В когтях у прошлого

Опубликовано: 20 августа 2004 г.
Рубрики:

7 июля 1985 года из своей квартиры на Исте 85 улицы исчезла Гейл Кац Биренбаум, 29-летняя жена молодого хирурга Роберта Биренбаума. Ее родители — Сильвия и Мэнни Кац, вместе с выглядевшим растерянным и расстроенным зятем, бегали по улицам Манхаттена, расклеивая повсюду листовки с портретом Гейл и мольбой немедленно сообщить, если кто-нибудь что-нибудь знает о пропавшей женщине. “Ерунда, — уверенно вещала ее младшая сестра Элейн. — Будто я не знаю, что эта парочка ежедневно ссорится. Поскандалили в очередной раз, и Гейл смылась к кому-нибудь из знакомых. Не куль с деньгами, — отыщется”. Но время шло, а от Гейл не поступало никаких сигналов. Она ни к кому не приходила, никому не звонила. Это вселяло тревогу. И через несколько дней та же Элейн авторитетно заявила: “Да ударь меня молния, если сестра моя не убита, и не мой зять Роберт ее убийца”.

Всего лишь три года назад, к вящей радости семьи, Гейл вышла замуж за Роберта Биренбаума. Жених был красив: высокий, стройный, спортивный. Водил гоночный автомобиль, летал на аэроплане, увлекался горными лыжами, свободно говорил на шести языках, играл на гитаре и был без пяти минут доктор, специалист по пластической хирургии. Невеста же принесла на брачный алтарь иной багаж: вполне заурядную внешность, историю эмоциональной неуравновешенности, два пребывания в больнице по случаю депрессии, одну попытку самоубийства и длинную череду мужчин, с которыми она состояла в интимных отношениях. Умом и образованием она не блистала. Правда, училась в колледже, собираясь стать... психотерапевтом.

Многим из присутствовавших на свадьбе брак представлялся несколько странным, несбалансированным, что ли. Как-то не возникало ощущения, что он и она подходят друг другу и могут быть счастливы. И в самом деле, семейная жизнь Роберта и Гейл сразу поползла вкривь и вкось. При всех своих достоинствах, муж молодой жене не нравился. Он был властным, безапелляционным, считал своим правом руководить женой и держать ее жизнь под контролем. Избалованную, привыкшую к свободе Гейл это раздражало, злило, и она, в свою очередь, пыталась что-то изменить в Роберте, сделать его более приемлемым для себя. Ни к чему, кроме скандалов, взаимная непримиримость супругов не приводила. Ссорились они по любому поводу, иногда доводя дело до драки. А незадолго до исчезновения Гейл Роберт пожаловался Элейн, что у него с женой уже год не было секса. Для Элейн это не явилось откровением. Она знала, что замужество не повлияло на привычки сестры. Как и прежде, Гейл легко вступала в интимные отношения с мужчинами. Ее, более или менее, постоянными сексуальными партнерами были: финансист Энтони Сигалас и врач Кен Файнер.

Ясно было, что союз этот ущербный в своей основе, но естественный выход из несчастливого депрессирующего сосуществования — развод, по каким-то причинам откладывался обоими супругами.

Как это принято в Америке, решение своих семейных трудностей Биренбаумы передоверили психиатрам, психоаналитикам и иным консультантам по личным проблемам. Один из них — доктор Майкл Стоун, встретившись всего пять раз с Гейл и Робертом, пришел к ужасающему выводу. Он вызвал Гейл и сообщил ей, что жизнь ее в опасности, что муж в любой момент может ее убить или покалечить. Стоун настоятельно рекомендовал Гейл, не теряя времени, разойтись с Робертом, и даже подготовил письмо, в котором предупреждал, что в случае отказа принять его рекомендации, он снимает с себя ответственность за “возможные непоправимые последствия”.

Гейл не поверила Стоуну, хотя однажды Роберт уже схватил ее за горло с явным намерением придушить. Отношения в энергичном темпе продвигались от плохих к худшим, развеивая последние надежды на примирение. Гейл даже стала предпринимать попытки освободиться от мужа. Как потом скажет ее парикмахер, молодая женщина спрашивала, не знает ли он агента, который подыскал бы для нее жилье. Между тем, в воскресенье 7 июля 1985 года — в день своего исчезновения, Гейл еще находилась в квартире, где они жили с Робертом.

На следующий день Биренбаум пришел в 19-е отделение полиции Манхэттена и заявил, что его жена, уйдя из дома накануне в 11 утра, до сих пор не подает о себе вестей. Детектив Том О’Молли из отдела по пропаже людей допросил Роберта. Тот рассказал, что в воскресенье они должны были поехать в Нью-Джерси на бар-мицву его племянника, но Гейл неожиданно ушла из дома. Он поведал также, что жена всегда была неуравновешенной особой, склонной к депрессии и даже к самоубийству. Через неделю Биренбаум появился в теленовостях. С видом печальным и озабоченным он просил телезрителей помочь разыскать жену.

