Эзотерическая страничка Письма живого усопшего о войне

Опубликовано: 10 сентября 2004 г.
Рубрики:

[Продолжение. Начало в № 13 (24) от 02 июля 2004, № 14 (25) от 16 июля 2004, № 15 (26) от 6 августа 2004, № 16 (27) от 20 августа 2004].

Письмо X

Один день, как тысяча лет

29 марта 1915 г.

Раз уж я пишу о войне, то не могу не обратиться к тем, кто потерял во время этой войны своих близких.

Вы, скорбящие о безвременно ушедших, разве не читали вы, что один день будет как тысяча лет, а тысяча лет — как один день.

Начнем с перевоплощения, которое еще называют ритмом, и течение которого есть бессмертие. Бессмертие предполагает отсутствие начала и невозможность конца. Дух всегда был и всегда будет. В жизни духа один день может длиться как тысяча лет, и тысяча лет — как один день.

Рождение есть утро нового дня, смерть — его вечер. А время между жизнями есть период сна, когда к нам приходят сновидения. Вы вполне можете сказать и обратное: что жизнь это сон, а смерть — пробуждение к реальности. Но наличие ритма не вызывает сомнений.

Погружение в сон есть прохождение через астральный мир, аналогичное пути души после смерти. Вы — пишущая для меня эти строки — и ещё некоторые люди способны проходить по этому пути, будучи в полном сознании. В один прекрасный день все люди научатся осознанно проходить по нему и тогда смогут восстановить свою прошлую память.

Вы, скорбящие об усопших, помните, что наша жизнь — это всего лишь один день для бессмертного духа. Ведь вам часто приходилось расставаться с теми, кого вы любите, на один день, и вас это совсем не огорчало. Ваши близкие просто уходят из дома, поскольку их ждут другие дела, но вы не сомневаетесь в том, что на следующий день встретитесь с ними снова. Так почему же вы не чувствуете, что следующим днем души, или в следующей жизни (для Вечности это безразлично) вы вновь сможете поприветствовать тех, кого любите?

Друзья не обязательно будут встречаться в каждой жизни, тем более если они не очень близки. Как в обычной жизни вы встречаетесь с каждым из своих друзей, как правило, не чаще одного раза в неделю, так и в более продолжительной жизни души вам не обязательно встречаться со всеми своими друзьями каждый день. Вы можете расстаться в понедельник, но договориться при этом, что обязательно встретитесь в пятницу. Четыре дня или четыре жизни — для Вечности это все равно.

Но с некоторыми людьми вы расстаетесь всего лишь на несколько часов — с утра и до заката, а вечером снова встречаетесь в интимной домашней обстановке. Так что те, кто покинул вас в самый разгар дня жизни, возможно еще вернутся к вам на закате; точно так же можно сказать, что вы еще встретитесь с ними в конце этого дня вашей души, в конце нынешней жизни, они будут с вами в сумерках астральной жизни и в прекрасном сне на Небесах, который ждет вас вслед за нею. Не печальтесь. Любовь терпелива и в конце концов берет свое.

С некоторыми своими друзьями вы, может быть, встретитесь спустя две, четыре или даже семь жизней; но с теми, с кем вы действительно близки, с теми, кого вы любите, кто вам действительно дорог, вы снова встретитесь на закате, или, в крайнем случае, — завтра, следующим днем вашей души, который вновь начнется на земле.

Как же вам готовиться к этой встрече? Разве не следует вам прожить весь этот день в радостном ожидании того, что с наступлением вечерних сумерек к вам опять вернется ваша Любовь? А с приближением заката разве не облачитесь вы в белые одежды веры, в ваши вечерние одежды, и разве не сядете у окна в ожидании своей Любви? Любовь придет. Неужели вы не слышите, предвкушая встречу с ней, звука ее шагов на дорожке возле дома? Неужели вы не слышите звука открывающейся двери? Идите же вперед с улыбкой навстречу своей Любви! Истинно: один день будет как тысяча лет, а тысяча лет — как один день.

