Катынская трагедия

Опубликовано: 1 мая 2010 г.
Рубрики:

Зловещность Катыни многократно усилилась утром 10 апреля 2010 года, когда при заходе на посадку в Смоленске потерпел крушение самолет и погибла вся польская делегация по главе с президентом Лехом Качинским, прибывшая на траурные мемориальные церемонии по случаю 70-летия Катынского расстрела. Тут сразу следует отметить, что расстреливали тогда не только в Катыни, а еще в 7-ми лагерях и тюрьмах (с Катынью — в 8-ми), причем, в некоторых (например, в Медном) даже больше, чем в Катыни, но именно слово "Катынь" стало символом злодеяния.

Название это известно давно, еще с военных лет. Произошло оно от сокращенного названия Катынского леса — деревни с названием "Катынь" нет. Сами массовые захоронения находятся у деревни "Козьи Горы". Лагерь же, узники которого были расстреляны в Катынском лесу, назывался Козельским. Слово "Катынь" как обозначение массовых убийств применила международная комиссия 1943 года (под эгидой немцев), так как "кат" по-польски означает палач, а Катынь — можно перевести как "палаческое".

В 1943 году комиссия под руководством доктора Герхарда Бутца, организованная немцами, установила, что обнаруженные массовые захоронения — дело рук НКВД. Более точно: 28-30 апреля 1943 года в Катыни работала Международная комиссия в составе 11 специалистов судебной медицины из Бельгии, Болгарии, Финляндии, Италии, Хорватии, Голландии, Словакии, Румынии, Швейцарии, Венгрии, Франции и Чехии. По степени разложения трупов они сделали вывод, что погребение их состоялось не позже лета 1940 года. У значительной части трупов руки были связаны веревками советского производства.

Выводы доктора Бутца и международной комиссии прямо обвиняли СССР. Польская комиссия Красного Креста также сделала вывод о вине СССР.

Причем, польские представители подписали это заключение. Менее чем через год, в начале 1944 года советская комиссия главного хирурга Красной Армии, генерала Николая Бурденко, установила, что убийства — дело рук немецких карателей. Польские представители (уже другие) подписали и это заключение. Обе точки зрения были высказаны на начальных слушаниях Нюрнбергского процесса, но разбираться Сталин запретил, и этот вопрос вообще далее в трибунале не поднимался.

В Польше никто не сомневался в виновности Советов. Не потому, что верили немцам: немцы и сами расстреливали польских офицеров. Поляки потому не сомневались в виновности коммунистов, что письма от пленных перестали приходить родственникам в марте 1940 года. На эксгумированных немцами трупах были обнаружены советские газеты от марта 1940 года и неотправленные письма, записки, дневники (всего 3184 документа), самый поздний из которых датирован 6 мая 1940 года. С какой стати некие польские офицеры стали бы носить с собой газету "Пролетарская правда" от 25 марта 1940 года, письма, датированные теми же числами, и ожидать вместе с письмами и газетами в карманах прихода немцев через полтора года?

Все записи в дневниках и в неотправленных письмах были оборваны пулями чекистов.

Известный английский историк Александр Верт (сын русской эмигрантки) в своем исследовании "Россия в войне. 1941-1945" при всей симпатии к России все же написал, что катынское дело темное, и позиция СССР здесь весьма уязвима. Строчки эти по странному промаху цензуры пропустили в русский перевод 1967 года, но с примечанием, что тут историк не разобрался, подпал под влияние, льет воду и пр. Лить воду Верт перестал через год — после ввода советских войск в Прагу он был так разочарован, что покончил с собой.

Катынь стала черной меткой всем советским. Да и русским. Катынь все эти десятилетия остается самым больным местом взаимных отношений. Противоракетные комплексы США на территории Польши — дальние последствия тех бессудных расстрелов.

