Памяти Татьяны Рыбаковой (1929-2008)

Опубликовано: 16 июля 2008 г.
Рубрики:
Слева направо: Анатолий Рыбаков, Майя Прицкер, Соломон Волков, Татьяна Рыбакова. 1996 г. Фото Марианны Волковой.

В Таню Рыбакову я влюбился почти за четверть века до того, как впервые увидел ее. Дело было так. В 1962 году я купил книжку избранной лирики Евгения Винокурова, первоклассного поэта, ныне незаслуженно подзабытого, и среди прочих зацепивших меня тогда стихотворений запомнил вот это:












Моя любимая стирала. 
Ходили плечи у нее. 
Худые руки простирала, 
Сырое вешая белье. 

Искала крохотный обмылок,
А он был у нее в руках. 
Как жалок был ее затылок
В смешных и нежных завитках! 

Моя любимая стирала.
Чтоб пеной лба не замарать,
Неловко, локтем, убирала 
На лоб спустившуюся прядь. 

То плечи опустив, 
		   родная, 
Смотрела в забытьи в окно, 
То пела тоненько, не зная, 
Что я слежу за ней давно. 

Заката древние красоты 
Стояли в глубине окна. 
От мыла, щелока и соды 
В досаде щурилась она. 

Прекрасней нет на целом свете - 
Все города пройди подряд! - 
Чем руки худенькие эти, 
Чем этот грустный, грустный взгляд.

Я не знал тогда, конечно, что это портрет жены поэта, Тани. Когда я встретил ее в 1986 году в Нью-Йорке (к этому времени она была уже почти десять лет замужем за Анатолием Наумовичем Рыбаковым, автором "Кортика", "Тяжелого песка" и "Детей Арбата"), то Таня очаровала меня еще более, чем посвященные ей стихи.

Чаще, кстати, происходит обратное. Известно: общавшиеся с Анной Керн отмечали разительное несоответствие ее облика стихотворению "Я помню чудное мгновенье..." То же с возлюбленной Блока - Любовью Дельмас. Да я и сам сталкивался с подобным: прочтешь в современном романе о какой-то роковой красавице, а потом встретишься с прототипом - глупая, грубая, вульгарная баба...

При Винокурове Таня исполняла роль Музы. Уйдя к Рыбакову, она стала партнером Анатолия Наумовича. Это совсем разные вещи. Можно быть просто женой творца - ни музой, ни партнером. Такой, на мой взгляд, была роль Натальи Гончаровой при Пушкине. Можно быть музой, но не партнером - как Любовь Менделеева для Блока.

В писательском браке жена-партнер - это не то же самое, что и "писательская жена". Бывают очень заботливые писательские жены, но равноправными партнерами они все же не становятся. Партнерство - это когда жена (или муж) помогает художнику подняться на принципиально новый творческий уровень (случай не частый).

До женитьбы на Тане Анатолий Рыбаков был крепким советским беллетристом (всем известен "Кортик" - приключенческая повесть для детей). "Тяжелый песок" и "Дети Арбата" - совсем другой класс. Эти вещи, написанные при активном участии Тани (она была первым читателем, редактором, чирлидером) - вывели Рыбакова на международную сцену. Тут надо было вести себя достойно и с умом - Рыбакову это удалось, опять же с помощью Тани.

Смерть Рыбакова в 1998 году стала для Тани тяжелым испытанием. Она не сломилась (как иногда бывает) и не превратилась во вдову-цербера, остервенело лаящую на каждого, кто попытался бы приблизиться к наследию покойного (тоже, увы, достаточно распространенное явление). Таня привела в порядок архив Рыбакова, помогала авторам популярного телесериала по "Детям Арбата". Но главное - написала великолепную книгу воспоминаний "Счастливая ты, Таня!", выпущенную в 2005 году московским издательством "Вагриус".

В свое время я отметил в "Чайке" (16-31 декабря 2005, №24): "Я бы включил этот том в "золотую библиотечку" мемуаров о нашем недавнем прошлом". Услышав о смерти Тани, вновь взял ее книгу в руки - и опять не мог оторваться, пока не дочитал до конца: точно, изящно, легко, увлекательно. И просто кладезь информации... Уверен, что у этой книги будет долгая жизнь.

И ведь как здорово выбран заголовок - "Счастливая ты, Таня!" Она была, конечно же, счастливой, но счастливыми были и Рыбаков, потому, что Таня стала его женой, и все мы, знавшие ее.