Через годы, через расстояния... Размышления о музыке

Опубликовано: 8 декабря 2021 г.
Рубрики:

 В одну телегу впрячь не можно

 Коня и трепетную лань.

 А. С. Пушкин

 

 Так уж и не можно? А если речь идёт о гении? Ведь он же, по выражению того же классика, «парадоксов друг»! Ему сам Бог велел тянуться к своей полной противоположности. И тому есть весьма убедительные примеры, о которых и пойдёт речь. Около ста лет слушателей покоряют «Картинки с выставки» Мусоргского в оркестровке Равеля. Произведение одного из самых национальных русских композиторов, которого Чайковский называл Бурбоном, взволновало утончённого, трепетного импрессиониста Равеля! Над «Картинками с выставки» изначально витало достаточно мистики. Живопись Гартмана, давшая жизнь этой музыке, даже в своё время большого интереса не вызывала. Его больше ценили как архитектора. Однако господь посветил Мусоргскому фонариком не в сторону его великих современников - художников-передвижников, а в сторону Гартмана. И почему-то эта несопоставимость дала беспрецедентный художественный результат. О каждой из частей этой замечательной сюиты можно было бы написать отдельный очерк. Остановлюсь на особенно поражающей меня пьесе «Два еврея-богатый и бедный». 

https://www.youtube.com/watch?v=VTpwfXkzUdA 

До недавнего времени представления о еврейской музыке были у профессиональных композиторов довольно смутными. Знаменитый Хор пленных иудеев из «Набукко» Верди представляет собой абсолютно итальянскую музыку. Верди не решился на стилизацию.

https://www.youtube.com/watch?v=bmLqZ0NVdfs

 «Еврейская песня» Римского-Корсакова стилизована под нечто абстрактно- восточное.

https://www.youtube.com/watch?v=0vFXvQyBPbg 

Мусоргский же в своих «Двух евреях» проявил такое проникновение в еврейскую интонацию, какого не было ни до него, ни после него до сАмого Шостаковича и, что самое поразительное,- ни у него самогО. 

Мусоргский тоже автор еврейской песни, но кроме названия в ней ничего еврейского нет.

https://www.youtube.com/watch?v=iAQnJde9oMk 

На всякий случай оговорюсь: всё это не умаляет художественных достоинств упомянутых мною произведений классиков. Речь идёт лишь о степени проникновения в подлинную еврейскую мелодику. 

Известно, что Мусоргский не владел оркестровкой. Его оперы исполняются в инструментовке разных композиторов - от Римского-Корсакова до Шостаковича. Но «Картинки с выставки» написаны и предназначены для фортепиано, которым Мусоргский прекрасно владел, и, в отличие от опер, это произведение ни в какой инструментовке, казалось бы, не нуждалось. И вот Равель, у которого, как и у каждого гения, не было недостатка в собственных идеях, вдруг принимает решение взяться за инструментовку «Картинок». Возьму на себя смелость утверждать, что, как ни богаты оркестровыми красками произведения самогО Равеля, таких открытий, как в партитуре «Картинок», в оркестровках собственных сочинений у Равеля нет. Взять хотя бы уникальное (во всяком случае, на моё знание) использование высокого регистра у самого басового духового инструмента-тубы в пьесе «Быдло»

 http://mp3.classic-music.ru/music/mussorgsky/kartinki07.mp3

Так неожиданно и так точно оркестровка подчёркивает громоздкий и неуклюжий ход этой крестьянской повозки! 

А теперь ещё один пример взаимодействия композиторов разных народов и времён, но в совершенно другой ситуации. Великий Чайковский нуждался в цитате для сцены Графини из «Пиковой дамы». Вернувшись с бала она, старая, уставшая и раздражённая, разгоняет приживалок и в одиночестве вспоминает балы своей молодости. Вот почему тут нужно было что-то от иных времён и непременно аристократическое. И композитор находит мелодию, появившуюся за тысячи километров от него и столетие назад. Это песня Лоретты из оперы французского композитора Гретри «Ричард Львиное Сердце».

https://www.youtube.com/watch?v=9KU38LJYY28 

Автор «Пиковой дамы» цитирует песню в оригинале, то есть на французском языке, который считался в России неотъемлемой принадлежностью аристократизма. Главная заслуга Чайковского состоит в том , что в этой лирической мелодии он услышал скрытую боль, которая в устах ностальгирующей по прошлому Графини выявляется в полной мере, придавая всей сцене мрачноватый характер.

https://www.youtube.com/watch?v=_f-iXW_HGVM 

Опера Гретри в своё время имела успех, и, может быть, песня Лоретты была известной, но, великий не только композитор, но и драматург, Чайковский сумел так органично включить эту мелодию в свою музыкальную трагедию, что вот уже не первое столетие эту музыку связывают только с «Пиковой дамой». И не все даже знают, что это цитата.

Инициатива создания балета на сюжет «Кармен» принадлежит Майе Плисецкой. Сначала она обратилась к Шостаковичу, который сразу сказал: «Я боюсь Бизе». Затем великой балерине отказал и Хачатурян. Но Щедрин ей отказать не смог и сделал ряд эскизов. Однако, дав им отлежаться и проиграв их, он сам разочаровался в этой музыке и понял, что Шостакович прав: единство Мериме и Бизе нерасторжимо. И только тогда возникла идея ипользовать музыку Бизе, но на её основе создать новое произведение.

