Ааронсон — ученый, сионист, шпион

Опубликовано: 16 мая 2009 г.
Рубрики:

В разговоре с моими израильскими родственниками, которых я впервые увидел, когда мне было уже за сорок, я вдруг узнаю, что их предки были английскими шпионами. Сначала я воспринял эту новость скептически, памятуя об анекдотическом случае с моей двоюродной сестрой Майей Плисецкой. Она пишет в своих мемуарах, что целых шесть лет КГБ подозревало ее в шпионаже на Англию только потому, что она встретилась с английским дипломатом.

Однако наши израильские родственники во время Первой Мировой войны были настоящими разведчиками высочайшего класса!

Шпионская тема возникла в разговоре в связи с тем, что личные имена их имели к ней непосредственное отношение. Мою троюродную сестру зовут Нили. Она была так названа в честь организации НИЛИ. Это название было придумано как акроним известного библейского выражения из книги Самуила: "Вечный дух Израиля не обманет". Придумано людьми, готовыми отдать жизнь за будущее Израиля.

Дед Нили, Цви Ааронсон, был одним из героев этой организации, а создана она была его братом Аароном Ааронсоном, о котором написано немало книг как о выдающемся ученом и человеке, сыгравшем важную роль в победе Антанты в Первой Мировой войне. Вот что, например, сказал командующий войсками союзников фельдмаршал Эдмунд Алленби об Аароне Ааронсоне после его трагической гибели в 1919 году. "Его смерть лишила меня ценного друга и офицера, которого невозможно заменить. Он фактически сформировал мою полевую разведывательную службу за линией турецких войск. Его смерть — это потеря для Британской империи и для сионизма, но плоды его трудов останутся навсегда".

Еще более высоко отозвался об Ааронсоне знаменитый американский дипломат, первый посол в СССР, Уильям Буллит: "Я думаю, что он был самым великим из встреченных мной в жизни людей. Он напоминал мне таких легендарных гигантов прошлого, как Прометей. Трудно выразить его величие в словах. В нем я видел квинтэссенцию жизни, той жизни, которая наполнена бурной деятельностью, талантом и радостью".

Недавно был опубликован большой труд выдающегося американского историка Рональда Флоренса "Лоренс и Ааронсон", посвященный двум лучшим разведчикам времен Первой Мировой войны — Лоренсу Аравийскому и Аарону Ааронсону. Лоренс стал особенно знаменитым благодаря голливудскому фильму, который видели сотни миллионов зрителей. Его блистательно сыграл Питер О'Tул — красивый, элегантный, синеглазый блондин. На самом деле, Лоренс был маленького роста, некрасивый и смуглый, легко сходивший за араба, благо знал неплохо арабский язык. В противоположность Лоренсу, Ааронсон был очень высоким блондином, с голубыми глазами, так что его часто принимали за скандинава. Наверное, Голливуду еще предстоит поставить столь же успешный фильм о семье Ааронсонов. И какой это мог быть фильм — фильм, в котором детективные сюжеты сочетались бы с героическими подвигами, с романтикой! А если бы и балет был поставлен в свое время, то для Майи Плисецкой в нем была бы потрясающая роль подлинной героини, можно сказать, еврейской Жанны Д'Арк, какой была Сара Ааронсон, сестра Аарона. Недаром израильтяне выпустили марку с портретом этой красавицы, как французы — марку с изображением Жанны Д'Aрк, своей национальной героини.

 

Собеседник Теодора Рузвельта

 

Родители Аарона, Эфраим и Малка Аарансоны и три их старших сына прибыли в Палестину из Румынии в начале 80-х годов XIX века. Младший сын Цви, дед моей троюродной сестры, и две дочери родились уже в Палестине. Oпеку над еврейскими поселенцами из Румынии взял на себя французский барон Эдмонд де Ротшильд, известный меценат. Он раздал эмигрантам небольшие участки купленной им земли в Зихроне, на южных склонах горы Кармель. Ротшильд дал деньги на школу, синагогу и переименовал городок в честь своего отца в Зихрон-Яаков.

