Об Эль-Греко, цирке и отношении к животным

Опубликовано: 1 июня 2010 г.
Рубрики:

Каждые несколько месяцев я ощущаю внутренний дискомфорт и вспоминаю замечательные, на мой взгляд, слова Теннесси Уильямса о том, что пришло время отправляться в путь, пусть даже у тебя нет определенного места, куда ехать. И я начинаю выбирать, куда поехать за океан.

Я исхожу из разных соображений, но в последнее время мой путь нередко определяет график марафонских забегов в мире. Их великое множество, но выбор на самом деле не очень велик. Потому что из Америки на многие самые престижные марафоны самостоятельный путь тебе практически закрыт. Этот мир стал жутко коммерческим, где все хотят на тебе нажиться. Ты зачастую не можешь поехать сам, а обязательно должен связываться с туристическим агентством, которое беззастенчиво эксплуатирует золотоносную жилу и думает не столько о тебе, сколько о своей выгоде и навязывает тебе все самое дорогое и зачастую неудобное.

Но что делать, мы живем в реальном мире, и если ты не принимаешь правила игры, то бегай бесплатно 42 километра вокруг дома. А это, согласитесь, не очень вдохновляет. Из всех моих зарубежных марафонов я только в Праге в прошлом году был самостоятелен в выборе сроков, гостиницы и прочего. Кстати, пражский марафон был великолепным по организации. И еще он мне запомнился тем, что сразу после марафона я пошел в хорошей компании в пивнушку "У чаши", куда до меня ходили Ярослав Гашек и Иозеф Швейк и выпил пива, наверное, не меньше, чем писатель и его герой вместе взятые. Но это тогда.

А на этот раз я обратился в агентство, которое оккупировало марафон в Мадриде. Я заранее предвкушал встречи с испанскими художниками, с Веласкесом, Гойа, но прежде всего с моим любимым Эль Греко. Поездка была во всех отношениях замечательной. И марафон незабываемым. Тем более, что было 35 градусов по Цельсию и я во время бега и после него нанес серьезный ущерб водным запасам испанской столицы. Но рад, что все преодолел, потому что у многих были весьма серьезные проблемы. К счастью, никто не умер, как иногда бывает на марафонах. Правда, надолго я запомню симпатичную девушку, которая где-то на 35 километре лежала на асфальте, врач ей делал укол, а она горько рыдала, то ли от боли, то ли от сознания, что финиш, к которому она так долго стремилась и так долго готовилась, уже для нее недоступен и не получит она медаль, цена которой доллар, но которая доставляет столько радости, будто ты нашел состояние. Странно устроен человек, все же.

Но, несмотря на все эти большие и маленькие трудности, очень вам рекомендую мадридский марафон, получите большое удовольствие. Только готовьтесь основательно. Марафон это вам не шуточки и не безответственная болтовня о чудодейственном похудании с помощью таблеток, в которые верят многие ленивые и наивные люди, постоянно думающие о том, чего бы такого еще поесть, чтобы похудеть.

Что касается замечательных испанских художников, а также итальянских во главе с Рафаэлем и Тицианом, голландских, немецких и многих других, то отмечу, что вряд ли где либо, кроме Италии, можно видеть такое собрание произведений великих мастеров прошлого, как в музеях и церквях Мадрида и Толедо. Это потрясает.

Но здесь я хочу сказать не об этом, а привести несколько весьма спорных замечаний. Если прибегать к высокому штилю, то крылья моей души всегда трепещут, когда я вижу картины Эль Греко. Никогда я не видел их в таком потрясающем изобилии, как в эту поездку. Впервые я увидел скульптуру Эль Греко. Это было в небольшом помещении в большом замке Тавера в Толедо, где скульптура демонстрируется вместе с картинами гения живописи. Тавера — это бывший госпиталь для бедных. Сейчас это потрясающее хранилище шедевров. Принадлежит оно очень богатой и доброй семье, которой я благодарен за то, что мне была предоставлена возможность познакомиться с шедеврами Эль Греко.

Но у меня возникли и вопросы. Нам двоим была оказана такая любезность — милая и очень знающая девушка целый час водила нас по комнатам, открывая и закрывая за собой двери, включая и выключая свет, рассказывая о том, что мы видели. И все время я испытывал чувство неловкости, что нас двое, что для нас это как бы персональная экскурсия. Если бы эти произведения были представлены в музее Прадо, около них толпился бы народ. А здесь нас всего двое. И стали мне в душу вкрадываться разные греховные мысли. А могут ли люди, даже добрые и хорошие, владеть такими сокровищами? Может ли им принадлежать право на Эль Греко?

Я понимаю, что с точки зрения юридической я порю абсолютную чушь. Существует частная собственность, ты можешь владеть сотнями гектаров земли, замками, призовыми скакунами, самолетами и всем прочим, в зависимости от денежек, которые ты заработал или получил в наследство.

С замками и самолетами все понятно, а насчет Эль Греко у меня возникают разные глупые и юридически крамольные вопросы. К тому же, кроме законов юридических, существуют и законы этические. Этично ли отдельным людям иметь монополию на то, что принадлежит всему человечеству?

