Манты

Опубликовано: 15 декабря 2019 г.
Рубрики:

Гостиница областного центра. Семиэтажное современное, недавно отремонтированное, здание. Идёт интенсивное заселение жильцов.

Один из двухместных номеров гостиницы. На кроватях сидят два гостя отеля.

- Познакомимся? Матвей Васильевич! – рыжеволосый тучный мужчина протягивает руку соседу.

- Пётр Сергеевич! – представился седоватый мужчина с фигурой подростка.

- Очень приятно! – хором произнесли они.

- Надолго? – спросил Матвей Васильевич. – Мы прибыли на месяц.

- Мы? Это кто? – уточнил Петр Сергеевич. 

- Мы – это труппа драматического театра. Завтра в местном театре показываем Короля Лира.  А вы?

- И я тоже с театром. На три недели. И тоже в составе труппы. Театр кукол у нас. А вы актёр?

- Не – а. Актёры у нас в одноместные поселены. Им же настраиваться надо, в образ входить – выходить…

- Но вы и не режиссёр, Матвей Васильевич?

- Нет, конечно. С такой рожей режиссёров не бывает. Вы верно заметили.

- Я не по роже. Я просто угадал. 

- Нет, нет, не режиссёр. Да я бы и не смог каждому твердить «Не верю!», «Не верю!». Устал бы.

- Вы ведь и не директор театра?

- Куда мне. Предупреждая дальнейшие вопросы скажу, что я даже не автор пьесы, не Шекспир. Я тот, кого актёры называют мантами, манты.

- Насчёт Шекспира я сразу догадался. А вот манты? – лицо Петра Сергеевича вытянулось. – Поясните!

- Я монтировщик. Монтировщик сцены. 

- Как и я. Меня тоже можно отнести к мантам. Но раньше такого определения не знал, - заметил сосед по номеру.

Матвей Васильевич продолжил свой рассказ:

- Декорации каждого спектакля и сценического оборудования надо знать. Оснащение сцены. Осуществлять погрузо – разгрузочные, конечно. Соблюдать правила установки и крепления декораций, мебели, оборудования. Не дай бог, колонна свалится или обрушится крепостная стена… Правила техбезопасности и противопожарных мероприятий надо соблюдать. Ещё надо уметь работать на шумовых аппаратах…

- А как пришли в театр?

- У меня во дворе театр. Ничего не заканчивал. Пришёл и приняли. Сначала учеником, а сейчас уже монтировщик высшего разряда. В театре нам шестерым положено работать, а на гастролях вдвоём управляемся. Мой напарник с женой поселился. Она кассир у нас. Мы даже суфлёра в поездки не берём. Экономим. А вы, Пётр Сергеевич, как пришли в театр?

- У меня тоже театр во дворе. Пришёл и - приняли. Рабочим сцены. Так до сих пор и значусь. Но до этого целая эпопея была. Тяга к куклам – с детства. Был школьный перчаточный театр. Потом студия. С конструкторами кукол дружил и дружу. Мастерил куклы. Бутафоры, портные, художники, актёры – кукольники – с ними я много общаюсь и учусь у них до сих пор.

- А обязанностей, Пётр Сергеевич, много?

- Тоже, как и у вас, занят весь спектакль. У нас декораций не много. Ширма – основное. Но нельзя допускать её падения. Существует система тросиков. Всё устанавливаем в натяг.  Частенько в командировках, чтобы на время спектаклей в пол вкрутить колечко и натянуть трос, удерживающий ширму, а после – выкрутить, приходится пить с местными пожарным или мастером сцены. А я вообще - то не пью в обычной жизни, - гримасой Пётр Сергеевич показал отвращение к выпивке. - Заранее говорю это вам, Матвей Васильевич, и прошу извинить, если что…

- Понимаю. Я то наоборот - пью. Более того, некоторые наши актёры держат свои алкогольные запасы у меня. Забежал – выпил. На ходу. Такая схема. Это помимо капитальных посиделок. За что тоже извиняюсь перед вами.

- Хорошо. Так вот продолжу о своих обязанностях. Кроме ширмы отвечаю за установку и работу навесных декораций и приборов  верхнего и бокового освещения. Звонки к началу и шумовое оформление. Гром там, горнисты, стук копыт…ну, знаете! Упаковка и распаковка кукол. За сохранность их отвечает сторож. Ремонт кукол - тоже на мне. Это самая моя любимая обязанность.

- Пётр Сергеевич! А переходите к нам в театр. Есть вакансии. В деньгах же выиграете, наверняка! Давайте, а? Пётр Сергеевич!

- Определённо отвечаю, Матвей Васильевич! Нет! Куда я от кукол? Прикипел я к ним. Это ведь с детства. А потом, ремонтируя куклы, я с ними разговариваю. Они же понимают всё. Только пока не говорят. Вот будут куклы – андроиды. Тогда может… Ведь всё совершенствуется – сначала папье – маше, дерево, текстиль, пластилин… Сейчас уже полимерная глина, пластик - ладолл.  Со светодиодом пошли изделия. Технология идёт всё вперёд и вперёд! И это так интересно! Больше жизни люблю я изготовление и ремонт кукол!  Это же дети. Мои дети. Ведь я вдыхаю в них жизнь. Куда же я без них? Нет, нет. Я – никуда!

Потом наши спектакли – это такая сказочность порою. Даже иногда чувствую себя ребёнком. Бывают представления, в которых себя забываешь, а вокруг - сплошь волшебство и столько фееричности, романтики… У нас и зритель разный. Даже по степени и глубине эмоционального погружения в мир героя. После ваших выступлений в зале остаются лишь оброненные билеты и программки. После наших спектаклей частенько – изжёванные платки. Малыши очень переживают за судьбы, показанные на сцене.

В дверь постучали.

- Входите! – в один голос воскликнули постояльцы.

В номер  вошёл, точнее сказать – ворвался, невысокий человек со словами:

- Бурно приветствую вас! Васильич! Матвей! Выручай, дружище! Хотел по городу погулять… Здрасте! – заметил Петра Сергеевича вошедший. - Зонт, вот сломан…  Шпилька опять полетела… Спасай!

- Сейчас сделаю, Илларионыч! Вот познакомся. Пётр Сергеевич. Работает в кукольном театре. Тоже на гастролях. А это Илларион Илларионович, наш актёр.

Новое действующее лицо и Пётр Сергеевич знакомятся, жмут руки. Илларион Илларионович при этом представляется: - Эдгар, сын графа Глостера, – это по сцене, но всё это уже в прошлом. В настоящее время – Корделия, одна из дочерей короля Лира.

- Это как же так? – удивился Петр Сергеевич.

- А вот так. У нас новый режиссер, новая концепция – женские роли должны исполнять только мужчины, мужские – женщины. У нас в театре жизнь не стоит на месте, она бежит и бежит без оглядки!

- Да, весело у вас. Но у нас спокойней!

- Готово! – Матвей Васильевич повертел починенный зонтик, – можно гулять!

- Ребята! Под моим семейным зонтом дождь нам всем не страшен. Пойдёмте все вместе?

И все трое покинули номер.