Неисповедимы пути житейские

Опубликовано: 2 января 2023 г.
Рубрики:

Никто пути пройдённого у нас не отберёт. 

(Виктор Конецкий)

Споткнувшись, можно или упасть, или сделать большой шаг вперёд.

(Автор)

 

Видов падений существует множество. Есть моральное падение, оно же духовное, есть падение на карьерной лестнице, есть падение просто на лестнице, есть падение в финансовую пропасть, про которую Остап Бендер говорил, что она самая глубокая – в неё можно падать всю жизнь. Конечно, есть и простое падение, физическое, основанное на законе всемирного тяготения Исаака Ньютона, например, на улице к радости окружающих. Свободное падение тел с ускорением рассматривать не будем, так как оно подчиняется закону Природы, а у Природы не только нет плохой погоды, но свои законы она соблюдает однозначно, точно и повсеместно, вне зависимости от того, что по этому поводу думают лирики, потому что физики в этом не сомневаются – само слово «Физика» означает «Природа».

Основные виды падений я испытал на собственном опыте или проще – на собственной шкуре, о чём и хочу поведать, поделиться, позубоскалить и не для того, чтобы помочь другим – на чужом опыте учатся только мудрецы и подлецы, каковых в числе читателей никогда не бывает. По меньшей мере, я лично не встречал, чтобы кто-то заявил о себе, что он мудрец или подлец. 

Написать – означает освободиться от воспоминаний и навязать их другим.

Второй по популярности в мире книгой после Библии является «Дон Кихот Ламанчский» – чистый душой человек, постоянно попадающий в несуразные ситуации и иногда падающий физически, но никогда – морально. Но желающих походить в жизни на рыцаря без страха и упрёка, я тоже не встречал и «жизнь учил не по учебникам» и никогда не работал я волшебником.

Говорят, что, когда человек падает во сне, – это осталось от пращуров, которые жили на деревьях и иногда во сне падали вниз, забыв пристегнуть ремни безопасности и получить полис ОСАГО. Ещё добавляют, что такое снится людям в младенчестве. С этим я не согласен – мне ещё больше месяца до 84-летия, но совсем недавно я, сорвавшись с безумной высоты, падал в море. Проснувшись от ужаса я пощупал себя – сухой - и понял, что это был сон. Вероятно, в древние времена все люди были ангелами, имели крылья и могли летать, но потом за какую-то провинность Всевышний наказал людей и лишил их крыльев, остались только атавистические остатки – лопатки на спине. Я отлично помню, что мой отец в бане просил меня потереть ему спину и говорил: «Крыльца, крыльца три как следует!». И я изо всей своей детской немощи тёр крыльца – лопатки. Интересно, что по этому поводу думал автор Толкового словаря морской офицер Владимир Иванович Даль? 

Про свои моральные падения рассказывать не буду – эти воспоминания не для одного тома. На ум приходит книга узника Венецианской тюрьмы - единственного, удачно совершившего из неё побег. Тюрьма находилась в замке Дожей на площади Святого Марка, на верхнем этаже, над самым большим в мире дворцовым залом. Узнику удалось спуститься этажом ниже, где он попал в лабиринты с зеркалами. Если у вас нет с собой нити Ариадны, то правило ходьбы по лабиринтам простое: одной рукой всегда касайтесь стенки справа (или слева) не меняя руку – в этом случае, вы всегда сможете вернуться в исходное положение. В итоге узник всё-таки вышел на площадь Святого Марка и ушёл по-английски: не прощаясь. Это был уроженец Венеции Джакомо Казанова, известный авантюрист, поэт, переводчик, дипломат, автор объёмной книги «История моей жизни». В советском переводе – «Мои трудовые бЛудни».

Венеция мне запомнилась полным отсутствием автомобилей, узкими улочками, каналами, гондольерами. Как правило, водная составляющая города играет большую роль, а иногда и главную, в облике города. Европу я проехал почти всю вдоль и немного поперёк. Именно проехал. Я не садился в самолёт, не валялся на пляже неделю-другую, потом обратно в самолёт - и уже можно рассказывать о путешествии в другую страну.