И все эти десятилетия правители СССР всеми силами пытались изменить общественное мнение — в первую очередь, в Польше. И в мире. Хотя, конечно же, всё знали. Ради цели замести следы была придумана акция по увековечиванию памяти сожженных заживо жителей небольшой деревни в Белоруссии (149 человек) под названием Хатынь. Почему именно эта деревня? А — из-за названия. Звучит да и пишется почти как Катынь. Что по-русски, что по-английски (Katyn — Khatyn). И таким образом в подсознании миллионов было заложено: Катынь, а-а-а, знаем... Это там, где злодействовали немцы. Они уничтожали людей. А ведь в то время, в 1943 году, немцы проводили карательные операции в десятках деревень, которые (по их представлению) помогали партизанам. Но для символа выбрали Хатынь. Во время этой операции было разграблено и сожжено 158 населенных пунктов, в том числе вместе с людьми сожжены деревни Амбразеево, Аниськово, Булы, Жерносеки, Калюты, Константиново, Папоротное, Соколово и др. Всего в ходе операции только в Белоруссии было уничтожено и сожжено заживо 3500 местных жителей. При уничтожении немцами Хатыни карательную акцию проводил 118-й охранный батальон. Его командиром, кстати, был бывший кадровый майор Красной Армии Иван Шудря, начальником штаба — бывший старший лейтенант Советской армии Григорий Васюра. Командиром взвода этого же батальона был кадровый лейтенант Красной Армии Василий Мелешко (Васюра и Мелешко были осуждены советским судом и расстреляны в 1975 году).

Таким образом, видно что-то общее между Хатынью и Катынью — и здесь и там расстрелы и убийства производили советские офицеры. Была и разница: одним русским-украинцам отдавали приказы немцы, а другим — русские и украинцы. Впрочем, на результатах это никак не сказывалось.

Но вернемся к Катыни. Мемориал под Смоленском в память о погибших польских офицерах был создан еще в 1978 году. И на нем было написано, что он посвящен полякам, расстрелянным гитлеровцами. Через пять лет вспомнили, что здесь же немцы расстреляли советских военнопленных. А еще через 10 лет вспомнили, что в других лагерях расстреляли многих (сотни тысяч) других советских людей — причем, уже не немцы, а свои. И, наконец, через 12 лет Горбачев вспомнил, что все же "тех поляков" расстреляли тоже свои — русские, украинцы и латыши из НКВД. Наконец, совсем пришел в себя Ельцин, который в 1992 году передал польской стороне оставшиеся документы по катынской бойне (документы передал начальник Росархива Рудольф Пихоя президенту Польши Валенсе).

В 1939 году, в соответствии с пактом Молотова-Риббентропа, Красная Армия перешла восточную границу Польши. Около 21 тысячи польских офицеров были взяты в плен. Точнее, там были не только офицеры (в том числе — резервисты), но и (в небольших количествах) профессура, чиновники, полицейские, помещики, фабриканты, ксендзы. Среди них были не только поляки. Исследователь советских репрессий в Беларуси Игорь Кузнецов уверен, что почти четверть расстрелянных НКВД в Катыни офицеров польской армии были белорусами и евреями.

Операция по уничтожению пленных начала готовиться еще в феврале 1940 года.

Среди пленных был проведен анкетный опрос, содержавший три варианта ответа на вопрос относительно дальнейших планов заключенных. Здесь нужно заметить, что в плен поляков взяли не в результате военных действий, которых между Красной Армией и польской не было, а "просто так" — многих, например, арестовали в своих квартирах. В анкете пленным предлагали выбрать из трех возможных вариантов: выезд на оккупированную немцами территорию Польши, выезд в нейтральные страны, поселение в СССР. Все, кто в анкете выбрал первые два варианта, были обречены. Третий же вариант выбрали в трех лагерях несколько десятков человек (в основном, те, кого удалось завербовать в качестве осведомителей).

Быстро придумали, что делать с офицерами — к тому времени накопили огромный опыт по решению проблем "лишних для социализма людей".

5 марта нарком НКВД Лаврентий Берия по указанию Сталина предложил Политбюро:

"Дела о находящихся в лагерях военнопленных — 14700 человек бывших польских офицеров, чиновников, помещиков, полицейских, разведчиков, жандармов, осадников и тюремщиков, а также дела об арестованных и находящихся в тюрьмах западных областей Украины и Белоруссии в количестве 11000 человек бывших помещиков, фабрикантов, бывших польских офицеров, чиновников и перебежчиков — pассмотpеть в особом порядке, с применением к ним высшей меры наказания — pасстpела" (см. факсимиле).

В тот же день, 5 марта 1940 года Политбюро согласилось с доводами наркома, которому приказал написать записку тов. Сталин: "Дела рассмотреть в особом порядке, с применением к ним высшей меры наказания — расстрела. Рассмотрение дела провести без вызова арестованных и без предъявления обвинения, постановления об окончании следствия и обвинительного заключения".

