Что идет в кино

Опубликовано: 1 июня 2010 г.
Рубрики:

МЛАДЕНЦЫ
Babies

Во многих кинотеатрах
Режиссер Томас Бальмес

Это документальный фильм, снятый французским режиссером. Он явно любит необычные сюжеты и отыскивает их по всему миру. У него есть фильм "Евангелие от папуасов" (2000) о том, как папуасы обращаются в христианство. В 2004 году он сделал "Приличную фабрику" — про то, как работает финская телефонная фабрика, перенесенная в Китай. Есть у него и картина о Боснии, и еще одна под названием "Бургер Махараджа". Можно, пожалуй, сделать вывод, что Бальмеса привлекает своеобразие различных укладов жизни.

"Младенцы" — фильм без комментариев и закадрового текста. Он чисто визуальный, если не считать отдельных реплик, которые изредка проборматывают персонажи на своих языках без перевода. В фильме прослежен первый год жизни четверых детей: девочек Пониджао из Намибии, Мари из Японии (Токио), Хэтти из США (Сан-Франциско) и мальчика Баяра из Монголии. Они лежат, сидят и ползают, а когда встают на ноги, фильм заканчивается.

Из огромного материала отобраны короткие кадры по принципу особой выразительности и перетасованы, как карты в колоде. Многие американские критики отнеслись к фильму скептически — он кажется им не более значительным, чем фото из семейного альбома или домашние видеосъемки. Видимо, им хотелось бы, чтобы в фильме была четко выраженная тема (желательно, прогрессивная), которой они здесь не обнаруживают. Конечно, у многих фильм вызывает благостное умиление — какие милые детки! Есть зрители, которые "вчитывают" в картину собственные благородные мысли: "В этих младенцах гораздо больше общего, чем различий!" Есть критики (мужчины), которым фильм кажется "пугающим", а младенцы в нем "отвратительными". Один из них написал: "Они пускают слюну, пищат, мочатся, дерутся и орут, убеждая вас в необходимости усиления контроля над рождаемостью".

Мне была интересна, так сказать, этнографическая сторона фильма. Например, то, что в Намибии и Монголии мужчины как бы не имеют к младенцам никакого касательства. В Монголии отец подъезжает к роддому на мотоцикле, жена с туго запеленутым новорожденным в руках садится на заднее сиденье — и больше мы отца не видим. В Намибии множество голых детей в ожерельях копошатся вокруг голых матерей, а мужской пол мелькает всего раз, когда по экрану с гиканьем проносится на лошадях группа подростков. В Америке же и в Японии отцы присутствуют, читают младенцам книжки и трясут над ними погремушки.

Различие культур показано временами не без некоторого ехидства. Американочка Хэтти, которая рождается в больнице среди немыслимо сложной технологии, узнает о существовании коровы из книжки с картинками. А монголенок Баяра ползает прямо посреди стада, и козел пытается напиться из таза, в котором сидит младенец. Хэтти и Мари — единственные дети в семье. У Баяра есть братишка, который с удовольствием шлепает его тряпкой по физиономии, пока не видит мать. А в Намибии дети не считанные. Они копошатся в земле, Пониджао грызет найденную в грязи сухую кость. Ее мать употребляет вместо туалетной бумаги для ребенка собственное колено, а потом очищает его обглоданным кукурузным початком. Образ жизни здесь такой первобытный, что так и ждешь появления мамонта или саблезубого тигра.

Все отмечают замечательно подсмотренный эпизод, когда у японочки Мари не получается сложить игрушечную пирамидку. Она приходит в ярость, и от досады бьется и катается по ковру. Это, по-моему, очень симпатичное проявление интеллектуальной злости — единственное в фильме.

Хэтти растет в прогрессивной семье, где мама иногда ходит почти такая же голая, как в Африке, а когда дочь бьет ее по лицу, отвечает сладкой улыбкой. Когда же мама приводит ребенка в группу New Age, где распевают бездарные псевдоязыческие гимны во славу Матери-Земли, дитя не выдерживает и пытается удрать.

Мне было интересно смотреть, потому что думаешь о том, как все-таки, в самом деле, формируется ребенок под влиянием условий жизни и, конечно, генетики. Разумеется, все мы люди. Но очень, очень, очень разные!