Подсчитано, что всего в истории человечества было примерно тысяча гениев. Из них почти половину мы не знаем. Кто, например, изобрел колесо? Но многих гениев мы знаем. Эль Греко один из них. Можно ли владеть произведениями Эль Греко?

В свое время великий Сервантес, автор, на мой взгляд, самого гениального романа в истории человечества, посвятил своего "Дон Кихота" разным титулированным ничтожествам. Представьте себе, что какой-нибудь герцог владел бы этой книгой и по собственному благоволению выдавал ее читать своим знакомым. Или кто-то из заказывающих сонату Моцарту или Бетховену слушал бы ее сам и не давал слушать другим.

Как-то одна из знаменитых актрис говорила, что у нее в столовой висит картина Ван Гога и она ею любуется во время обеда. Артистка она талантливая, но меня покоробило то, что гений Ван Гога заперт в ее столовой. Меня греет мысль, что Ван Гог не писал для нее, он писал для всего человечества. Простите, для меня тоже.

Я повторяю, что с точки зрения закона я не прав, но верю, что права частной собственности не могут быть беспредельными. В том же Мадриде есть замечательный музей Тиссена-Борнемисы. Богатейшая семья имела гигантские художественные ценности, которые стоили миллиарды долларов. Они продали эти сокровища государству за смехотворные деньги, всего за 350 миллионов долларов. Но совершили благородное дело, и теперь музей по праву носит их имя. То же самое, что и с музеем Гугенхайма в Нью-Йорке. В Америке есть замечательная традиция — в музеях почти все великие произведения — это дар богатых людей. И имя их всегда указывается вслед за именем великого мастера.

Я вовсе не хочу сказать, что это проблема такая простая и что нужно обязательно национализировать произведения всех гениев, врываться к обладателям шедевров с ружьем и насильно отнимать картины. Нет, конечно, не приписывайте мне такой экстремизм. Я просто уповаю на общественное мнение. На мой взгляд, оно должно сыграть свою роль. Я очень хочу, чтобы гении принадлежали всему человечеству, а не отдельным его представителям, которые рассматривают картины и скульптуры гения как средство вложения капитала. И капитал этот баснословно растет, потому что число гениев ограничено, никогда не будет нового Леонардо, Микеланджело, Эль Греко. А наше время гениев не рождает, разве только в финансовой сфере и в сфере хапания разных жизненных благ.

Вообще, на мой взгляд, жадность наша необозрима. Как справедливо сказано, подарите людям весь мир, и они еще потребуют оберточную бумагу. Мы все хотим иметь и все себе захапать, не думая о будущем. Если так будет продолжаться, в исторически короткий срок мы вычерпаем из земли все ее запасы, вырубим все леса, чтобы печатать рекламу, погубим все живое на Земле, сами зарастем жиром, вернемся совершенно неприспособленными для этого в первобытнообщинный строй, охотиться будет не на кого, да и не будем мы к этому готовы, еды у нас не будет, будем питаться компьютерами и мобильными телефонами и пойдем вслед за динозаврами, которые продержались 130 миллионов лет, а мы, конечно, столько не продержимся. Я, конечно, шучу, но нечто весьма близкое к такому варианту не исключено. Если, конечно, мы еще раньше себя не угробим каким-нибудь новым великим открытием ученых в сфере усовершенствования бомб или разных биологических экспериментов. А пока в недавнем докладе ООН было отмечено, что процесс исчезновения животных и растений идет в тысячу раз быстрее, чем это было исторически.

В своем самомнении мы считаем, что нам все дозволено и все на земле создано только для нас. Мы весьма успешно осуществляем призыв ныне забытого Мичурина, который заявлял, что мы не можем ждать милостей от природы, взять их у нее наша задача. Он забыт, но дело его живет. Эту задачу приспособления природы к нашим нуждам мы доводим до абсурда своим эгоизмом и лицемерием. В Мадриде мое внимание привлекла забавная статуя Микеля Барсело. Слон делает стойку на хоботе. Статуя мне понравилась. Только мне не хотелось бы видеть такое в реальной жизни.

В детстве родители меня водили в цирк пару раз и потом прекратили, потому что мне это очень не понравилось. Я начитался разных хороших книг про животных и был проникнут высокими идеями об уважении к этим гордым и прекрасным созданиям. В цирке я видел слона, который делал стойку на голове. Это было отвратительное зрелище. Я видел тигра, который под хлыстом молодцеватого инквизитора прыгал сквозь горящий обруч. Это тоже было отвратительное зрелище.

Я не верю, что можно заставить слона делать стойку на голове, дрессируя его с помощью охапки сена и конфетки. Я считаю это гнусным издевательством над слоном. Как же его надо мучить, чтобы он стал такой покорной игрушкой в руках дрессировщика-инквизитора.

В свое время мне влетело от начальства на радио в Москве за то, что я сказал в эфире плохие слова о семье Берберовых. Была такая семья в Баку. Они взяли к себе в квартиру льва и всю прессу обошли умилительные снимки — лев за столом с людьми, лев сидит на унитазе. Можете себе представить такую пошлость и такое издевательство.

Читайте полную версию статьи в бумажном варианте журнала. Информация о подписке в разделе Подписка