Поэзия. Борис Кокотов

Опубликовано: 1 ноября 2006 г.
Рубрики:

Монолог Слона

староиндийским защитникам посвящается

На шахматной доске, где испокон
мы обитаем в тесном окруженьи,
я, по призванью, — королевский слон,
ты — ферзевая пешка по рожденью.

Что ж, белый офицер и черный паж
нередко в смежных клетках обитают...
случается и так, что... но неваж
но: тех уж нет, иных — с доски снимают.

В своих привычках я предельно прост:
диагональность полагаю благом...
Возьми коня... — любого! — он, прохвост,
обштопать норовит тебя зигзагом!

Зато ладья, по прозвищу “тура”,
прет напролом. Когда она в ударе,
пехота, конница — ей похеру: — Уррра!!...
страшней всего, что эта дура — в паре.

К примеру, ферзь — хоть черный, хоть какой —
летает по полям как гроздья гнева...
гaрдыня заедает ... ишь, герой...
с фазада — визирь, стыла — королева!

Ржут кони-звери: “Наша жизнь — и-и-и-гра!”
Нелепица! — но сказано красиво...
Вон, кстати, сивка выполз из угла —
пойду, надраю иноходцу гриву!

Не щерься, пешка — кончился дебют.
Когда тебя дебют — другое дело...
молчи и слушай... на проходе бьют?
Ну, ты совсем я вижу оборзела!

Так вот: король растерян, неумён...
под шахом он... ладья, заткнись, не тявкай!..
сама пошла!.. ведёшь себя как слон...
вот именно: как слон в подсудной лавке!

Я не силен в стратегии, и всё ж,
когда гниёшь бесцельно в фианкетте,
накатывает мысль: ферзёва вошь!
как дальше жить? что делать? кто в ответе?

“Размен уж близится, а королю всё по...”
Откуда ария? — кажись, из “Аты-баты”.
Его Высочество, сдаётся мне... того...
— на пат надеются одни лишь психопаты!

Ты, пешка, здесь ещё? ты где? ах, да...
неверный ход... досадное стеченье...
Мной жертвуют??! — Какая ерунда!
я хобот свой даю на отсеченье...

Откуда мы пришли, куда идем —
знать не дано... в одно я верю свято:
кто был слоном — останется с лоном:
должно быть что-то после... после мата!
 

Oда кровати

oставь одежду всяк сюда входящий...
D. Ant

посередине бытия
стоит железная кровать
внизу — лазурная струя
вверху — луч солнца когти рвать

бурлацкий стон её пружин
органных трубок стройный вой
возносит зычный муэдзин
над очарованной душой

суров и прост её устав
колёса спинка без прикрас
усталый путник счастлив пав
на раскуроченный мат рас

сюда стремятся дети гор
и подземелья детвора
с кассандрой здесь анаксагор
эона не теряют зря

от братских берегов куры
в сырые пролежни ложбин
никелированны шары
грядут позванивая б-л-л-и-н-н-н

и с ними входит врез онанс
зыбучий остов лежака...
кровать! да не разлучат нас
моря народы и века!

я твой послушник паладин
страны продавленных надежд
жестокий жалюзей жасмин
пусть расцветает рёбер межд

сверни певца в бараний рог
в сон заковав как в кандалы
чтоб заторчал я без тревог
в объятиях железной мглы.