Я беседовал с душой одного английского офицера, который погиб, увлекая за собой в атаку своих солдат. Его смерть была быстрой и безболезненной. Выстрел в сердце, и вот он оказался — после непродолжительной потери сознания — как ему казалось, всё ещё во главе атаки.

Но перед ним уже не было врага, ничего, кроме безмятежных равнин, возвышавшихся над полем боя; ибо его душевный подъём был настолько силен — а умер он, лелея в своем сердце мысль о своей Любви, — что он сразу же начал подниматься все выше и выше, в те сферы, до которых может возвысить человека только Любовь.

Не увидев никого перед собой, он остановился, поглядел по сторонам и заметил меня.

Брат мой, — сказал я ему, — твоя война осталась позади.

Он сразу всё понял. Те, кто уже прожил несколько недель в шатрах Смерти, сразу же узнают её, когда она поднимает свой занавес.

А что с атакой? — тут же спросил он. Мы победили?

— Да, — ответил я, — сила твоего духа помогла вам победить.

— Тогда всё хорошо, — последовал ответ.

— Отдохни немного, — сказал я, — отдохни и поговори со мной.

— Мы когда-нибудь встречались раньше? спросил он. — Твое лицо кажется мне знакомым.

— Мое лицо знакомо многим из тех, кто сейчас сражается там, — сказал я.

— Когда ты ушел — оттуда?

— Три года назад.

— Тогда ты можешь многому меня научить.

— Да, пожалуй. А что бы ты хотел узнать?

— Я хочу знать, смогу ли я как-нибудь успокоить ту, для которой моя смерть станет огромным горем?

— Где она сейчас? — спросил я.

Он назвал мне место, где она жила.

— Идем туда, — сказал я. — Я пойду с тобой.

В Англии, в крохотной комнатке с такой же маленькой кроваткой мы увидели красивую женщину. В кроватке лежал малыш, лет четырех или пяти. Мы даже могли различать их голоса: мать и ребенок говорили друг с другом.

— А когда вернется папа? — спросил малыш.

— Я не знаю, — ответила мать.

— Папа обязательно приедет, правда же, мама? Ты же знаешь, что он приедет?

— Я молюсь, чтобы он скорее вернулся.

Вот и все, что ответила мать сыну.

Глаза детей в момент перехода в сумеречный мир, в мир, отделяющий бодрствование от сна, порою становятся на удивление проницательными.

— Папа, папа вернулся! — вдруг радостно закричал малыш и протянул руки навстречу своему отцу.

Мать всё поняла, и лицо её побледнело.

Но ей помогла справиться с горем мысль о том, что ее любимый пришел домой, и что их сын видит его. Я полагаю, он останется вместе с ней до тех пор, пока она не сможет с ним воссоединиться. Эта задержка отнюдь не замедлит прогрессивный рост его души. Любовь есть исполнение Закона. В вечности есть место и для любви, и для разлуки. В любви тысяча лет проходят как один день.

Письмо XI

Многие языки

30 марта 1915 г.

Изучайте языки. В этой войне моим действиям очень мешает слабое знание немецкого языка.

С теми, кто находится здесь уже давно, я могу общаться просто при помощи мыслей; но те, кто лишь недавно попали сюда, продолжают говорить на том языке, на котором они говорили на земле, и часто этот язык представляет собой какой-нибудь местный диалект. Это одна из причин того, что деятельность моя имеет наибольший успех преимущественно среди английских армий.

Я могу читать мысли немцев и французов, но они не всегда меня понимают. Родители тех двух бельгийских женщин находятся здесь уже давно, и потому мы общались друг с другом мысленно.

Изучайте языки. Когда вам придется жить и действовать в этом мире, знание их, возможно, пригодится вам еще больше, чем на земле, ибо расстояния здесь преодолеваются со скоростью мысли, и человек способен в мгновение ока перенестись из одного места в другое.

Письмо XII

Прекрасное существо

1 апреля 1915 г.

Ангел, которого мы называем Прекрасным Существом, тот самый, что сопровождал меня в путешествии среди планет, хочет сказать здесь несколько слов о Любви и Ненависти. Мне кажется, их можно назвать выражением смертной и бессмертной сущности человека в первые дни войны.

