Эх, дорога

Опубликовано: 1 февраля 2008 г.
Рубрики:

У каждого американского законодателя свои игрушки-погремушки. У седовласого Хала Роджерса, конгрессмена США от Кентукки аж 14-ти (!) созывов, две: национальная безопасность и слабость к дорогам, хотя он не строитель, а юрист. На госбезопасности сделать имя трудно, надо быть минимум Гувером или Маккарти, а на дорогах в историю въехать вполне можно. Хал Роджерс пока жив и еще при исполнении, а один из девяти кентуккских "интерстейтов" уже носит его имя. До 2003-го года я не раз ездил по парквэю Даниела Буна, пересекающего национальный заповедник в Аппалачах. И вот однажды вместо Буна на дорожных указателях вижу имя Роджерса. Кто матери-истории более ценен - пионер освоения бездорожной Америки, прообраз Следопыта у Фенимора Купера или Хал Роджерс - решился в пользу дорожного энтузиаста, старожила вашингтонских паркетов.

Казалось, можно было бы успокоиться на достигнутом, но если у человека настоящая страсть, то это надолго. У нации на колесах есть фетиш, дорога-легенда №66, первое шоссе, пересекшее страну от Чикаго до Лос-Анджелеса. Route 66 - праматерь американских дорог. Сейчас этот реликт используют только в качестве туристической приманки - параллельно с 66-й пролегли новые современные магистрали. Но если на каком-то затерянном в Аппалачах парквэе Буна можно увековечить себя в локальном масштабе, то на 66-й - бери выше, национальном! Используя свой вес и ресурс председателя подкомитета по бюджетным ассигнованиям, Хал Роджерс в 1991 году проталкивает через Конгресс США идею возрождения исторической транснациональной дороги. Только на сей раз она должна начаться не на востоке или западе страны, а там, где раньше никогда не была - в Кентукки... Со временем с востока и запада нараститься за счет других штатов и закончиться не в Чикаго, а в стольном граде Вашингтоне, упершись в Атлантический океан.

О стоимости шик-блеск идеи Конгресс стыдливо умалчивал, отнеся ее просто в разряд мега-проектов. И правильно делал: речь могла идти об астрономических суммах, возможно, о триллионах долларов, на которые реально никто бы не подписался. Поэтому автор идеи решил начать с малого. Застолбить строительство в родном штате, а дальше поставить перед фактом: хошь не хошь, а строй! Сначала было слово. Идеология дороги I-66 проста, но доходчива - вгрызться в медвежьи углы Америки и вывести их к процветанию. Маршрут светлого пути должен пролечь через захолустные районы Миссисипи, Канзаса, Кентукки, Вирджинии и Западной Вирджинии, в том числе через Аппалачи, регион с хронической социальной и экономической отсталостью, головная боль законодательной и исполнительной власти всех уровней.

Но гладко было на бумаге. Документ Конгресса носил необязательный, декларативный характер - реализация идеи была отдана на откуп властям штатов. Когда речь идет о мега-проектах, скоро только сказка сказывается. К обгладыванию идеи подключилась тьма проектных и исследовательских фирм, благо на эти цели были выделены федеральные средства. На все исследования и дебаты ушло полтора десятка лет - с идеологией вроде все в порядке, а вот с экологией и экономикой не совсем. По тем или иным причинам от дороги №66 отказались все штаты, кроме... Кентукки.

Вся проблема штата в том, что 66-я там уже есть, точнее, огрызок-аппендикс, длиною в 61 милю. Благодаря связям и влиянию Хала Роджерса, несколько кентуккских графств и Транспортный департамент штата отстегнули на строительство будущей транснациональной магистрали кругленькую сумму. Закалькулированные в первоначальной смете 600 миллионов плавно перетекли в полтора миллиарда и закончились на отметке в 3.5 миллиарда долларов. У-п-с! Золотые мили. После того, как стала известна реальная цена кентуккского эксперимента, у колеблющихся штатов окончательно отпала охота связываться с этой дорогой. Продолжение кентуккского аппендикса до границы с Западной Вирджинией оценивается в два миллиарда, фактически умножим на 5 или 6 - сколько будет? Как ехидно подкалывают соседей вирджинцы: "Когда закончите дорогу на нашей границе, не забудьте нам сообщить об этом".

Вообще-то у Хала Роджерса есть своя сермяжная правда. Строительство хайвэев в США началось в 1950-х годах, обошлось в крутую сумму, но оказалось экономически оправданным мероприятием. Каждый потраченный на хайвэи доллар сегодня приносит шесть долларов прибыли. Не говоря уже о социальных дивидендах. Собственно, эти шесть долларов навара были заложены и в проект 66-й, но в силу ряда причин расчетные цифры усыхали, и максимум, на что рассчитывают сейчас экономисты, - несчастные 16 центов на доллар, а то и баш на баш. Стоит ли огород городить?

