«Праздничный ужин». Речь на совете директоров

Опубликовано: 29 декабря 2019 г.
Рубрики:

Уважаемые коллеги!

Более десяти лет на нашем телеканале идет реалити-шоу «Праздничный ужин». Каждую неделю из одного округа отбираются пять добровольцев, которые по очереди — с понедельника по пятницу — угощают у себя всю группу. Потом каждый оценивает приемы по десятибалльной системе, причем всесторонне, и в конце недели набравший максимальное число пунктов награждается пятью тысячами евро. Разумеется, присутствующим известно, что месяц назад основатель и режиссер программы ушел на повышение. Как сказал Генеральный, «забрезжила надежда покончить с очередным идиотизмом», но владельцы канала настаивают на продолжении. Последние четыре недели за производство отвечал первый ассистент передачи, и нам пара решать, оставлять ли его в этом качестве на постоянной основе или же искать нового куратора. Мы, три директор канала, посмотрели результаты и хотим поделиться своими наблюдениями и рекомендациями.

Главной инновацией стало то, что в серии усилен личностный аспект. Если раньше главный фокус приходился на кулинарное мастерство, то теперь значительное внимание уделяется характерам и взаимодействию участников. Решен также один деликатный вопрос. Обычно недельная группа составлялась из трех женщин и двух мужчин или наоборот — двух женщин и трех мужчин. Из-за нечетного общего числа с гендерным равенством была, как казалось, нерешаемая проблема. В первую же неделю ее удалось остроумно преодолеть: одного из пяти участников подобрали с нетрадиционной ориентацией. Им стал конферансье кабаре, который появлялся на встречах попеременно то обритый наголо в костюме-тройке, то в женском парике, платье и макияже. В день своей готовки, который пришелся на пятницу, он облачился в поварскую форму с фартуком и высоким колпаком, из-под которого выбивались белокурые локоны, так что визуально его пол не идентифицировался, а имя Доминик также не давало к тому никакого ключа. Смотревшие только финальный выпуск и не знавшие кто есть кто, были изрядно заинтригованы, и в редакцию посыпались любопытствующие запросы. Учитывая зрительский резонанс, но не желая создавать нездоровый ажиотаж вокруг единственной «белой вороны», в четвертую неделю уже три участника из пяти представляли ЛГБТ сообщество, что получило одобрение в солидарных с ним медийных кругах.

Шоу стало много демократичнее. Ранее добровольцев набирали из среднего класса. Теперь это не соблюдается, и в действии появилась известная непредсказуемость. Так, для второй серии выпусков нашелся персонаж, говоря по театральному, с игровым амплуа «мужлан» и сценической внешностью «мордоворот». Повадки его вполне оправдали ожидания, и он сразу стал звездой недели. В первый же вечер он сгреб себе из общего блюда почти все мясо, быстро осушил выставленные бутылки и принялся тискать свою соседку-нотариуса. На следующий день угощение уже подавалось исключительно порциями, вино стояло на буфете и поровну разливалось по бокалам, а от женщин его отгородили трансгендером. Он умудрился проявить себя и в этой ситуации, не будем вдаваться в подробности как, из-за чего от алкоголя решили отказаться полностью, а его самого посадили во главу стола, откуда распускать руки было не с руки — просим прощения за невольный каламбур. Он и тут вышел из положения. В последний день он пронес с собой два литра виски, которым щедро делился, подсаживаясь то к одним, то к другим. Став душой компании, он превратил чинное застолье во фривольную попойку и сорвал выбор заслуженного победителя. Все непотребно веселились и единогласно признали его лучшим хлебосолом. Эта неделя вызвала небывалый отклик зрителей с диаметральными оценками — от благодарностей за хорошее развлечение до напоминаний о Харви Вайнштейне и подозрений, что затейник все хитро спланировал для получения премии. В интернете разгорелась жаркая дискуссия, аудитория сразу увеличилось на треть, а канал получил четыре новые заявки на размещение рекламы.

Подходы к меню также стали разнообразнее. Раньше они неизменно следовали ресторанной традиции с уклоном в мишленовскую утонченность. Здесь же от нее постепенно отступили. В третью неделю отличился владелец забегаловки, призер окружного конкурса, выступавший с девизом «Люблю кошек, но не в тарелке». Он начал с фирменных хот-догов, потом щедро настрогал донер, а в заключение подал попкорн, сахарную вату и ассорти из сникерсов. Запивать предлагалось кока-колой и другими безалкогольными напитками. От привычной обстановки люди расслабились и оживились, особенно в конце, когда в качестве сюрприза появились бутылки с пивом, которые владелец забегаловки извлекал из-под стола с заговорщицким видом, выдающим его обыкновение обходиться без лицензии. Правда, один эстетствующий гость от еды воздержался и лишь цедил минеральную воду, но около полуночи его заметили энергично убирающим тройной бюргер в Макдональдсе. В ту же неделю удивила и бабушка, у которой все перемены сводились к бесчисленным тортам, пудингам, печеньям и джемам собственного приготовления. Большинство зрителей приветствовали хлопотливую старушку, хотя в комментариях кто-то напоминал, что хороший тон всегда основывался на умеренности, и стыдил икотой, случившейся от переедания сразу у двух участников. Другой не менее весомо возражал, что естественные позывы следует только приветствовать; в Китае, мол, принято аппетитно чавкать, а после званого обеда и вовсе полагается раскатисто рыгнуть, озвучивая свое удовлетворение. Столь радикальное суждение буквальных последователей не имело, но в сути было поддержано. Одна написала, что Китаю подражать во всем не обязательно, но ее саму давно тошнит от фарисейства гурманов и дизайнерских тарелок с лепестком салата, парой тощеньких стебельков спаржи и наперстком мудреного соуса.