Из приводимого нами документа следует, что в составе тройки НКВД сначала значился сам Берия, но был вычеркнут и заменен на "Кабулова". На самом деле, его фамилия — Кобулов Богдан Захарович. Но так — в документе. В виде особой пикантности скажу, что впоследствии Кобулов и Меркулов были расстреляны (вовсе не за Катынь) лично их заместителем по МВД Луневым, который (Sic!) одновременно был членом Специального военного присутствия, приговорившего Меркулова и Кобулова к смерти. Такого даже в Китае не бывало!

С 16 марта центральный аппарат НКВД вел интенсивную работу по составлению справок (на основе следственных дел, поступавших из лагерей и тюрем) на пленных и заключенных, по которым "тройка" (Особое совещание при НКВД СССР) должна была принимать решения об их участи. С этого же дня всем пленным запретили переписку с семьями. 29 марта Берия издал приказ о начале "разгрузки" (то есть, о расстрелах пленных) Старобельского, Осташковского и Козельского лагерей.

В трех лагерях к началу "разгрузки" находились 14628 человек.

Выжить удалось только 400 узникам: кого-то из них намеревался использовать в своих агентурных играх НКВД, за кого-то просили влиятельные европейские общественные и политические деятели. Выжил и генерал Войцех Ярузельский, впоследствии первый секретарь Польской объединенной рабочей партии.

В конце марта НКВД закончил разработку плана по вывозу узников лагерей и тюрем к местам расстрела. Заключенных из всех украинских тюрем везли на расстрел в Киев, Харьков и Херсон, из белорусских — в Минск. Для уничтожения обитателей Осташковского лагеря приготовили Калининскую тюрьму, заранее освобожденную от "посторонних" зеков. Одну из камер обшили войлоком, чтобы не были слышны выстрелы. Одновременно неподалеку от Калинина, в поселке Медное, экскаваторы вырыли несколько огромных ям.

Такие же ямы выкопали и рядом с деревней "Козьи Горы", теперь известной как Катынь, неподалеку от Смоленска. С начала апреля польских военнопленных (кроме поляков, там были и белорусы, и евреи) начали вывозить на расстрел эшелонами по 350-400 человек. Чтобы усыпить бдительность жертв, им сообщили, что в ближайшее время их отправят на родину.

С начала апреля до середины мая 1940 года были казнены более 20 тысяч человек. Из них в Катыни — более 4 тысяч. Поляков расстреливали из пистолетов германского производства "Вальтер", как более надежных, чем советские ТТ. Эти "Вальтеры" были проданы в 20-х годах Польше, а затем захвачены в сентябре-октябре 1939 года советскими войсками.

Как это происходило? Приведу кое-что из документальной работы Максима Петрова:

СГВП установила, что применительно ко всем трем лагерям действовала одна и та же схема уничтожения людей. Маршрут смерти начинался в лагере (пленных вывозили поездом, по одному-два вагона в день), проходил через внутреннюю тюрьму НКВД (сюда их доставляли со станции в автобусах или на крытых грузовиках) и заканчивался в ямах, отрытых экскаватором в лесу за городом. Из камер поляков поодиночке приводили в "красный уголок" (Ленинскую комнату). Здесь сверяли данные о нем (фамилию, имя, год рождения), чтобы не случилось ошибки. Удостоверившись, что это тот самый человек, который указан в списке смертников, ему связывали руки за спиной и вели в подвал, в расстрельную камеру, где стреляли в затылок. Потом через другую дверь тело выносили во двор, где грузили в грузовики. Дверь камеры смерти была обшита кошмой, поглощавшей звуки. В подвале грохотала вентиляция, у выхода из подвала стоял грузовик с включенным мотором.

В расстрелах в Калинине участвовали около 30 человек — вся комендантская команда, надзиратели внутренней тюрьмы, шоферы и сам [майор госбезопасности, начальник комендантского отдела НКВД СССР Василий Михайлович] Блохин. Майор привез с собой двух экскаваторщиков и целый чемодан немецких пистолетов "Вальтер-ПП".

В первый день расстрелов он зашел в кабинет к Токареву и сказал: "Ну, пойдем". Токарев вспоминал: "Мы пошли в подвал, и я увидел весь этот ужас. Блохин надел свое спецобмундирование — кожаную коричневую кепку, кожаный коричневый фартук, кожаные коричневого цвета перчатки выше локтей. Я увидел палача".