****


ПРОСЬБА ПОЖЕРТВОВАТЬ
Please Give

Art houses
Cценарий и режиссура Николь Холофсенер

Необычная фамилия этой 50-летней кинематографистки — явно англизированный вариант более понятного нам имени Головченер. Николь выросла в семье, связанной с кино и театром, окончила кино-факультет Колумбийского университета, с помощью отчима-продюсера получила работу ассистента в кино. Ее первый фильм Walking and Talking про двух подруг, одна из которых собирается замуж, имел успех и занял 47-ое место в списке из 50 "культовых" фильмов. Холофсенер получила репутацию специалистки по женской теме и работу режиссера в телесериях Sex and the City и Gilmore Girls. В 2001 году она написала и поставила картину Lovely and Amazing про мать и трех дочерей, младшая из которых — приемная афроамериканка. Я это видела, но помню смутно. Там ставятся проблемы липосакции, выпрямления негритянских волос, ну и, конечно, любви и семейных отношений. У Холофсенер зоркий глаз, хороший слух на диалоги, она умело подбирает актеров. Но все это, на мой взгляд, довольно поверхностно и, как написал один критик, "никуда не идет". Ее следующая картина "Друзья с деньгами" (2006) запомнилась мне больше. Дженнифер Анистон играет учительницу, которую ее ученики дразнят, потому что она бедная. А подруги ее все богатые. Героиня бросает школу, идет убирать чужие дома и таким образом знакомится с богатым домовладельцем, который в нее влюбляется. Там было некоторое дыхание подлинной жизни, но робкое. Во всех этих фильмах у Холофсенер снималась актриса Кэтрин Кинер, которая ей творчески близка и даже внешне похожа на нее как две капли воды. Актриса она хорошая. Для меня она одна из самых нелюбимых в американском кино, но это фокусы моего подсознания.

Новый фильм Холофсенер снова про женщин. Кэйт (Кэтрин Кинер) и ее муж Алекс живут в Манхэттене и имеют магазин старой мебели. Покупают ее у наследников умерших стариков, которым надо освободить жилье. Потом продают втридорога и очень неплохо зарабатывают. Почему-то это, вполне нормальное занятие торговлей вызывает у Кэйт комплекс вины. На улице она беспрерывно раздает деньги бездомным. Но не хочет покупать джинсы за 200 долларов единственной 15-летней дочери. Вся жизнь дочери, однако, сосредоточена на этих джинсах. Мне предлагают сочувствовать ей, как Акакию Акакиевичу с шинелью, но у меня не получилось. В соседней с этой семьей квартире живет сварливая старушка Андра, смешно сыгранная 82-летней Энн Гилберт. Кэйт с мужем купили у Андры эту квартиру, чтобы пристроить к своей, и теперь ждут, когда она умрет. От этого чувствительная Кэйт тоже испытывает страдания. Попутно развивается сюжет с двумя взрослыми внучками Андры, радиологом Ребеккой и косметичкой Мэри. Одна хороший человек, другая черствая. У хорошей складывается личная жизнь, у черствой (которая соблазняет мужа Кэйт) не складывается. В финале муж осознает, что романов заводить не надо, а Кэйт — что надо быть более внимательной к своим близким. Дочери дарят заветные джинсы. Ее родители обретают душевное равновесие.

Поскольку хорошая внучка Ребекка работает на маммограммах, начальные титры фильма идут на крупных планах голых женских бюстов всех размеров и фасонов, которые сплющиваются между панелями рентгеновского аппарата. Этот художественный зачин вполне оправдан, но с этого момента фильм стал мне так же чем-то неуловимо неприятен, как и предыдущее творчество Холофсенер.

Я уверена, что многих зрителей картина растрогает и насмешит. К сожалению, я из-за своей психологической несовместимости с режиссером не принадлежу к их числу, но сделана она вполне умело, и рекомендовать ее я могу с чистой совестью.