На себестоимость хайвэя тяжелым грузом ложатся геологические особенности местности, дорога идет через карстовые районы, богатые подземными пещерами. Провалы надо закачивать бетоном, что вовсе не гарантирует будущей безопасности. В Кентукки есть печальный опыт с 65-й дорогой. На подступах к городу Боулинг Грин хайвэй идет над самыми длинными в мире карстовыми Мамонтовыми пещерами, своего рода "швейцарским сыром" под колесами. Время от времени хайвэй проваливается и в "сырные" дыры глубиной до 30 метров ныряют автомашины. Карстовая система не есть раз и навсегда сложившееся образование. Потеряв доступ в замурованную бетоном пещеру, подземные воды ищут выход и образуют в известняковой породе новые гроты.

Не вызывает дорога-66 восторга и у экологов. По мнению "зеленых", хайвэй губительным образом скажется на чрезвычайно хрупкой экосистеме карстового региона Кентукки. Исчезнут множество подземных ручьев, речек, озер с уникальной пещерной флорой и фауной. Конечно, мнение экологов важно, но если следовать всем их предупреждениям, то человеку вообще надо возвращаться в каменный век. Увы, прогресс без вторжения в природу невозможен. Главный вопрос - в целесообразности и деликатности этого вторжения.

Но беда "проекта века" даже не столько в экономике или экологии, сколько в его бесполезности. Пока "трансконтинентальный" хайвэй длиной в 60 миль связывает лишь два кентуккских глухих провинциальных городка. Если хайвэи того же калибра ежесуточно пропускают в районе Луисвилла 135 тысяч единиц транспорта, в Цинциннати - 148 тысяч, а в далеко не столичном кентуккском Ричмонде - 60 тысяч, то прогнозируемая напряженка на аппалачском отрезке 66-й... от одной до пяти тысяч машин в сутки. Район практически не имеет промышленности и везти особо нечего. Крупнейшее предприятие в радиусе нескольких десятков миль - продуктовая фирма "Келлог" с 425 работниками.

И это не все. Будущая 66-я в Кентукки будет конкурировать с другим интерстейтом - трехполосной 119-й, проходящей всего в четырех милях от будущей "трансконтиненталки". Два шикарных хайвэя в Тьмутаракани, в то время как крупнейшие города задыхаются от нехватки дорог, развязок и мостов... Не работают на мельницу грядущего благоденствия региона и выкладки экономистов. С учетом будущих затрат в инфраструктуру, каждое рабочее место в Аппалачах будет стоить 233 тысячи долларов! По мнению ведущих экономистов страны, сама дорога не сулит автоматического процветания, она может лишь быть подспорьем в решении социальных проблем.

У дороги-66 множество оппонентов, объединенных в общественные группы и ассоциации, но конгрессмен Хал Роджерс по-прежнему непоколебим в жизнеспособности своего детища, которому отдал почти 20 лет своей жизни. Противники Роджерса считают route 66 пятым в списке самых расточительных и экологически опасных хайвэйных проектов за всю их историю, а ее автора "Ассоциация граждан за ответственность и этику в Вашингтоне" в начале минувшего года зачислила в список наиболее коррумпированных членов Конгресса. На вопрос, кому выгодна 66-я, оппоненты открыто заявляют: дорожным компаниям, земельным спекулянтам и стоящим за ними политикам. В числе союзников конгрессмена бывший губернатор штата Пол Паттон, прославившийся на своем посту двуличием и бытовой аморалкой, ныне житель Аппалачей. Впрочем, того понять можно. Первые метры 66-й были заложены при нем, глядишь, и в его честь какой-нибудь хайвэй назовут. Власть предержащие на этот счет щедры: ты - мне, я - тебе. Демократы у руля - спешат внедрять в историю демократов, республиканцы пришли - давай наших!

Ладно, с бесчисленными Линкольнами, Кеннеди, Рейганами и Кингами народ вроде смирился. Чай, великие были, да и на том свете, можно уже, но при чем здесь прущий в локальное бессмертие легион сиюминутных и пока здравствующих политиков? Каждый конгрессмен или сенатор норовит откусить от бюджетного пирога и принести в клюве добычу в свой избирательный округ. За эти заслуги имена благодетелей присваивают университетским аудиториям, федеральным зданиям, стадионам - на худой конец, водному парку в родном городке, как в случае с Халом Роджерсом. Но тому парка показалось мало, сейчас в штате дорога его имени.

И вообще, дороги вошли в мемориальную моду. Конгениально, лучшей политической рекламы не придумать. Во-первых, бесплатно, во-вторых, действенно. Кто там знает водный парк, а мимо хайвэя не проедешь. Мало того, что щиты с твоим именем через каждые две-три мили, так еще на картах, от туристических до генштабовских. А кто там был до тебя, дело десятое.

Формально бывший парквэй Дэниэла Буна носит двойное имя - Буна и Роджерса, фактически Бун почти нигде не упоминается. Сенатор Уэнделл Форд бесцеремонно потеснил из названия хайвэя Билла Монро, легенду музыки блуграсс, а издатель Джин Снайдер - бейсболиста Пи Ви Ривса, губернатор Луи Нанн - основателя "Кентакки фрайд чикен" полковника Харланда Сандерса, а губернатор Берт Комбс - Лоретту Линн, звезду кантри музыки... В числе переименованных - все девять хайвэев штата. Надолго ли: на смену белым всегда приходят красные, со своими политическими звездами и желаниями строить 66-е дороги. Понятно, не своими руками.