Елена и ее коварный любовник

Опубликовано: 16 июня 2009 г.
Рубрики:

kiejlichesPostArrest_Seagull.jpg

Елена Кейлихес  после ареста
Елена Кейлихес после ареста
Елена Кейлихес после ареста. Материалы дела.
Процесс Елены Кейлихес проходил на Статен-Айленде летом 2002 года, длился почти пять недель и закончился тем, что присяжные, совещавшиеся всего 20 минут, признали ее виновной в убийстве своего мужа Бориса. 15-летний Фрэнк Амброзио с приятелями выловили из заводи картонную бочку с его полуразложившимся трупом 25 апреля 2000 года — ровно через месяц после того, как Елена всадила мужу пулю позади левого уха и вызвала по телефону своего черного любовника Мессайю Джастиса, который помог ей избавиться от трупа.

Осколки пули извлекли из черепа покойного, но они были настолько бесформенны, что следователи не могли толком определить ее калибр, хотя склонялись к 9 мм. В любом случае орудие убийства так и не нашли. Дело было построено на косвенных уликах, и вполне вероятно, что судьбу Елены решили показания ее бывшего любовника.

Ее адвокаты пытались перевести стрелки на Мессайю, который, по их словам, оговорил Елену, чтобы облегчить свою участь. Но апелляционные инстанции пока не приняли эту версию всерьез, и Елена продолжает отбывать срок в женской тюрьме городка Бедфорд-Хиллс, находящегося в графстве Вестчестер к северу от Нью-Йорка.

Основанная в 1901 году, это самая большая женская тюрьма штата и единственная женская со строгим режимом. В ней Елена могла подружиться с рядом знаменитых узниц. Среди них, например, Джин Харрис, осужденная в начале 1980-х за убийство кардиолога Германа Тарновера, автора популярного руководства «Скарсдейлская диета», а также Санте Каймс. 69-летняя нать с 29-летним сыном были осуждены за убийство 82-летней миллионерши Айрин Сильверман и бизнесмена Дэвида Каздина. Им дали по сто лет.

В Бедфорд-Хиллс сидели также «Лонг-айлендская Лолита» Эми Фишер, ранившая из пистолета жену своего любовника Джои Буттафуко, и известная террористка Кэти Будин, осужденная в 1984 году за участие в вооруженном ограблении, в ходе которого были убиты три человека. Но обе уже вышли, поэтому Елена не могла с ним пообщаться.

Елене едва перевалило за 40, она миловидная женщина, и я не сомневаюсь, что у нее нет отбоя от заочников, которые пишут ей глупые письма и предлагают законный брак. Поклонники на воле есть у многих убийц, а наша героиня не только хороша собою, но и знаменита, потому что ее делу был посвящен эпизод авантюрного телесериала Snapped.

Как показал на процессе младший брат покойного Александр, Борис и Елена Кейлихес были знакомы по крайней мере 14 лет, а поженились за пять лет до того, как Елена застрелила мужа в подвале их дома на Статен-Айленде. Жениху было 44 года, а невесте — 29. Они жили в Нью-Йорке, но Борис каждый месяц проводил две недели в Москве, где у него была компания, торговавшая авиационным топливом. У него также имелся стоматологический бизнес в Бруклине.

kielikhesHouse_seagull.jpg

Дом Кейлихесов
Дом  Кейлихесов. Из архива В.Козловского
Дом Кейлихесов. Материалы дела. Из архива В.Козловского.Читайте статью Владимира Козловского «Елена и ее коварный любовник» в «Чайке» №12 (16-30 июня 2009 г.)
Кроме дома, который впоследствии был продан за 1,2 млн. долларов, у Бориса были в Нью-Йорке счета, главным из которых являлся брокерский счет в конторе Solomon Smith Barney. Им управлял советский эмигрант Юрий Свердлов, который показал на суде, что Борис открыл его на свое имя, первоначально положив полмиллиона долларов. В марте 1999 года он вписал в реквизиты имя Елены, которая получила право наследования и долго боролась за эти деньги уже после того, как ее обвинили в убийстве мужа. К моменту убийства на этом счету было 887 тысяч долларов.

Молодой оболтус Джастис, по его словам, познакомился с Еленой в октябре 1999 года, когда они ждали светофора на 7-й авеню в Манхэттене. Когда Елена застрелила мужа в ночь с 24 на 25 марта 2000 года, Джастису было 26 лет. За то, что он помог ей избавиться от трупа, его обвинили в препятствовании правосудию. Ему грозило до 7 лет тюрьмы, но Джастис, у которого помимо Елены было четыре или пять любовниц, недолго думая, заложил ее с потрохами.