Я садился в автобус на Знаменской площади в Петербурге, ехал в Финляндию, плыл вместе с автобусом в Швецию, колесил по Европе, переплывал Ламанш на пароме вместе с автобусом, колесил по Англии, потом по Франции, Италии, Испании, Германии, Нидерландам, Бельгии, Чехии, Австрии, Польше, пешком обошёл государство Ватикан по внешнему периметру, на площади Святого Петра в Ватикане получил в подарок от монаха репродукцию картины «Иисуса Христа в сияющих одеждах», за два евро на площади Согласия в Париже научил продавца мелочёвки фокусу с исчезновением монеты, инициировал аплодисменты на площади во Флоренции молодой супружеской паре, вышедшей из церкви после венчания, глядел с высоты в километр из государства Сан-Марино на Италию, катался на автомобильном электропоезде между небоскрёбами Арк-де-Фанс в Париже, видел оливковые рощи Испании и километровые виноградники вдоль Луары, посетил базилику Нотр-Дам-де-Фурьер на холме Фурьер, возвышающемся над родным городом Антуана де Сент-Экзюпери Лионом, обедал вместе с племянником Алёшей, живущим в Испании, в ресторане Мадрида, где бифштекс в три раза больше любого стэйка в ресторанах России, вместе с племянницей Леной, живущей в Мюнхене, пил пиво на «Октобрфесте», беседовал с добрым полицейским в Сарагоссе, бродил по деревушке Вимблдон под Лондоном и любовался студенческим городком Оксфорд со студенческими ценами в магазинах. 

Напомню, что во все годы Советской власти я, как и многие другие граждане свободной и великой по размеру страны, был невыездным, путешествовал только по ящику в «Клубе путешественников» и даже не мечтал о парижах, лондонах и мадридах. Изысканной шуткой на эстраде тогда было выражение: «Мне в Париж, срочно, по делу». 

 Но потом что-то щёлкнуло, брякнуло, лопнуло - и я вместе с семьёй оказался в Боинге, держащем курс на Лондон. Как здорово, что рухнул Советский Союз и мы какое-то время были европейцами.

Из поездок я возвращался на Знаменскую площадь, неудачно переименованную в площадь Восстания без памятника Александру Третьему Паоло Трубецкого. Царь восседал на артиллерийском тяжеловозе (другие кони не выдерживали вес императора) с подрезанным хвостом, чтобы конь, идя цугом, не бил бы хвостом по морде следующего за ним коня.  

Говорят, что постамент под этот памятник использовали для памятника Чернышевскому. Интересно, а на пьедестале начертано основное изречение писателя: «Жалкая нация, нация рабов, сверху донизу – все рабы»? А куда исчезла первоначальная надпись на пьедестале Александру Третьему: "Державному основателю Великого Сибирского пути", то есть Транссибирской магистрали, начинавшейся от Николаевского (Московского) вокзала, – строительство магистрали было начато при Александре III. Так и стоит Александр Третий без пьедестала во дворе творения Ринальди – Мраморного дворца, владения Константина Павловича, первоначально построенного в дар Григорию Орлову от матушки Екатерины.

Ни одна река в Европе не сравнится с Невой. С её величавостью на стрелке Васильевского острова. Французы называют свою Луару «Голубоглазая блондинка». В сравнении с ней наш Обводный канал «Жгучий брюнет». Но каковы замки, стоящие по берегам Луары! У одного из замков есть пандус для коней в высоту метров 20. 

В Мадриде река жёлто-грязного цвета, а во Флоренции на реке Арно, на середине её, сидели голуби. Им было по щиколотку. В Неве я купался на спор у самой стрелки. Приехав осенью в Михайловское, искупался в Сороти, где купался сам Александр Сергеевич и положил полевые цветы на крыльцо домика Арины Родионовны. Купался в Эгейском море, в Бискайском заливе у Аркашона, в Средиземном море у Биаррица, но самым запоминающимся было купание в Кольском заливе, в Мурманске, недолгое, но с неизгладимым впечатлением. 

На присуждении какой-то кинопремии автор фильма бежал на сцену по спинкам кресел и, выбежав, сказал: «Как хорошо, что я так плохо жил в детстве. Без этой закалки я бы никогда не состоялся».

После работы начальником службы Радиационной безопасности (с окладом 200 р. + спецпитание) в «горячих» камерах» с высокорадиоактивными веществами в бывших монашеских кельях Александро-Невской лавры в Ленинграде, я, после нескольких падений по служебной лестнице, включая должность баландёра* в СИЗО на Литейном 4, оказался учеником кочегара на портовом буксире в Ленинградском порту. Несколько удручала заработная плата. В то время выпускник вуза оценивался в 120 рублей в месяц.

Мой оклад составлял 37 руб. 50 коп. Но на буксире была бесплатная кормёжка. Режим был таким: «три дня через три», то есть три дня ешь, а три дня отдыхаешь. Проявив недюжинные умственные способности, я через месяц сдал экзамены на кочегара первого класса с удвоением оклада до 75 рублей.

И тут я понял, что мне нравится моя работа в кочегарке – начальства нет, обязанности изложены механиком на одной странице с восемью орфографическими и пятью синтаксическими ошибками. Приученному в детстве к каторжному труду работа в кочегарке была детской забавой. Вероятно, она ещё и соответствовала моему интеллекту.