****


МНОЖЕСТВЕННЫЕ САРКАЗМЫ
Multiple Sarcasms

Art houses
Режиссер и со-сценарист Брукс Брэнч

Это загадочная картина. Непонятно, как ее удалось вообще сделать: найти деньги на производство и занять в ней хороших актеров. Возможно, дело в том, что режиссер-дебютант работал на киностудии консультантом по маркетингу. Очевидно, завел связи, с кем-то подружился, и осуществил свой замысел, который в литературе был бы назван попросту графоманским.

Действие происходит в Нью-Йорке в 1979 году. У архитектора Габриэля наступает тот период умопомрачения, который в Америке называют "кризисом середины жизни". Ощущая себя глубоко и необъяснимо несчастным, он бросает работу, уходит от вполне любимых жены с дочкой и начинает писать пьесу о самом себе, обожаемом — а именно, об этом самом своем душевном кризисе. Все это он нудно обсуждает с подругой юности Кэри, которая, видимо, его за что-то любит. Поскольку в это время процветал феминизм, между персонажами происходят разговоры о влагалище, а малолетняя дочь героя неплохо разбирается в лесбийстве. Каким-то чудом приятельница Габриэля, литературный агент Памела, соглашается попробовать эту пьесу продать. Видимо, Памела гений, потому что пьесу покупают и ставят на сцене в плохих модернистских декорациях. Кэри в зале обливается слезами. Габриэлю, очевидно, светят лавры Юджина О'Нила.

Один эпизод фильма незабываем. Герой мчится куда-то по улице, нагруженный десятком каких-то коробок. Он невероятно нервничает и то и дело роняет коробки. Мы узнаем, что его вызвали в школу. Боже мой, думаем мы, на его бедную девочку напали. Похитили. Избили. Она упала с крыши. Однако, девочка невредима и, надувшись, сидит, ожидая отца. Оказывается, у нее начались месячные. Школьный врач в курсе, но почему-то, видимо, не смог справиться с этой сложнейшей ситуацией. Поставлена в известность директриса школы, которая в панике звонит родителям. Перепуганный отец бегом доставляет коробки с тампонами.

Уж и не знаю, что здесь выявилось: ментальность всего американского общества или лично автора фильма.

Один из немногочисленных критиков, выдержавших просмотр фильма, сухо указал, что за полтора часа смотрел на часы четыре раза. Это какой-то очень терпеливый человек. Другой рецензент, отметив, что герой — скучный самовлюбленный тип, написал, что от фильма раздражаешься, как если бы ногтями скребли по школьной доске. В "Голливудском репортере" написано, что вдохнуть жизнь в эту картину не могут даже прекрасные актеры.

А они действительно прекрасные. Очень хороша Стокард Чэннинг, сочно играющая Памелу. В роли Кэри — Мира Сорвино, лауреат "Оскара" 1995 года. Правда, она в последнее время не так уж много снимается, так что появление 43-летней актрисы здесь объяснимо. Но 50-летний Тимоти Хаттон, играющий Габриэля, вроде бы не страдает от отсутствия ролей. Он тоже лауреат "Оскара" — получил его совсем юным, в 1980 году за фильм "Обыкновенные люди", поставленный Робертом Редфордом. Я очень люблю Хаттона, он тонкий и умный актер. Меня просто потрясла его работа на телевидении, когда там сделали сериал по детективным романам Рекса Стаута про толстого сыщика Неро Вулфа. Хаттон не только превосходно играл Арчи Гудвина, остроумного помощника Вулфа — он сам поставил несколько серий, отмеченных явным режиссерским талантом и безупречным вкусом. Это был редкий пример адекватной экранизации литературы. А как вам нравится, что Хаттон женат на художнице Авроре Жискар д'Эстен, племяннице бывшего президента Франции? Мне почему-то очень нравится.

Так что я простила ему, что он связался с мистером Брэнчем и его кошмарным Габриэлем. Брэнч назвал свой фильм и пьесу, сочиненную героем, "Множественные сарказмы", возможно, по созвучию с ходячим выражением "множественные оргазмы" — чтобы было посмешнее. У меня название вызвало ассоциацию только с "множественным склерозом".

*



    ***** — замечательный фильм
    **** — хороший фильм
    *** — так себе
    ** — плохой фильм
    * — кошмарный