Трупы вывозили на рассвете. Грузовых машин было 5-6, трупы в кузовах сверху накрывали брезентом. После завершения казни Блохин приказал водителям сжечь брезентовые полотнища. Кровь с кузовов смывали ежедневно. Трупы в Медном сваливали в ямы как попало. Закапывал их тот же экскаватор "Комсомолец".

В первую ночь расстреляли 300 человек (по инструкции НКВД расстрелы и вывоз тел производились только по ночам — В.Л.). Заканчивали при восходе солнца, торопились. Поэтому Блохин приказал, чтобы больше 250 не привозили. После каждой ночи расстрелов Токарев сообщал В.Н.Меркулову: по такому-то наряду исполнено (т.е. расстреляно) столько-то. 5 апреля он, в частности, отправил шифровку: "Первому наряду исполнено №343".

Именно столько 3 апреля было отправлено пленных из Осташкова в Калинин.

Вот еще особенность: расстрелы польских офицеров производились, так сказать, персонально. Каждому — отдельная пуля в голову. А почему бы не применить стахановский метод и не расстрелять из пулемета сразу целую шеренгу на краю рва? Потому что офицеры. Могут оказать активное сопротивление. Кто-то вдруг убежит. Лови его потом. А не поймаешь — крайне нежелательная огласка. Впрочем, своих тоже всегда расстреливали штучно. В то время как немцы любили косить из автоматов. Они были впечатлительны и набрать столько добровольцев для персональной палаческой работы не могли. А наших исполнителей "особых поручений" — сколько угодно. Опять же, и безработицы нет, все при деле.

Катынь стала бомбой замедленного действия. Могла произойти утечка информации. И тогда — огромный международный скандал. И вот тут борец с культом личности, дорогой Никита Сергеевич Хрущев, принимает решение, которое в этом деле все определяет до сих пор. Приводимый ниже документ, написанной от руки в 1959 году тогдашним председателем КГБ при СМ СССР А.Н. Шелепиным, был так важен и секретен, что даже машинистке его не рискнули дать напечатать. Она же может смысл запомнить. Придется ее ликвидировать, а она, допустим, жена или любовница начальника отдела НКВД. Кадры нужно беречь.

Записка председателя КГБ при СМ СССР А.Н.Шелепина от 3 марта 1959 г. №632-Ш с предложением ликвидировать все дела по операции, проведенной органами НКВД в соответствии с постановлением ЦК ВКП (б) от 5 марта 1940 г. ... Разрешить Комитету Государственной Безопасности при Совете Министров СССР ликвидировать все дела по операции, проведенной в соответствии с Постановлением ЦК КПСС от 5-го марта 1940 года, кроме протоколов заседаний тройки НКВД СССР.

Президиум ЦК утверждает записку. А Хрущев дополнительно к этому по телефону приказывает Шелепину сжечь всё, включая протоколы. Он сам был причастен к операции по "разгрузке" тюрем западных областей Украины, расстрелы узников которых оформлялись протоколами этой тройки.

Но что-то не сработало, и эти протоколы остались. А вот все личные дела расстрелянных уничтожаются. Равно как и фамилии членов команды по экзекуции — а ведь это сотни исполнителей — охрана, конвоиры, учетчики, шофера, расстрельщики, копатели и зарыватели рвов с телами. Более того, уже в 70-е годы полностью уничтожаются сами ямы с телами: после случайных находок детьми польских эмблем и значков, места захоронений окружают плотным забором, затем в ямы закачивают негашеную известь и все растворяется (кое-где недосмотрели и останки нашли в 1991 году). На месте ям в Катыни, под Харьковым, в Медном и прочих местах построены дачи, пансионаты и коттеджи для работников НКВД. После войны в Катынском лесу (в Козьих Горах) находились дачи Смоленского областного управления КГБ. Окрестности Медного — это территория дачного поселка Калининского областного управления КГБ. В 6-м квартале лесопарковой зоны Харькова был создан пансионат КГБ. Своего рода большевистские храмы на крови. Так что после этого и никакой анализ ДНК невозможен...