Барон присуждал стипендии наиболее талантливым школьникам. Так, он послал Аарона учиться в престижный университет Гриньон, близ Версаля, который тот окончил с отличием в 1895 году. Некоторое время Аарон работал педагогом и агрономом, отдавая все свободное время собиранию коллекции минералов и растений в Палестине, Ливане и Сирии. В 1906 году в районе Рош-Пина, у подножия горы Хермон, Аарон Ааронсон нашел древний дикий злак, упоминаемый в библии. Он назвал его "матерью всей пшеницы", и это открытие произвело сенсацию в научном мире.

Аарона стали приглашать на конференции во многие страны Европы и в Америку, где его лекции пользовались огромной популярностью, и где у него появились влиятельные друзья. Например, в одном из писем сестре Саре он описывает свою встречу с бывшим президентом США Теодором Рузвельтом в 1913 году. Обладая блистательной эрудицией, Рузвельт обычно предпочитал сам говорить, нежели слушать других. Когда Аарон рассказывал Рузвельту об открытом им библейском злаке, тот ни разу его не прервал. "Теперь обо мне говорят главным образом как о человеке, которого Рузвельт слушал 100 минут", — шутил в письме Аарон. А верховный судья Луис Брандайс сказал после встречи с Ааронсоном, что впервые готов стать сионистом, раз Палестина может давать миру таких людей.

Это высказывание требует пояснения. В то время многие евреи-интеллектуалы выступали против сионистов, считая, что если уж создавать национальный очаг, в чем они сомневались, то не в бедной Палестине, а где-нибудь в Канаде, Латинской Америке, а лучше всего в Европе. Поэтому большое значение имел факт признания дела сионистов Брандайсом, первым евреем, назначенным верховным судьей США.

Американские евреи дали большие средства на развитие научного центра, который Ааронсон назвал Атлитом, по имени средневекового замка, расположенного поблизости от Зихрона на берегу Средиземного моря. Спустя несколько лет там зацвели сады, а поля, на месте осушенных болот, стали давать прекрасные урожаи, фактически более высокие, чем на плодородных землях Европы. Работали в научном центре не только ученые, но люди, которых Аарон выделил как энтузиастов, с кипучей энергией, любовью к родной природе и умением наблюдать ее. Правой рукой его стал Авшалом Файнберг, личность яркая и многогранная: талантливый поэт, лингвист, да еще и наездник, завоевавший призы на скачках.

Файнберг и младшие братья и сестры Аарона создали первый в Палестине отряд самообороны, называя себя Гидеонитами в честь прославленного библейского героя Гидеона, который организовал оборону и прекратил нападения на древних израильтян со стороны соседних воинственных племен. Гидеониты первыми стали давать отпор арабским бандам, нападавшим на поселенцев и чинившим погромы. Аарон поддержал их своим авторитетом, противопоставив себя Ротшильду, с его авторитарными порядками, запрещавшими поселенцам вооружаться и отстаивать свои права. Аарон Ааронсон становится активным деятелем международного сионистского движения.

 

Английский разведчик

 

В книге Шмуэля Каца "Сага семьи Ааронсонов" написано, что тремя величайшими деятелями в истории сионизма можно назвать Хаима Вeйцмана, Зеева Жаботинского и Аарона Ааронсона. Первые два имени общеизвестны, а третье известно меньше: роль клана Ааронсонов, пишет Кац, долго замалчивалась израильскими историками, поскольку они были английскими шпионами.

Действительно, отношения евреев Палестины, а затем Израиля к Англии были на протяжении десятилетий весьма враждебными, и виной тому была английская колониальная политика. Достаточно вспомнить печальную историю корабля "Эксодус" ("Исход"), о которой Леон Юрис написал прекрасный роман, а многие узнали по фильму с Полом Ньюменом в главной роли. Пароход "Эксодус", как вы помните, направлялся в Палестину в 1945 году с людьми, прошедшими через ад Освенцима, Треблинки и других фашистских концлагерей. Английские власти, опасаясь недовольства арабов, не позволяли евреям высаживаться на Святой земле, которая тогда была подмандатной территорией Великобритании. Несчастных, полуживых беженцев снова арестовывали и бросали в концлагерь, теперь уже английский, расположенный неподалеку от развалин средневекового замка Атлит. Тогда Атлит стал символом еврейских страданий.

