, что быть ее мужем и отцом Фрэнки — это самое и есть для него счастье, на всю жизнь. Оценить этот талант Синди не дано. И как ни старается Дин удержать свое счастье, жене не нужна его любовь.

Пресловутая политкорректность, замутившая мозги рецензентов, заставляет их реагировать на определенные сигналы определенным образом. Если муж в фильме ревнив, даже устраивает скандал, значит жена — мученица, угнетенная жертва «сексизма». И как таковой, актрисе Мишель Уильямс в роли Синди преподносят номинацию на «Оскара». А ведь если Уильямс сыграла неплохо, то Гослинг — поразительно. Но ему не положено. Пусть не играет угнетателей женщин. Этот неандертальский подход к искусству просто сбивает с ног, и не одну меня. В «Лос Анджелес таймс» от 29 января помещены два письма читателей — Ларри Зайгера из Сан-Диего и Кеннета Зиммермана из Хантингтон-Бич. Один называет трагедией то, что Гослинга обошли номинацией. Другой пишет: «Одна из самых замечательных актерских работ, что я видел за многие годы — это работа Райана Гослинга в блестящем фильме «Сумерки Валентинова дня». Исполнение Гослингом этой роли показывает богатство таланта этого актера. Он вживается в роль и делает ее такой убедительной, что мы, зрители, верим каждому нюансу этого характера с начала до конца». Невозможно с этим не согласиться.

Только среди зрительских отзывов на сайте IMDB я нашла мнение женщины, которой непонятно — почему многие не понимают причину разрыва между героями фильма. Она отчетливо видит, что Синди — холодная эгоистка, которая не любит и никогда не любила Дина.

Боюсь, что Голливуд так настойчиво кормит нас сюжетами, оскорбительными для человеческого интеллекта, что скоро мы совсем разучимся думать перед экраном.

Мало того, что фильм оказался недопонят критикой и недооценен Академией. Ему еще пришлось вынести битву за рейтинг, который дает Ассоциация кино Америки (MPAA). Поскольку там есть откровенная сексуальная сцена между Дином и Синди, он сперва получил рейтинг NC-17, то есть, «запрещено зрителям до 17 лет». Это сильно снизило возможности проката. А на мусорный фильм «Черный лебедь» о растлении юной балерины, где есть точно такая же (но лесбийская!) сцена, таких ограничений не наложили. Разница состоит, между прочим, в том, что в «Сумерках Валентинова дня» эта сцена связана с характером Дина. В отличие от прежних сексуальных партнеров Синди, он в интимные моменты думает, прежде всего о ней, о том, как доставить ей удовольствие. В этом и состоит смысл эпизода. И снова — зрители осознают это лучше, чем профессиональные рецензенты.

Фильму Сианфранса удалось в конце концов получить рейтинг R (Restricted), который позволяет подросткам до 17 смотреть кино в сопровождении взрослого. Это сражение за рейтинг хорошо только тем, что привлекло внимание к картине и увеличило аудиторию. Теперь ее рекламируют как «не порезанную и не подвергшуюся цензуре», то есть, приглашают на клубничку...

А это удивительная, тонкая и глубокая картина про человеческие чувства.

На сайте «Гнилые помидоры» положительных отзывов 89 процентов (критики) и 82 (зрители).

 

Сумерки Валентинова Дня
Blue Valentine

Режиссер Дерек Сианфранс

*****


***** - замечательный фильм
**** - хороший фильм
*** - так себе
** - плохой фильм
* - кошмарный