На четвертой неделе в группу набрали весьма разношерстную публику. Грузчик из супермаркета принимал гостей первым. Пожилой президент частного банка явно чувствовал себя не на месте. Свой стул он застелил салфеткой, нож и вилку протер носовым платком, а из мест общего пользования вернулся с брезгливой гримасой. Грузчик пошел посмотреть, что не понравилось высокому гостю, и, вернувшись, попросил более прицельно пользоваться его удобствами. Посетители принялись обсуждать случившееся, а президент замкнулся в себе и ни на какие полезные советы не реагировал. Во время затянувшегося ужина он проявлял нарастающее беспокойство, но повторить неудачный заход не решался. В какой-то момент он внезапно откланялся и, пританцовывая, поспешил уйти. Возникла неловкая заминка, во время которой полная дама съела нетронутый им десерт. В долгу президент, однако, не остался. Квартира его ошеломила пришедших необъятными размерами и бьющим через край благосостоянием. Именно она произвела на них наисильнейшее впечатление, из-за чего изысканная сервировка и виртуозное обращение с отборными продуктами оказались практически незамеченными, а конкурсные пункты несообразно скромными. Может быть, гостям не очень понравилась манера хозяина ходить по пятам, присматривая, чтоб те не брали, что плохо лежит, и ощупывание, как бы невзначай, сумочек и карманов. Обстановку разрядил вызванный полицейский, с которым президент шептался в углу, попеременно показывая глазами на сидящих за столом. Тот провел дружеское дознание и засвидетельствовал, что ничего существенного никому прихватить не удалось. Президенту, видимо, не понравилось столь поверхностное исполнение служебных обязанностей, и на последующие встречи он больше не приходил, расстроив тем самым социально сбалансированный коллектив.

Теперь несколько замечаний о видеоряде. Новая заставка с поваром, ловко возвращающим на сковородку уворованную кошкой рыбу, изящна, но в контексте высокой кухни выглядит неуместно. То же относится и к хозяйке, которая досадливо сплевывает окурок в кастрюлю, выуживает его немытой рукой и продолжает готовить. Твердость засахаренных орехов не нужно драматизировать кадром со сломанным зубом. Незачем было иллюстрировать свежесть заготовок бегающей по двору курицей, у которой отрубили голову, или мясником, гоняющимся с ножом за поросенком — теперь нам предстоит разбираться с обществом защиты животных. Также не стоит брать крупным планом таракана на плите и крысу в мышеловке. Если кто не блещет воспитанием, лучше не показывать, как он почесывается, вытирается рукавом, заталкивает в рот куски, застревающие в горле, а потом полощет вином зубы. То же относится и к жонглерским трюкам со вставной челюстью в другом выпуске. Женщина, засовывающая глубоко в рот пивную бутылку, выглядит по меньшей мере нескромно, а грезы блаженной девушки о «трудолюбивом принце» звучат слишком адресно в компании, где один мужчина без ноги, другой без глаза, а третий с дефектом речи, какой надо было поискать, и еще усиливаемым диковинной лексикой вроде «лимонизация десерта и доходов» или «праздничная зачистка квартиры». К рекламе, регулярно прерывающей выпуск, тоже необходимо присматриваться. Например, как понимать зевающих у телевизора зрителей, просыпающихся только при доставке пиццы? Скучная передача? Но если здесь хотя бы есть гастрономический позитив, то зачем тут же рекламировать ветрогонное средство, причем самым наглядным образом, а вслед за ним щелочной очиститель для крайне запущенного туалета? 

В целом же мы беремся утверждать, что наше уже немного приевшееся реалити-шоу получило второе рождение. В него, бесспорно, впрыснута свежая кровь. При этом отдельные родители возмущаются, что «такое» транслируется в прайм-тайм. По их мнению, передачу следует пускать не ранее 22 часов, причем с возрастным ограничением 16+. Они пишут, что их дети с восторгом соревнуются в копировании вульгарных ужимок и пропагандируемого косноязычия, следуют самым пагубным примерам поведения за столом, а на десерт требуют сникерсы, попкорн и сахарную вату. Кто-то всерьез стал подражать Доминику, а чьего-то пятнадцатилетнего сына вывели со дня рождения девочки, куда он явился сильно навеселе и, как осторожно сформулировано, «имитировал домогательства». С другой стороны, за месяц число зрителей без малого удвоилась, у нас есть десяток заявок на рекламу, а одного участника передачи пригласили сниматься в комедийном фильме. Имеется даже поздравление с изобретением «сюрреалити-шоу», и нам представляется, что имеет смысл подумать о развитии так обозначенной концепции, и не только применительно к данной передаче. Что же касается ее дальнейшего руководства, то для этого вряд ли найдется кандидат лучше того, кто так неожиданно и так блестяще ее обновил.