Между тем, именно с Атлитом была связана судьба Аарона Ааронсона, его трех братьев и двух сестер. Там, помимо своей экспериментальной станции, Аарон создал в начале XX века первую в Палестине научную библиотеку, богатую коллекцию геологических и ботанических образцов, включая все известные сорта пшеницы. Во время Первой Мировой войны к Атлиту раз в две недели, обязательно в безлунную ночь, подходил маленький английский фрегат под названием "Менаджем". С берега подавали сигналы — вывешивали белое белье — в том случае, если разведчики НИЛИ готовы были выйти на связь. Тогда над кораблем появлялся дымок, а через некоторое время связной вплавь направлялся к берегу.

Почему Аарон Ааронсон, ученый с мировым именем, решил стать английским шпионом? Потому, что как трезво мыслящий политик, он понял, что только в случае поражения Оттоманской империи в войне с Англией у евреев, населявших Палестину, появится шанс создать собственное государство. Многие еврейские поселенцы с ним не соглашались. Во-первых, они опасались, что турки расправятся с ними так же, как они уничтожили миллион армян. Во-вторых, Оттоманская империя в прошлом сделала немало добрых дел для евреев, в частности, приютила тех, кто бежал от инквизиции из Испании. Зачастую в одной семье, как в Гражданскую войну в Америке, происходил раскол на сторонников Англии и Турции. Например, Хаим Вейцман, в будущем первый президент Израиля, активно выступал на стороне Великобритании, а его младшая сестра Минна была завербована турецкой разведкой. Впрочем, весьма возможно, что она была двойным агентом, поскольку после войны, в 1918 году, англичане, арестовав ее, быстро освободили и велели возвратиться на ее родину, в Россию.

В Зихрон-Яакове большинство евреев лояльно относилось к турецкой администрации, следуя воле Ротшильда, и со страхом и неодобрением — к деятельности Ааронсонов. Трудно было доказать Великобритании, что евреи могут быть ее верными союзниками на Ближнем Востоке и убедить английские разведслужбы, что НИЛИ может оказать Антанте неоценимую помощь. Штаб-квартира английской разведки находилась в Каире. Дважды агенты Ааронсона — его брат Александр и Авшалом Файнберг, переходили через линию фронта, выдавая себя за бедуинов, и встречались с английскими офицерами, но те им либо открыто не верили, подозревая в провокации, либо обещали установить связь, но ничего не предпринимали. Среди английских бюрократов от разведки было немало антисемитов. Некоторые не хотели иметь дело с евреями, потому что сочувствовали арабам. Проарабскую позицию занимал, например, Лоренс Аравийский.

 

Борец с саранчой

 

После долгих неудачных попыток связаться с англичанами Аарон предпринимает отчаянно смелое путешествие из Палестины в Анатолию (нынешнюю Турцию) и далее, через всю Западную Европу, в Лондон. Турки запретили во время войны выезжать из Палестины всем жителям, но для Ааронсона сделали исключение. Турецкий военачальник в Палестине и Сирии Джамал-паша, отличавшийся невероятной жестокостью, вынужден был назначить Аарона руководителем кампании по борьбе с нашествием саранчи, которая в 1915 году сжирала не только посевы, но и скот. Джамал-паша, опасавшийся, что его солдаты останутся без продовольствия, дал Аарону широкие полномочия, включавшие свободное передвижение по железной дороге и использование ресурсов турецкой армии. Ученый организовал большую бригаду добровольцев, которые в траншеях закапывали яйца саранчи, а также с помощью контролируемого огня и химических ядов противодействовали ее распространению. Аарон повсюду читал лекции, обучая фермеров, чиновников и турецких солдат (он прекрасно говорил по-турецки), как бороться с этим бедствием. Поскольку со своей миссией Аарон успешно справился, Джамал-паша проникся к нему уважением. Аарон писал американским друзьям: "сатрап ненавидит меня, но слушает".