Будучи подростком, Джастис торговал крэком. В 1989 году он признал себя виновным в хранении наркотиков и получил пять лет условно. По его словам, он продавал крэк шесть лет и заработал сотни тысяч долларов. Он показал на процессе Елены, что обычно продавал от трех до десяти граммов наркотика. 10 г стоили, по его словам, 300 долларов, то есть 30 долларов грамм.

Из моих приятелей так дешево продавал кокаин один лишь Миша Шик, которого впоследствии выловили, почти как Кейлихеса, из Москвы-реки с пулей в шее, но у Шика товар был перемешан со всякой дрянью до неузнаваемости.

Временами на подхвате у Джастиса были 2-3 шестерки1, помогавшие ему сбывать крэк. В 1993 году будущего любовника Елены привлекли за грабеж и несколько других преступлений помельче. Он признал себя виновным и был приговорен к двум годам тюрьмы.

kielikhesElena_Seagull.jpg

Елена Кейлихес
Елена Кейлихес. Из архива В.Козловского
Елена Кейлихес. Из архива В.Козловского Читайте статью Владимира Козловского «Елена и ее коварный любовник» в «Чайке» №12 (16-30 июня 2009 г.)
На этом уровне судебная система США являет собою проходной двор, и уже в декабре следующего года Джастиса взяли в крэк-хаусе в Северной Каролине, где он назвался фальшивым именем Мессайа Дэвид Боттомс. Прошло всего 10 месяцев, и его арестовали в Чарльстоне (штат Южная Каролина) за хранение 9-миллиметрового пистолета, который осужденным иметь не полагается.

Он сказал, что пистолет принадлежит дочери его знакомых, но признался в его хранении и был приговорен к двум годам условно. Спустя четыре дня его взяли за то, что он вломился в чужую машину и украл радиоприемник. К моменту ареста по делу Елены его еще не приговорили.

Я пропущу изрядный кусок уголовной биографии Джастиса, ибо и так ясно, что Елена выбрала себе в любовники коллекционный экземпляр.

В 1999 году Джастис подружился с двумя нью-йоркскими полицейскими, Элвином Малколмом и Рональдом Гонзалесом. Он часто рассказывал им, что влюблен в оружие, и в январе 2000 года Малколм отвез его на полицейское стрельбище, где Джастис стрелял по мишеням из его табельного 9-миллиметрового «Глока». Тогда же он одолжил полисмену Гонзалесу 1200 долларов.

Малколм купил своему другу-уголовнику форменную рубаху нью-йоркского полицейского и куртку, которую носят детективы. В феврале 2000 года Джастис напялил на себя и то, и другое, нацепил на шею фальшивую бляху детектива и попытался выдать себя за мента. Когда его арестовали, он назвался Карлом Митчеллом по имени своего бруклинского соседа по квартире.

Его друзья-полицейские навестили его в КПЗ и в нарушение правил выпустили его на время из камеры. Вскоре после этого полицейские следователи допросили Джастиса насчет его дружбы с двумя ментами, по крайней мере один из которых — Малколм — лишился потом работы.

У первого поколения нашей эмиграции был термин «пимповать» (от англ. Pimp - «сутенер»), означавший жить за счет женщин, в то время туземных, так как других не было. Джастис всласть напимповался за счет бедного Кейлихеса.

Елена водила его в дорогие рестораны и всегда там расплачивалась, покупала ему шмотки, мобильники и другие вещи, а также подбрасывала ему деньги. «Пару сотен тут, пару сотен здесь», — сказал Джастис на суде своей благодетельницы. Когда Борис уезжал в Москву, Елена принимала своего чернокожего любовника на их семейном ложе.

kielikhesSon_Seagull.jpg

Борис Кейлихес с сынишкой
Борис Кейлихес с сынишкой. Из архива В.Козловского
Борис Кейлихес с сынишкой. Из архива В.Козловского. Читайте статью Владимира Козловского «Елена и ее коварный любовник» в «Чайке» №12 (16-30 июня 2009 г.)
Джастис, относившийся к категории «антикваров», то есть пользовавший женщин значительно старше себя, доил Елену нещадно. Однажды он соврал ей, что ему нужно внести штраф, к которому его якобы приговорили за наркотики. Влюбленная женщина отслюнявила ему 50 тысяч мужниных долларов. Джастис купил на них «Ролекс». Потом Елена подарила ему 30 тысяч на «Ролекс». Поскольку «Ролекс» у него уже был, Джастис приобрел на эти деньги драгоценности.

Однажды наш антиквар соврал, что сломал у приятеля телевизор с большим экраном. Добрая Елена тут же отстегнула ему 5 тысяч.