В 1990 году Главной военной прокуратурой СССР было возбуждено уголовное дело № 159. В ходе ведения дела, действия ряда высокопоставленных должностных лиц СССР были квалифицированы по п. "б" ст. 193-17 УК РСФСР (1926 г.), как "превышение власти, имевшее тяжелые последствия при наличии особо отягчающих обстоятельств". Следствие достоверно установило гибель в результате исполнения решений "тройки" 1803 польских военнопленных и установило личность 22 из них. Далее следствие продолжается 14 лет и никуда не приходит. Поначалу потому, что придется признать виновным все бывшее руководство СССР, а не только тех, кто стрелял в затылок. Они же только "выполняли приказ" и (предположим) могли не знать — кого и за что. Может, убийц да шпионов.

В конце концов, в 2004 году Главная военная прокуратура (ГВП) России объявила о прекращении расследования "катынского дела". Из 183 томов дела, польской стороне было передано 67, так как остальные 116, по словам военного прокурора, содержат государственную тайну. Главной гостайной были как раз имена карателей. Конечно, узнать их не составляло бы большого труда... Но — они же государственные люди, служили "нашей власти". Многие тогда были еще живы. Опять же, вопросы гуманизма: у них дети и внуки, они будут переживать.

Прокуратура также не нашла оснований для признания убитых жертвами репрессий и прекратила дело об их реабилитации. 22 мая 2008 года родственники катынских офицеров обратились в Хамовнический суд Москвы с просьбой отменить решение ГВП и реабилитировать расстрелянных польских офицеров. 27 мая Хамовнический суд отказался принять просьбу о реабилитации офицеров, а 5 июня отказался рассматривать жалобу на решение о прекращении расследования. 25 ноября Мосгорсуд признал законным отказ реабилитировать польских офицеров. 12 других родственников польских офицеров, убитых в Катыни, в августе 2009 года пожаловались в Страсбург на нарушение Россией права на жизнь и унизительное обращение. Москва ответила на это заявление только в апреле этого года. На 17 страницах официального документа, обращённого к Трибуналу, русские власти, пишет польская газета, ни разу не употребили слова "преступление" или "убийство". Они пишут о "деле" или "катынском событии". Они не предвидят реабилитации убитых, поскольку — как они объясняют — не удалось подтвердить обстоятельств задержания польских офицеров, характера предъявленных им обвинений, и были ли эти обвинения доказаны. Нет даже уверенности — пишет российский суд — что поляки были расстреляны. Защита родственников погибших обратилась в Страсбургский суд по правам человека, где этот вопрос и ждет своего часа.

В чем главная коллизия? В том, что уничтожение материалов по Катыни позволяет российким властям любым родственникам отвечать так: Вы говорите, что ваш муж (отец, брат, дядя) расстрелян в Катыни. А как вы это можете доказать? Говорите, он писал вам оттуда до апреля 1940 года? Ну и что? Может быть, он потом умер. Или бежал и до сих пор скрывается, не хочет платить алименты. Списков-то расстрелянных нет. Точнее, они есть, но в виде перечня имен заключенных, отправленных из лагерей. Но юридически доказать, что это те самые люди, которых затем расстреляли — невозможно.

Вот у нас установлена гибель в результате исполнения решений "тройки" 1803 польских военнопленных, то есть, мы теперь знаем что это трупы польских офицеров. Но только 22 из них мы знаем поименно.

Предположим, один из жалующихся (такое невероятное совпадение) — внук одного из этих 22. Все равно мы не можем его реабилитировать. Следственных дел-то нет! А, может быть, ваш дед был убийцей? Может быть, он убил своего же товарища в лагере? Тогда все по закону. А может, он был диверсантом? Шпионом? Тогда тоже по закону.

Кроме политики и нравственности дело еще и в материальной компенсации за смерть близкого. Это вообще мировая юридическая практика. Польские адвокаты исходят из "расценок" страховых компаний за погибших в авиационных катастрофах — 1 миллион долларов за человека. Умножаем 1 миллион на 21 тысячу (фактически — даже 22 тысячи). Получаем 21-22 миллиарда долларов.

Вот это — не отдадут ни за что. Это — кровное. Свое. За это нефть проливали. И наказывать нам некого и не за что...