Во время кампании по борьбе с саранчой Аарон и его агенты собрали массу сведений о турецкой армии. Они, например, заметили, что из-за англо-французской блокады с моря, турки испытывали большую нужду в смазочном масле, без которого их автоматы и орудия приходили в негодность. Аарон предложил Джамал-паше наладить опытное производство смазочного масла из растений. Но для этой цели ему, якобы, нужно было проконсультироваться с немецкими учеными. Получив согласие, он отправился в путешествие, длившееся 3 месяца.

В Анатолии он видел пепелища на месте бывших армянских деревень. Изможденные, умирающие женщины и дети в рубищах брели вдоль дорог. Эти страшные картины только укрепили его в решении сражаться против Османской империи. В Константинополе он встретился с американским послом. Америка все еще сохраняла нейтралитет, и посол обещал помочь ему проехать в Германию. Из союзной с Турцией Германии ему удалось, якобы, с целью научных консультаций, перебраться в нейтральную Данию, а там сесть на пароход, идущий в Америку. Он выбрал пароход, который останавливался на Оркнейских островах для заправки горючим. Острова эти принадлежали Великобритании, и как он и ожидал, английские таможенники арестовали его, обнаружив при нем немецкие бумаги. Он громко возмущался, но его повели под конвоем в комендатуру, а потом отправили для дознания в Лондон по подозрению в шпионаже в пользу Турции.

Весь этот спектакль был продуман Ааронсоном заранее, чтобы сбить с толку свидетелей — турецких и немецких агентов, находившихся на борту. Он не хотел, чтобы турецкие власти в Палестине, узнав, что он переметнулся к англичанам, начали бы мстить его родственникам. О своих планах Аарон заранее уведомил английского консула в Дании, который устроил ему аудиенцию в Лондоне с одним из главных чинов Скотленд-Ярда, сэром Бэзилом Томсоном.

Аудиенция продолжалась много часов, и Ааронсон поразил Томсона доскональными знаниями позиций турецкой и немецкой армий, а также причин военных провалов англичан. Отвечая на один из вопросов Томсона, он неожиданно для собеседника сам стал задавать ему контр-вопросы: "Почему вы привозите воду для армии из Египта? Ведь это значительно замедляет ваши действия и не дает вам возможности начать решительное наступление. Я знаю источники воды прямо в пустыне. Все, что вам надо сделать — это пробурить скважины глубиной в триста футов. Откуда я это знаю? В результате анализа местных геологических пород. А также из древних книг. Две тысячи лет назад Иосиф Флавий писал, что он мог идти целый день на юг от Цезарии по цветущим садам. Сейчас пески пустыни достигли стен Цезарии, но там, где были сады, должна быть вода! Я могу показать вам, где бурить скважины".

Эти и многие другие аргументы, наконец, убедили англичан в лояльности Ааронсона. Хотя некоторые коллеги Томсона продолжали сомневаться в возможности такого невероятно смелого путешествия в военное время из Палестины в Англию, какое совершил Аарон.

Только что назначенный новым командующим фронтом Эдмунд Алленби знал, что необходимо менять стратегию, ибо англичане терпели одно поражение за другим. Дважды их наступление провалилось в Газе, которую они пытались захватить как важный стратегический плацдарм. Дело в том, что у англичан и их союзников не было точных карт, они не ориентировались в местной обстановке, не знали, где найти пресную воду в пустыне. Их злоключения можно сравнить с нынешним тяжелым положением американской армии в Афганистане. Неудачи американцев тоже объясняются отсутствием действенной разведки.