Я драил паелы и стирал фильтры, разжигал топки квачом, следил за уровнем воды в котлах и регулировал пламя в четырёх топках, чтобы не дымили. Когда механик кричал с верхней палубы вниз: «Кочегар, дымишь!», я обещал перекрыть все топки - и тогда озону в воздухе будет не продохнуть. Механик дружелюбно отвечал мне непереводимой игрой слов. Мы с ним хорошо ладили и на мои предложения почитать ему сонеты Шекспира неизменно отвечал отказом: «Пропадём! Кочегары Шекспира читают наизусть».

Надо мной взял шефство матрос Валерий Возняк, когда-то ездивший к Илье Глазунову с приглашением на встречу. Он решил подтянуть меня в разделе «живопись». Я не возражал. Я не распространялся о своих прежних работах, работал кочегаром и не тужил. Как-то ко мне подошёл второй механик: «Я узнал, что ты работал на атомном ледоколе «Ленин». – «Было дело». – «У меня там приятель работает, Савченко, ты его знаешь?» - «Знаю. Адик - машинист первого класса». – «А ты кем был?». – «Старший инженер службы Радиационной безопасности». – «Что ж ты раньше не сказал, а то я тебе все самые грязные работы отдавал - и паёлы драить и фильтры…». 

Когда были деньги, я, по старой привычке, захаживал в кафе «Север» на Невском, где имел много знакомых самого разного калибра. Много говорили о стихах, читали наизусть негромко за столом. Ходил по рукам «Самиздат», тогда запрещёнными были даже братья Стругацкие», конечно, Михаил Булгаков. «Север» закрывался в 23 часа, в это же время закрывался и «Елисеевский» в 100 метрах. В него можно было войти без минуты до закрытия, вне зависимости от количества покупателей в зале – обслуживали всех.

Не знаю, сохранилась ли эта дореволюционная традиция сейчас?» Зал налево – гастрономия, направо – мясо и зерновой кофе, который тут же могли смолоть. Как писал какой-то поэт, «Иду в Елисеевский, третий подъезд» - этот центральный подъезд – вход в театр Акимова. На Невском летом можно было пообедать в саду у Аничкова дворца. Официант приносил супницу и ставил её на отдельный столик, разливал по тарелкам и подавал на стол. Кто-то посоветовал официанту суп сразу приносить в тарелках -– быстрее будет. «Сразу в тарелках пусть вам подают советские официанты», – ответил гражданин из «бывших».  

В 42 года я надел очки. Потом посмотрел на эту проблему с другой точки зрения: снизу вверх и до 70 лет не пользовался очками. (СиршАсана – основная поза восстановления зрения, слуха и правильного взгляда на жизнь). Науке Йоге более 4000 лет. Зародилась в Тибете. («проза.ру Смирнов Юрий Ильич» «Как без лекарств сохранить и укрепить здоровье» Перевод с американского книги Свамми Вишнудеванады «Полная иллюстрированная книга Йоги». Нью-Йорк. 9 изданий. (С моими разъяснениями для самых ленивых людей в мире – русских). «Мы ленивы и нелюбопытны» (А. Пушкин). «Мы ещё в пелёнках, а лень уже с телёнка» (Русская пословица).

После достижения пенсионного возраста, 50-и лет, я проработал ещё 18 лет пенсионером (в Арктике на атомных ледоколах).  

В 70 лет я отправился на отдых, установив неофициальный мировой рекорд – 42 года работы в Арктике на атомных установках. (Официально: необходимый стаж работы для начисления страховой пенсии при достижении пенсонного возраста 50 лет при 7,5 лет работы в Арктике. Я отработал за пятерых!).

И тут за меня взялись чиновники всех мастей и рангов: мне не выплачивали пенсию 10 месяцев, а нужны были операции на глазах – я с обращениями ко всем чиновникам, а премьер-министру выслал правительственные награды, но в ответ - презрительная тишина. Меня до сих пор обворовывают (согласно документам) ВСЕ чиновники: от ЖЭКа до комитета соцзащиты и БЛАГОПОЛУЧИЯ).

К примеру, мне 16 лет отказано в питьевой воде (холодная вода в квартире, по данным анализов, не соответствует санитарным нормам. При поселении в этом городке я не был извещён об этом, в результате - полостная операция по извлечению огромных камней из мочевого пузыря). Воду покупаю в магазине, а чиновники ведут переписку, может ли человек прожить 16 лет без питьевой воды, но оплачивать покупную воду (положено по закону) отказываются. Кто я в сравнении, к примеру, с начальником ЖЭКа, который начисляет к оплате всё, что захочет? Бесправен как церковная крыса. 

 Через пару лет жизни на пенсии я уже был инвалидом 2 гр. по зрению –– только в одном глазу 20%, в другом – 0%. 

Для снятия внутриглвзного давления в глазу делают дырку, а чтобы пыль не попадала в глаз, подвешивают занавеску.

Началась новая жизнь. Оказалось, что у меня не так уж много приятелей и совсем мало друзей. Но это уже другая история.

------------

*Баландёр – разносчик баланды по камерам (прим. автора)