Вместе с тем содержание документов от 5 марта 1940 года, а также записка Шелепина были известны всем послесталинским генсекам ЦК КПСС (Н.С. Хрущеву, Л.И. Брежневу, Ю.В. Андропову, В.У. Черненко и М.С. Горбачеву) и всем председателям КГБ СССР (И.А. Серову, А.Н. Шелепину, В.И. Семичастному, Ю.В. Андропову, В.В. Федорчуку, В.М. Чебрикову, В.А. Крючкову).

У России сейчас есть политическое признание в совершении Катынского преступления. Это сделали Горбачев, Ельцин, теперь — Путин и Медведев. Есть документы — решение Политбюро о расстреле, акты о проведении казни, есть решение об уничтожении следственных дел. Есть соболезнования и даже нечто вроде извинений. А вот юридических последствий — никаких. Ни один преступник не наказан и ни один родственник не получил компенсации. Зато много псевдоюридических отговорок: той страны (СССР), знаете ли, давно нет. И те виновные давно мертвы. Вот Берия, например. Или Меркулов с Абакумовым. Кто расстреливал — не известно (якобы), но и они вряд ли живы. Мы бы сейчас обязательно посадили Берию, пусть ему и было бы 110 лет. Но, увы, нет такой возможности. И даже его сына, симпатичного Серго Лаврентьевича, который отрицал всякую причастность своего отца к расстрелам — тоже. И он умер. Если вы будете жить очень, очень долго, вы сможете даже дождаться, что и мы умрем. Тогда уж точно, спрашивать будет не с кого.

В свежем номере эстонской газеты "День за днем" в статье "Символическая Катынь" сказано:

"Были свои, хоть извращенные и преступные, но резоны для коллективизации, шпионских процессов 1937-1938 годов, депортаций целых народов. Мотив же, по которому надо было "поставить к стенке" 20 тысяч поляков, в документах и мемуарах не отражен, и историкам до сих пор не известен".

Вопрос интересный.

На него ответил Путин, выступая 7 апреля на мемориальных мероприятиях в Катыни, в которых также принял участие глава польского правительства Дональд Туск. Он рассказал о своей встрече с историками, на которой узнал, что военной операцией в советско-польской войне (1920-го года) руководил Сталин (но больше — Тухачевский). Тогда Красная армия потерпела поражение и в польский плен было взяты множество бойцов. По последним данным (по словам Путина), от голода и болезней в польском плену умерли 32 тысячи бойцов. И далее Путин сказал: "Нет рационального объяснения тому, почему часть польских военнослужащих была расстреляна, а часть — сослана в Сибирь. Непонятно, зачем это было сделано. Полагаю, это мое личное мнение, что Сталин чувствовал свою личную ответственность за трагедию и совершил этот расстрел, исходя из чувства мести".

Это — старая версия. И очень недалекая. Сталин, конечно, был невероятно мстительным тираном. Но его личная месть распространялась на его политических противников. Или на нелояльных партийных и военных бонз из его окружения. Пусть даже только на потенциальных. А тут — какие-то молодые польские офицеры... При чем месть?

Да, Сталин был мстителен, как тысяча фурий. Но он еще был прагматичен. Поэтому даже с местью никогда не спешил, а ждал, когда она станет политически выгодной.

Итак, зачем все-таки Сталину понадобилась экзекуция польских офицеров?

Заключенные, по главной логике Советов, должны быть перевоспитаны. Перевоспитание возможно только трудом. То есть, зэки должны работать на великих стройках социализма, из коих наиважнейшая — лесоповал. Однако польские офицеры заражены польской гордостью и шляхетской спесью. Они в своем гоноре вовсе не думают, что им следует перевоспитываться в коммунистическом духе. И работать не хотят, причем ссылаются на Женевскую конвенцию о статусе военнопленного, согласно которой пленные не обязаны работать. Тем более, что они даже и не военнопленные (СССР не объявлял войну Польше), а просто как бы интернированные. Итак, вместо того, чтобы приносить пользу делу строительства социализма, поляки наносят вред, ибо требуют расходов на свое содержание и охрану. Более того, они представляют потенциальную опасность, так как люди это военные, знакомые с оружием, к тому же у них уже имеется внутренняя структура и субординация. Не ровен час — сорганизуются и восстанут. Или побег устроят. Много хлопот... В общем, как с товаром, который стало невыгодно хранить. Только место занимает. Вот и было принято вполне прагматичное решение о "разгрузке лагерей".