Алленби решил сделать ставку на НИЛИ. Ааронсон договорился о регулярных тайных заходах в Атлит британского судна и о том, что англичане будут снабжать НИЛИ продовольствием, медикаментами и золотыми монетами, обязательно довоенного выпуска, которые нужны были для подкупа турецких чиновников и помощи еврейским беженцам. К тому времени тысячи евреев были изгнаны турками из Тель-Авива и других городов по подозрению в сочувствии союзникам. Фактически их ждала участь армян, которых турки подвергли геноциду.

 

Сара Ааронсон и Авшалом Файнберг

 

Авшалом Файнберг и Сара Ааронсон

В отсутствие Ааронсона, вынужденного после Лондона находиться в Египте во избежание ареста, разведкой руководила его сестра Сара. Во время научных экспедиций Аарона Сара объездила с ним верхом Палестину, Ливан, Сирию и обладала уникальными знаниями местности. Сара знала 7 языков, была настолько красива и обаятельна, что бойцы НИЛИ с радостью выполняли ее приказания. Особенно в нее были влюблены самые смелые бойцы Авшалом Файнберг и Иосиф Лищинский — любовный треугольник. Сара любила Авшалома, посвятившего ей несколько прекрасных стихотворений. На одно из них была написана песня "Тысяча поцелуев тебе, любимая", одна из самых популярных в Израиле.

Разведчики не могли дождаться английского судна, которое, как сообщал в письме зашифрованным текстом Аарон, должно было ночью подойти к берегу и забрать сведения о планах турецкой армии. Сара уговаривала нетерпеливого Авшалома подождать дальнейших указаний Аарона, не предпринимать отчаянных мер, но он не послушал ее. Вместе со своим другом Лищинским они, переодевшись в одежду бедуинов, верхом отправляются через Синайскую пустыню, где проходила линия фронта, в Египет. Во время привала их арабский проводник исчез, и вскоре на разведчиков напала банда бедуинов. Авшалом и Иосиф приняли бой и долго отстреливались. Пуля сразила Авшалома, а раненному Иосифу удалось выжить и добраться до Египта.

Узнав о трагической гибели Авшалома, Аарон записал в своем дневнике: "Наш храбрый рыцарь погиб от рук подлых бедуинов, которых он презирал... Сейчас мы можем только надеяться, что он похоронен и что турки не опознают его труп, иначе сотни невинных людей будут убиты". Аарон заявил английскому начальству, что оно несет моральную ответственность за гибель его лучшего разведчика. Видимо, почувствовав свою вину, англичане, наконец, послали первый корабль в Атлит, на котором поплыл сам Аарон.

Сара, убитая горем, отказывалась принять объяснения Лищинского, обвиняя его в том, что он оставил тяжело раненного друга умирать. Зная, как популярен был поэт среди бойцов НИЛИ, Аарон и Сара скрыли от них смерть Авшалома, чтобы не упал моральный дух разведчиков. Они придумали историю о том, что англичане послали Авшалома в Англию учиться на боевого летчика. Им легко поверили: легенда вполне соответствовала романтическому представлению бойцов НИЛИ о бесстрашном поэте, высоко парившем в своем воображении.

60 лет спустя, во время Шестидневной войны, израильская армия захватила Синай. Израильтяне послали туда археологическую экспедицию для раскопок древних еврейских поселений в пустыне. Им помогали дружественные бедуины. Однажды они показали археологам место под пальмой, которое они называли Кабик Иегуди — Еврейская могила. А почему могила еврейская? Потому что такая пальма нигде на Синае не встречается. Ученые стали копать рядом с пальмой и обнаружили останки Авшалома Файнберга. Очевидно, он нес в кармане финики, которыми питался в пустыне, и после его убийства они дали ростки, из которых выросла эта пальма — символ "вечного духа Израиля". Останки Авшалома перевезли в Иерусалим и с почестями похоронили на горе Герцль. В честь этой пальмы, нерукотворного памятника Авшалому, моя кузина Нили назвала своего первого сына Томер, что в буквальном переводе значит пальма.

 

окончание