О’Молли еще несколько раз беседовал с Робертом и его отцом — преуспевающем кардиологом из Нью-Джерси, с родителями, сестрой и братом Гейл и перед ним вырисовывалась мрачная драма двух людей, связанных узами брака, но ни в чем не подходивших друг другу. Особенно поразило его, что члены семьи пропавшей Гейл высказывали неколебимую уверенность в том, что она убита и называли ее убийцей Роберта Биренбаума. У О’Молли самого по каким-то деталям зарождалась и укреплялась уверенность, что в этой истории все не просто и вовсе не так, как рассказывает Роберт. Но улики, которые могли бы подтвердить подозрения, носили поверхностный и зыбкий характер, не давая оснований для возбуждения уголовного дела.

И вдруг, через год обнаружилась первая серьезная нестыковка. В разговорах с О’Moлли Биренбаум утверждал, что несмотря на уход из дома жены, он все же прибыл на бар-мицву к племяннику в 5:30 вечера и пробыл там до половины седьмого. Но подключившийся к расследованию помощник прокурора Дэниэл Бибб выяснил, что Биренбаум не мог быть на бар-мицве, ибо в это время он был на аэродроме Колдуэл (Нью-Джерси). Там он арендовал самолет “Чессна 172” и пробыл в воздухе около двух часов. Бибб высказал предположение, что Роберт, убив свою жену в их квартире, запаковал труп и вынес его из дома. Надо отметить, что дом, в котором жили Биренбаумы — очень дорогой — прямо-таки напичкан швейцарами, консъержами и всякой иной обслугой. Однако никто из них не видел Гейл, выходящей из дома. Еще более странно, что никто не видел выходящего из дома Роберта с большой упакованной ношей. Бибб высказывал уверенность, что незамеченный, он пронес свою ношу в гараж, погрузил в автомобиль и поехал на аэродром. Там он внес завернутый труп в арендованный самолет, а потом, во время полета, открыл дверь и сбросил мертвую Гейл в океан. Выходило очень складно, и даже убедительно, но никаких вещественных доказательств гипотезы Бибба не находилось. Ни капли крови в квартире, в автомобиле, в самолете не было обнаружено.

Правда, во время обыска в квартире была найдена висевшая на ручке двери сумка Гейл. Следователи говорили: “Ловко и хитроумно избавившись от трупа, Биренбаум “махнул” важную деталь — сумку своей жены. Ну, какая женщина уйдет из дома без сумки, где у нее все: документы, деньги, кредитные карточки. А тут еще и сигареты, которые Гейл курила втайне от мужа. Он ведь запрещал ей прикасаться к куреву. Увы, логичные и убедительные построения тоже зависали в воздухе.

Прошло еще три года. В мае 1989 года у берегов Лонг-Айленда был выловлен обезглавленный труп молодой женщины. Родители Гейл опознали труп своей дочери. Страшную находку похоронили на еврейском кладбище, начертав на могильном камне: “Гейл Бет Кац. Любимая дочь, внучка, сестра”. Однако в 1997 году в связи с тем, что техника анализа ДНК стала более точной и надежной, похороненное тело — по требованию прокуратуры — было эксгумировано. Анализ ДНК показал, что это не Гейл. “Еще одна нелепая и зловещая гримаса смерти, заводящая в тупик”, — заметил О’Молли.

А тем временем Биренбаум, понимая, что из-за сильно подмоченной репутации ему будет трудно работать в Нью-Йорке, подался в Лас-Вегас. Карьера его сложилась исключительно удачно. Он считался прекрасным хирургом, и от пациентов отбоя не было. Жил он беззаботно, окруженный толпой обожательниц, подруг, любовниц. Тяжелые годы, проведенные в браке с Гейл, так же, как и ее исчезновение из его жизни, постепенно окутывались туманом забвения.

На одной из вечеринок Роберта познакомили с Жанет Чоллет — врачом гинекологом. Начался роман, завершившийся женитьбой. Биренбаумы переехали в Мино (Северная Дакота). У них родилась дочь. Роберт открыл свою клинику. Купил собственный самолет. На нем он, вместе с помощниками, стал летать в Мексику, где оперировал детей из бедных семей. Бесплатно. Это еще более укрепляло репутацию доктора Биренбаума — замечательного хирурга и хорошего человека. Дело о пропавшей Гейл прочно закрепилось в разряде “нераскрытых” и, казалось, никогда уже не потревожит счастливого отца семейства.

Но прошлое, вопреки желаемому, цепко держало его в своих когтях. В декабре 1999 года Роберту Биренбауму было все же предъявлено обвинение в убийстве жены. Основанием послужили его рассказы о Гейл в Лас-Вегасе. Полиция нашла их противоречивыми.

Суд состоялся в Уголовном суде Манхэттана. Несмотря на отсутствие прямых доказательств, присяжные, просовещавшись семь часов, признали Роберта Биренбаума виновным в убийстве жены и в том, что он избавился от трупа, сбросив его в океан с арендованного самолета. Роберта Биренбаума приговорили к пожизненному заключению без права на досрочное освобождение. Остаток дней он проведет в тюрьме.