Потом, когда Гитлер напал на СССР, стало ясно, что польские офицеры очень бы пригодились в качестве союзников против Германии. Пусть и с некоммунистическими взглядами. Тому пример генерал Андерс, взятый в плен Красной Армией. Он наотрез отказался работать с коммунистами, но был по просьбе Черчилля освобожден Берией и отправлен командовать польскими силами (армия Андерса) на Востоке — через Иран в Египет, потом активно участвовал в освобождении Италии. В своих мемуарах "Без последней главы" Андерс пишет о встречах с Берией и Сталиным. Андерс не раз спрашивал их о судьбе польских офицеров в советских лагерях. Берия отвечал, что офицеров нет, поскольку "мы совершили большую ошибку, поспешили" и пояснял — поспешили с передачей их немцам.

На встрече Сталина с Сикорским и Андерсом в декабре 1941 года Андерс снова спросил Сталина о судьбе польских офицеров, которые могли бы укрепить формирующуюся союзную армию Андерса. Сталин не предлагал искать "отпущенных поляков" у немцев, ибо знал, что Армия Крайова Сикорского имеет в оккупированной Польше сильную разведку, и обман мгновенно обнаружится. Поэтому он издевательски ответил, что их нет, они убежали. Куда? — поразился Андерс. — Ну, например, в Маньчжурию, там ищите — "шутливо" посоветовал вождь. Полякам стало ясно, что Сталин не желает обсуждать данную тему и никаких офицеров Андерсу не даст. В то время Андерс и представить не мог, что этих офицеров давно нет в живых.

Нынешнее признание Путина после многих лет хвалебных слов о Сталине было воспринято на Западе с энтузиазмом. Хотя и с критикой за расплывчатость и за отсутствие конкретных шагов. И без обещания передать польской стороне все еще засекреченные материалы по катынскому делу. Тем более, без обещания компенсации.

Еще с большим энтузиазмом были восприняты слова Медведева, сказанные им на похоронах президента Леха Качинского 17 апреля: "Трагедия, которая случилась у нас под Смоленском, не оставила равнодушным никого. Для Польши она стала национальной трагедией. И у нас в стране она вызвала самые горькие эмоции, и поэтому у нас был объявлен траур. У нас были разные периоды в истории. Последний был не из легких. Но перед лицом тяжелых утрат мы можем приложить усилия для сближения позиций наших стран... Одна из них — Катынская трагедия. Хотя с нашей стороны все оценки давно даны. Катынская трагедия — это преступление Сталина и ряда его приспешников. Позиция российского государства по этому вопросу давно сформулирована и остается неизменной".

Исполняющий обязанности президента Польши Бронислав Коморовский в свою очередь выразил надежду, что Россия предоставит полную информацию о событиях 1940-го года в Катыни.

Иными словами — трагедия Катыни не закрыта и ждет своего продолжения.

P.S. 23 декабря 1953 г. Лаврентия Берию расстреляли в бункере штаба Московского военного округа в присутствии генерального прокурора СССР Р.А.Руденко. По собственной инициативе первый выстрел сделал из личного оружия (из парабеллума) генерал-полковник (впоследствии Маршал Советского Союза) П.Ф.Батицкий. Богдан Кобулов расстрелян по приговору специального судебного присутствия Верховного суда СССР в декабре 1953 года. Всеволод Меркулов расстрелян 23 декабря 1953 г. лично заместителями министра внутренних дел Луневым и Китаевым.

Леонид Баштаков, один из руководителей органов государственной безопасности, генерал-майор. С 5 марта 1940 года нач. 1-го спецотдела (учет и статистика) НКВД СССР. В 1940 входил в состав тройки, занимавшейся подготовкой и утверждением расстрельных списков пленных польских офицеров. Умер в почете в 1970 г.

Судьба некоторых "рядовых" палачей. Комендант Калининского УНКВД Рубанов сошел с ума. Павлов, первый заместитель Токарева, застрелился. Его личный шофер Сухарев, сказав шефу после одной из расстрельных ночей — "сегодня поработал здорово", тоже застрелился. Спился и покончил с собой в 1950-е годы Василий Блохин. Комендант дач КГБ в Козьих Горах Карцев, по свидетельству его дочери, напившись, рыдал на могилах поляков. Он тоже покончил с собой...

Но подавляющее большинство счастливо (?) жило на повышенных пенсиях. Никто из них не был привлечен ни к какой ответственности.