Когда муж был в отъезде, Джастис брал его автомашины — белый «Мерседес» и черный «Рэндж-Ровер» — и иногда возвращал их лишь через два-три дня. В одной связке с ключом от «Мерседеса» был и ключ от дома Кейлихесов. Защита Елены подчеркивала это обстоятельство, доказывая, что Бориса убила не она, а ее хахаль.

Как показал Джастис, Елена говорила ему, что ее муж — большой человек в русской мафии, что он убил много народу, что его постоянно окружают телохранители, и что ему принадлежит примерно половина одного из московских аэропортов. Она также жаловалась, что Борис собирается с ней развестись и оставить ее без копейки.

Наташа Левшукова, нянька и домработница Кейлихесов, показала, что видела Джастиса в кровати у них в спальне. Елена говорила ей, что у нее «роман» и «серьезные отношения» с молодым уголовником.

24 марта 2000 года Елена заехала днем к Джастису и заявила, что нашла после него в машине заколки и щетки. Она гневно спросила, если ли у него другие любовницы. Месайа резонно ответил, что она — замужняя женщина, и что поэтому он имеет право спать с другими. Елена совсем разозлилась, сказала, что им, возможно, нужно на какое-то время расстаться, и уехала восвояси.

Вечером она забрала детей, которые были у тещи, и привезла их домой около 10 часов. Она заказала по телефону еду из китайского ресторана. Когда дети ели в кухне, Елена разговаривала там с Левшуковой, а Борис был в спальне на втором этаже. Домработнице не спалось, и Елена дала ей «легкий антидепрессант».

Левшукова ушла спать часов в 11 вечера и проспала убийство. Как показала токсикологическая экспертиза, Борис выпил в тот вечер спиртного и принял фенобарбитал. Прокуратура доказывала присяжным, что лекарство подсунула ему Елена в надежде его одурманить.

Джастис показал, что Елена позвонила ему в тот вечер «где-то между 10 и 12, или 11». Позднее он уточнил, что она звонила в 10.54. По его словам, она была в истерике. «Приезжай! Приезжай! Приезжай!» — кричала Елена. Джастис согласился, но торопиться не планировал, поскольку на это время у него уже была выписана другая. Другая, однако, его продинамила, и Джастис решил ехать к Елене. На улице он встретил знакомых ребят и протрепался с ними примерно час.

Когда любовник молодой, наконец, добрался до места верного свидания, было около часу ночи. Елена поджидала его у дверей. Джастис увидел кровь у нее на брюках и на руках. Хозяйка отвела его в подвал и сказала на лестнице: «Слушай, мне надо, чтобы ты мне помог это сделать. Он ударил меня, и я его убила. Я больше не могла терпеть».

На полу подвала Джастис увидел тело, завернутое в простыню, капли крови «и там, и здесь», «одно большое пятно» рядом с трупом. Труп был «как бы в мешке» и завязан внизу веревкой. Елена попросила Джастиса помочь ей избавиться от трупа, обещав о нем «позаботиться». Они отволокли труп в гараж, подняли его и погрузили в «Ровер». По словам Джастиса, Елена, высокая (5 футов 9 дюймов) и хрупкая (115 фунтов) женщина, справилась с этой задачей «очень неплохо». Борис весил почти 250 фунтов.

Джастис вернулся в подвал и вырезал большой кусок ковра с кровавым пятном. Он засунул его и окровавленные детские игрушки в черные мешки для мусора. Елена положила свою окровавленную одежду в тот же мешок, в котором находился вырезанный кусок ковра. Этот мешок остался в подвале у лестницы. Остальные погрузили в «Ровер».

Любовник спросил, как Елена убила мужа. Она уклонилась от ответа. Елена села за руль «Ровера», а Джастис показывал ей дорогу. Они доехали до Лафайет-стрит в Бруклине, где Джастис бросил мешки в большой контейнер для мусора, стоявший перед школой. После этого они поехали в Краун-Хайтс, где Джастис оттащил Бориса в заброшенное здание на Сент-Маркс Плейс. Елена в этот момент сидела за рулем и из машины не выходила.

Она засомневалась, что труп следует оставлять в этом месте, а Джастис сказал, чтобы она кочумала2. По дороге обратно они сошлись на том, что Елена будет утверждать, будто Борис куда-то уехал среди ночи и с тех пор не возвращался.

