Пошли пулю

Опубликовано: 16 сентября 2007 г.
Рубрики:
Этот документальный фильм меня просто потряс как материалом, так и талантом автора. 27-летний еврейский юноша Джейсон Кон — дебютант в кино. Родился он в Нью-Йорке. Уже с десяти лет помогал деду торговать в магазине. В школьные годы работал помощником фотографа, снимавшего свадьбы и бар-мицвы. Во время учебы в колледже работал в музее. Потом, когда понял, что хочет снимать кино, два года был ассистентом у знаменитого и замечательного документалиста Эррола Морриса. Это и была его киношкола. Джейсон поминает добрым словом двух сотрудников Морриса — это оператор и монтажер на его собственном фильме, — которые объясняли ему секреты мастерства.

Ясно, что человек с такой биографией работы не боится. Четыре с половиной года он упорно делал свой фильм. Преодолевал не только творческие, но и изматывающие финансовые проблемы. Снимать решил не на видео, а на кинопленке. Этого в документалистике почти никто уже не делает, слишком дорого и хлопотно. Но Кону было нужно высокое качество изображения (которого зритель в кинотеатре чаще всего не замечает.) Он явно человек требовательный к тому, что делает.

Его труды были вознаграждены. Фильм получил Большую премию жюри на престижном фестивале в Сандэнсе. Для новичка это серьезное признание.

Мать у Кона родом из Бразилии. Отец живет в бразильском городе Сан-Паулу. И фильм свой, который демонстрируется в США под португальским названием, он снял именно там.

В фильме много сюжетных линий, которые поначалу кажутся не связанными друг с другом. Усилия, которые прилагаешь, чтобы из этой мозаики сложилась цельная картина, доставляют большое удовольствие. Некоторым зрителям именно это и не нравится. Я читала отзывы на интернете. Встречаются такие, которые просто ничего не поняли и упрекают автора в ненужном «многотемье».

Обрамляет фильм история фермы по разведению лягушек. Съедобных, конечно. Кон настойчиво допытывается у ее владельца, что это был за скандал с его фермой. Хитрый владелец уходит от вопросов.

В связи со скандалом всплывает фамилия Барбальо. Это крупнейший местный политик, бывший губернатор, ныне сенатор. Его и в президенты могут выбрать. Северные районы Бразилии (Пара, Амазон), населенные индейцами, — очень бедные. Сенатор там, как дома. У него там и радиостанция, и телестудия, и население его обожает. Недавно он затеял огромное предприятие по созданию бизнесов в этих местах. Украл, если в долларах, миллиарда два. Ходили слухи, что деньги он отмывал, в частности, через лягушачью фирму. Был арестован. Сразу выпущен, потому что сенаторы пользуются юридической неприкосновенностью. И с полным удовольствием дает интервью в фильме, хвастаясь своей властью и обвиняя клеветников.

А с севера, где по-прежнему нищета, наплывают в Сан-Паулу все новые и новые полчища. В городе уже 20 миллионов жителей! Дух захватывает от кадров, заполненных небоскребами до горизонта — и других кадров, в которые не вмещаются жуткие трущобы. Самый распространенный промысел в Сан-Паулу — похищение для выкупа. Похищая, требуют иногда сотни тысяч, а иногда и гораздо меньше. Не гнушаются ничем.

У светофора останавливаться страшно. Богатые стали переделывать машины на бронированные. Или летать на вертолетах. Или вшивать себе под кожу электронный чип, чтобы можно было найти человека по сигналу. Один молодой предприниматель собирается вшить два таких чипа от разных фирм — думает, что так надежнее.

У похищенных отрезают пальцы и уши, посылают семьям. В фильм вставлены видеоленты, снятые бандитами, где показано, как это делается. Есть интервью с девушкой, которую выкупили обратно. Но ухо успели отрезать.

Мы видим роскошнейшее поместье пластического хирурга. Он делает гигантские деньги на том, что вскрывает уцелевшим жертвам грудную клетку, отрезает реберный хрящ, выкраивает из него новые уши. Очень хорошие, только серьги уже не вденешь. Операции показаны подробно, но можно закрыть глаза.

Главный хозяин бандитского бизнеса тоже согласился дать интервью для фильма. Только вязаную маску напялил. Считает себя Робин Гудом (якобы проводит в трущобах какой-то водопровод и вообще благодетельствует бедным). Ни малейшего раскаяния не испытывает, вообще не задумывается над своими деяниями. Говорит, что все его сотрудники — с севера. У него десять детей. Думает, что кто-нибудь из них станет президентом.

Глядя на Венесуэлу, такую возможность исключать не следует.

Все это смотрится как чудовищная антиутопия, научная фантастика. И все — правда. Американские критики предпочитают описывать эту картину в терминах классовой борьбы. Ее рекламная фраза: «Богатые крадут у бедных, а бедные крадут у богатых».

Мне кажется, что это толкование довольно узкое и убогое. Очередное обличение капитализма. Но ведь вор-сенатор Барбальо не потому вор, что живет при капитализме. Он, кстати, из бедной семьи. Похищения и отрезание ушей порождены не капитализмом. Еще граф Толстой в «Кавказском пленнике» описывал такой промысел (правда, без ушей). И показанные в фильме прокуроры, следователи и полиция, которые ведут упрямую, безнадежную борьбу с этим кошмаром, никаких глупостей насчет неравенства доходов не говорят.

Без всяких комментариев Кон показывает в финале, как лягушачьи массы на ферме расстаются с жизнью, как их разделывают, обваливают в сухарях и с аппетитом поедают. Очень многозначительная концовка.

Я смотрела это в восторге, потому что замечательно сделано, и в ознобе, потому что мне кажется — это будущее Лос-Анджелеса.

ПОШЛИ ПУЛЮ
Manda Bala (Send a Bullet)
Art houses
Режиссер Джейсон Кон