Всё это известно, но я хочу подчеркнуть, что в данном случае импульс шёл не от внутренней потребности композитора, а извне. А задача была предельно трудной. Однако, как сказал Шекспир: «Чем цель трудней,тем яростней порывы.». Не прибавив ни одной ноты от себя , Щедрин создаёт произведение, которое даёт ему право считать себя его вторым автором, и сочетание имён Бизе-Щедрин, поначалу вызывавшее некоторые нарекания, постепенно стало звучать вполне естественно и органично.

Оперная музыка Бизе обрела дансантность (так принято называть пригодность музыки к балету), и при этом Щедрин, проявил не только необыкновенную выдумку, но и тончайший вкус: ничего из придуманного им не входит в противоречие с музыкой Бизе. А ведь и оркестровка самого Бизе гениальна. Я в то время был студентом консерватории, моя сокурсница училась у Щедрина и достала мне билет на «Кармен-сюиту». Меня так увлекла оркестровка , что я не мог смотреть на сцену. Особенно поразил меня выход Тореадора. Казалось бы: ну как можно заставить эту мелодию зазвучать по-новому, когда мы так привыкли не только в опере, но и в тысячах концертах к оркестровке Бизе? Но Щедрин как раз и использует необыкновенную популярность этой музыки. Дав ей «честно» прозвучать, при повторении припева он бросает мелодию, в оркестре звучит только аккомпанемент, а мелодия сама собой возникает в голове у слушателей. 

 

Тореадор

 

Так можно поступить только с очень известной музыкой, и для этого надо иметь сумасшедшую фантазию. Этот приём, насколько я знаю, никогда до Щедрина не применялся. И, осовремененный этим приёмом, Бизе при этом ничем не обижен. Думаю, этого примера достаточно для того, чтобы объяснить,

почему Щедрина надо считать соавтором Бизе, а не просто создателем новой оркестровки «Кармен». Дансантности добиться вообще не так легко, а в нашем случае композитор не сочинял балетную музыку, а делал балетную версию известнейшей оперы другого композитора, что, конечно, во сто раз труднее. И при этом, добиваясь абсолютной дансантности, Щедрин не повредил самодостаточности музыки Бизе:«Кармен-сюита» Бизе-Щедрина уже больше полстолетия не только ставится во многих театрах мира, но и постоянно исполняется в концертах как симфоническое произведение, что с другими, даже классическими балетами происходит крайне редко.

Чаще на симфонической эстраде исполняются лишь отрывки из балетов. А ведь дансантность настолько трудно достигаема и настолько важна, что иногда хореографы больше ничего от композитора и не требовали. Музыка Л.Минкуса безусловно делает своё дело, даёт возможность хореографам создать такой, например, интересный балет, как «Дон Кихот», но сама по себе, на мой взгляд, большой ценности не имеет и в отрыве от балета почти не исполняется даже в отрывках. А балет ставится по всему миру уже не первое столетие. Тут в качестве коня выступает танец, он тянет телегу, а музыка трепетной ланью, освобождённой конём от нагрузки , старается лишь бежать с ним в ногу.

Я привёл несколько примеров сосуществования в одной упряжке композиторов, совершенно разных стилей, стран и времён. Но существует ещё сочетание «коней и трепетных ланей», представляющих разные виды искусства. Театр и кино по своей природе объединяют в одну упряжку несколько творческих единиц: драматург, режиссёр, художник,композитор, актёры, звукорежиссёр, кинооператор.

Если сегодня режиссёр ставит Шекспира, то уже в силу расстояний и столетий между ними тут без парадокса не обойтись. Я хочу привести только один пример необыкновенно удачного цитирования в спектакле песни, которая пришла туда издалека и стала русской народной. В 1959 году в БДТ впервые ставилась пьеса А. Володина «Пять вечеров». Г. Товстоногов чувствовал, что атмосфера спектакля требовала песни, которая, однако, не пересказывала бы сюжет пьесы, а пелась бы в такт тоске героев по не сбывшемуся. Я не знаю, заказывал ли великий режиссёр песню композиторам или искал готовую.

Я вообще прошу прощения за возможные неточности, поскольку слышал этот рассказ только от исполнительницы главной роли спектакля - З.Шарко. Письменно эта история нигде не зафиксирована. Знаю только, что поиски песни были долгими и бесплодными. И вот драматург услышал в гостях у своего друга песню, которую тот привёз из какой-то скандинавской страны и, очевидно, сам перевёл.

Впрочем, перевести её было не трудно - в песне не было рифм. Володин уловил в этой песне то, в чём нуждался спектакль. Он напел её Зинаиде Шарко. Актриса поддержала идею Володина и спела песню Товстоногову, который пришёл в полный восторг. И буквально спустя несколько недель после того, как песня прозвучала в спектакле, её запела вся страна: «Милый мой, родной, ты возьми меня с собой.

Там, в краю далёком буду тебе женой...». В одной из телепередач о В. Шукшине рассказывается, как выразительно он пел русские народные песни, и демонстрируется запись, где Василий Макарович поёт «Милый мой, родной...». И авторы передачи правы. В мелодии, да и в стихах, нет ничего русского, если рассуждать чисто искусствоведчески. Но это не важно. И также не важно, где, кем и когда сочинилась песня. Важно, какой народ считает её своей. Но подумать только: создать атмосферу светлой тоски в спектакле русского театра по пьесе русского драматурга помогла скандинавская песня! 

Как мы видим, чем смелее поиск, тем убедительнее бывает художественная победа. Без творческой дерзости нельзя достичь неожиданности.Так как же насчёт «впрячь не можно», бесценный Александр Сергеевич? Я написал о художниках, которые в своём поиске не побоялись самых неординарных соединений. И разве нельзя восхититься их творениями, процитировав ваши же слова: «Какая смелость и какая стройность!»?...

 

Комментарии

Какая прекрасная статья! Спасибо!