Любовь и ненависть

“Тот, кого я любил, объявил мне войну, и народы земные восстали один на другого. Зеленые поля окрасились кровью, и не стало слышно голосов сверчков в пышных нивах — они потонули в криках боли и ярости, когда люди обрушили друг на друга свою ненависть. И сердце мое стало печальней, чем зимнее небо над Лондоном. Казалось, не осталось больше радости на Земле; ибо любовь умирала, и мир был мертв, и люди умирали повсюду. “Мене, мене, текел, упарсин”, — было начертано на стенах храма человеческого.

И сказал я сердцу своему:

“Куда же попали мы в разгар дня нашей жизни? И для чего мы ждем заката? Ведь любовь пропала, и весь мир пропал, так не пропали ли тогда и мы сами?”

А затем, глядя в пустоту своей собственной веры, услышал я голос, исходящий как бы из центра всего сущего, и этот голос сказал мне:

Возьми перо и пиши, ибо тому, кто уже все потерял, открываются сокровища Истинной Сущности человека.

Я — та Истинная Сущность, о которой позабыли вы, когда пытались отыскать любовь во внешнем мире. Я — та Истинная Сущность, о которой забыли народы, когда отправились уничтожать друг друга. Я есмь Единая Сущность, и дом мой — во всех этих сердцах, преисполненных ныне любовью и ненавистью. И всякий раз, когда они ранят друг друга, они ранят Меня; когда они сомневаются друг в друге, они сомневаются во Мне; но когда они любят друг друга, они любят Меня. И никак иначе нельзя понять Меня, кроме как через любовь и ненависть, через веру и сомнение. Ведь любовь и ненависть — два полюса одного магнита, а сомнение и вера — Мои дети-близнецы.

Тот, кто никогда не сомневался, не знает, что такое вера; а тот, кто никогда не ненавидел, не может знать, что такое любовь.

Если в сердце не осталось радости, Я заполняю его собой. Хотя Мои люди истребляют друг друга на земле, на небе они по-прежнему живут в согласии. Освободившись от телесной слепоты, они видят друг друга в истинном свете.

Два солдата отправились на войну, и пуля каждого из них пронзила сердце другого. Их ненависть была так же горяча, как и любовь. Но вот неожиданно оба оказались во мраке смерти, их руки соединились; и ненависть их обратилась в свою полярную противоположность, и они растворились в любви.

Двое друзей оказались на этой войне во враждебных станах и с каждой раной становились они все ближе друг к другу — душа каждого страдала, чувствуя боль другого, и ни в жизни, ни в смерти не могли они убежать друг от друга.

Если вы откажетесь от того, кого любили, да не дерзнете вы никогда возненавидеть его. Даже если разум беспощаден, душа — сострадательна; даже если разум ослаблен сомнениями, душа может быть сильна своей верой.

И даже когда разум пребывает в бездействии, душа разума продолжает оставаться на страже, утирал слезы с наших глаз своей невидимой рукой.

Когда во сне вы плачете, знайте, что это плачет ваша душа, скорбя о тех слезах что пролили по вашей вине ваши враги. Когда вы проснетесь утром, и глаза ваши будут мокры от слёз, знайте, что вы отдаете свой долг любви.

Будьте добры к тем, кто любит вас, ибо любовь — как беспомощный ребенок; если вы изгоните её из своего сердца, будет она сиротливо скитаться в одиночестве.

Будьте добры к тем, кто ненавидит вас, ибо их брошенный ребенок где-то скитается в одиночестве.

Погружаясь в сон, пошлите свою любовь тому, кто изо дня в день причиняет вам боль. И если перед сном вы не оставите свою ненависть, утром проснетесь с мокрыми от слез глазами.

Я — связующее звено. Я — Истинная Сущность, чей дом — в каждом сердце. Я слышу всё, оставаясь в темноте. Я — слишком велик, чтобы возгордиться. Ради ближних своих Я не знаю покоя.

О том, как вы старались заставить себя ненавидеть, мне говорит грусть ваших сердец. Но вы не смогли заставить себя ненавидеть, потому что ваша душа никогда не спит.

Я — связующее звено, и светильник мой никогда не гаснет”.

продолжение следует