Памяти академика Гинзбурга

Опубликовано: 16 ноября 2009 г.
Рубрики:

Уход великого человека, как бы ни была эта неизбежность смягчена заслуженной длиной его жисзни, является поводом тем, кому судьба даровала счастье общения с ним, прикинуть собственные предварительные итоги...

Я познакомился с Виталием Лазаревичем 21 мая 1997 года в фойе Большого зала Московской консерватории. Это был день рождения Андрея Дмитриевича Сахарова, и по недавней традиции в этот день давали концерт классической музыки. Приглашающие звонки еще не прозвенели, я успел договориться со знаменитым академиком об интервью. Он предложил назавтра же встретиться у него дома — в первый, но не в последний раз я был покорен его доступностью, прямотой, чудесно блеснувшим чувством юмора.

После нескольких встреч с ним, неоднократного посещения его легендарных семинаров в ФИАНе, я, мало что понимая в современной физике, интуитивно почувствовал, что имею дело с одним из могикан, редчайших физиков-энциклопедистов XX столетия.

Своим учителем он считал Ландау. Теория сверхпроводимости, за которую он, в конце концов, получил в 2003 году Нобелевскую премию, носит имена ученика и учителя: теория Гинзбурга-Ландау, да-да, именно в такой последовательности.

Теоретическую основу советской водородной бомбы составляют две идеи: Сахарова и Гинзбурга. Виталий Лазаревич говорил, что не считает эту физику очень уж высокой — видимо, потому, что знавал иные, величайшие озарения дарованного ему гениального ума.

Он был, я бы сказал, антипафосным человеком. В заголовок нашего "постнобелевского" интервью я вынес его фразу: "Нобелевская премия — это приятно, но не более". Вскользь он объяснил интервьюеру, за что ее получил, зато более-менее подробно и с юмором рассказал, чего ему стоило заказать для церемонии вручения премии два фрака (себе и мужу дочери), чем кормили на торжественном обеде и какой важный для истории России разговор он вел с королевой Швеции.

Из-под его пера вышло несколько книг, главной он считал "О физике, о себе и о других". И хотя именно о себе он написал до обидного мало, перед нами предстает чистый, немного наивный, бесстрашный человек, один из лучших представителей человечества за всю его великую и многострадальную историю.