Вернувшись на Статен-Айленд в дом Кейлихесов, Елена стала вытирать остатки крови с ковра, а Джастис начал пить спиртное. Она сказала, что «Мерседес» нужно куда-нибудь отвезти в подтверждение версии о том, что Борис уехал на нем ночью. Джастис сказал, что поговорит об этом с одним человеком, но заявил, что это будет стоить 3 тысячи. Елена выдала ему указанную сумму и отвезла его на рассвете в Бруклин.

Она уехала домой на такси, а Джастис поставил «Мерседес» на Атлантик-авеню, вернулся пешком домой и стал звонить другим своим подружкам.

В 10 утра Елена позвонила ему и напомнила о том, что нужно избавиться от машины. Она сказала, что днем улетает с детьми в «Дисней уорлд». Джастис связался со своим приятелем Дэвидом Пеллиссией из автомастерской Citiwide Auto Salvage, и тот согласился избавиться от «Мерседеса» за 800 долларов. Остальные 2200 Джастис решил положить в карман.

По дороге во Флориду Елена обрывала Джастису телефон, допытываясь, что с машиной и с трупом Бориса. Джастис привлек ко второй задаче своего дружка по кличке Бредман, то есть Хлебник (хотя bread означает также «бабло»). Они привезли бочку из толстого картона, запихали туда Бориса, обвязали клейкой лентой и проделали дырочки. Не для дыхания, а для того, чтобы бочка быстрее утонула.

Они положили ее в кузов грузовика, на котором приехал Бредман, доехали до конца Фаунтин-авеню, «где вода подступает прямо к дороге», и столкнули бочку в мировой океан. Джастис дал Бредману немного денег и обещал дать еще, но так до сих пор и не дал.

В 11 утра в дом Кейлихесов приехал Джонатан Круз из компании American Carpet Gallery, которой Елена заказала заменить ковер в подвале. На взгляд Круза, старый ковер был еще в приличном состоянии, если не считать большого темного пятна. Он не видел вырезанный кусок, потому что Елена прикрыла это место ковриком из спальни. Она объяснила, что дети залили ковер чернилами.

В конце марта Кейлихесам позвонил Борис Золотарев, старый друг Бориса. Елена сказала, что муж в Москве. Золотарев удивился, потому что они собирались туда вместе.

В 6 вечера 25 марта Левшукова вернулась в дом Кейлихесов и с удивлением заметила, что «Мерседеса» нет на его обычном месте. Елена с детьми уже улетела во Флориду, оставив записку, что дети пролили краску в подвале, но Борис разрешил раскошелиться на новый ковер, поэтому старый отмывать не нужно. Увидев черное пятно и коврик из хозяйской спальни, домработница подняла его и увидела большую прореху, пол под которой был залит черной краской.

По выкладкам Джастиса, в этот вечер Елена звонила ему из Флориды раз 50, допытывалась, сделал ли он то, что она просила, и говорила: «Это очень важно, это моя жизнь».

Она не знала, что подозрение пало на Джастиса уже на следующий день, 26 марта 2000 года. Расследовавший это дело детектив Криган узнал, что на Брайтон-Бич арестованы двое мужчин, взламывавших «Мерседес» Кейлихеса. Мне не совсем ясно, почему они это делали. Я подозреваю, что Джастис просто поленился отдать Пеллиссии ключи от машины. Взломщики вывели ментов на Пеллиссию. Тот опознал Джастиса на фотографии, и сказал Кригану, что после ареста его взломщиков он больше не собирается «отмазывать» Джастиса.

Руководитель следственной бригады детектив Эспозито уже разговаривал с Джастисом после исчезновения Бориса, и ему казалось, что он нашел с ним общий язык. Поэтому он попросил его прийти 4 мая в участок на Статен-Айленде. После него разговор продолжил детектив Криган. Кончилось тем, что Джастис раскололся, рассказал, где было спрятано тело Бориса, и назвал магазин, где была куплена картонная бочка.

По просьбе следователей он звонил Елене и пытался спровоцировать ее на признание, но она ничего компрометирующего так и не сказала.

Не отходя от кассы, Джастиса арестовали, но уже 5 дней спустя он заключил с прокуратурой соглашение о сотрудничестве. Хотя он утверждал, что честно пытался вывести следствие на своего сообщника Бредмана, того так и не нашли.

5 мая 2000 года Елену арестовали у ее дома. Она получила от 22 лет до пожизненного. Джастису должны были дать сущую ерунду, но он не удержался от соблазна уйти в бега. Его поймали и приговорили к трем годам, так что он давно вышел и, наверное, успел еще не раз сесть.                           

 

Copyright © Vladimir Kozlovsky / Seagull Publications Corp

1 Шестерка — мелкий исполнитель, прислужник (жаргон)

2 Кочумать — отдыхать, бездельничать (жаргон).