В отрочестве я полюбил проникновенную касыду великого узбекского (собственно хивинского) поэта Огахи (Агахи), посвященную прелестям чая. Это было новаторство, ведь не счесть восточных стихов, воспевавших вино (впрочем, в поэзии Исламского Востока оно ведь преимущественно духовное)...
А в календаре сообщение о 170-летии сэра Томаса ЛИПТОНА (1850 - 1931), знаменитого чаеторговца, чья фирма стала одним из символов Британской империи. И её пережила! Понятно, что в самой Англии чайных плантаций отродясь не видывали, так что дело Липтона было именно имперским... Тут всякие разные рассеянные мысли стихотворца о сопутствующей чаепитию поэзии и неудавшего историка - о происхождении драгоценного растения. Его генеалогия:все виды чая произошли от трех первоначальных деревьев (кустов). Различное содержание танина, разновидности - на любителя, в том числе, и будоражащие и успокаивающие, целебные. Самый дорогой - "белый". У нас продается за три тысячи долларов килограмм(впрочем, материал легкий, рассыпчатый, и много чаинок в этом килограмме). Однажды в одной компанией богачей-меценатов пил. Не сказал бы, что был потрясен вкусом, но зато восхищен святостью обряда... "Чайная церемония". Что еще из истории? Ну,"Бостонское чаепитие", да,но,это ведь истребительное национал-освободительное мероприятие...История российская.Посольство Ф. Байкова, посланное царем Алексеем Михайловичем в Китай. .Чай "байховый" - отсюда или просто рифмуется? но в аллитерациях не бывает случайностей! Послам было предписано соглашаться на все унизительные церемонии, даже признавать подданство у богдыхана (конечно, обе стороны понимали условность всех смиренных поклонов и челобитий). Всё во имя чая! А вот староверы звали страну, попавшую в антихристовы лапы, "чайной" державой(также и "табашной"). Но процвела Кяхта.Цыбики, чайные кирпичи...Как его только пить? Такой вот гулял стишок:"Раз прислал мне барин чаю /И велел его сварить, /А я отроду не знаю,/ Как проклятый чай варить./ Взял тогда налил водички,/ Всыпал чай я весь в горшок И приправил перцу, луку /Да петрушки корешок. /Долго думал, удивлялся, /Чем же мог не угодить, /А потом-то догадался,/ Что забыл я посолить".Однако и соль тут пригождалась - в быту мещанском и монастырском. "Чай с солью пили чернецы"(Осип Мандельштам). А что ж там в чашках у Перова ("Чаепитие в Мытищах")? Нет, всё же сахарные головы были с напитком этим неразлучны. А самовар,самовар который Эйнштейн назвал гениальным русским изобретением! Помню в детстве дядин серебряный с гравированной дарственной надписью одному статском советнику. Верю некоторым семейным преданиям, что за ним сиживал Г.Е. Распутин. И, пристально вглядываясь в лица,пил из блюдца.
Русские великие чаеторговцы: Перловы, Савиных, Шмелевы, татарский и еврейский капитал.Высоцкие(ну, Ида...- "В тот день всю тебя от гребенок до ног,/ Как трагик в провинции драму ШекспировуКак трагик в провинции/ Носил я с собою и знал назубок,/ Шатался по городу и репетировал". Маяковский декламировал: "...таскал за собой". Приходится признать, усилил)... Цетлины(Амари-Цетлин,поэт и эсер, щедрый меценат и спаситель Бунина). И, конечно, Боткины. Письма из Испании. Магазин с китайскими драконами на Мясницкой. Марья Петровна, вышедшая за Фета. Купленная на приданое Степановка. Далее Воробьевка. Вечерний чай с яблочной пастилой."Вечерние огни"(жить без них нельзя - взять на необитаемый остров!) . А вот Павел Егорович Чехов, в лавке своих "колониальных" товаров торговал спитым чаем.Подросток Антон Павлович, сидевший за прилавком, отпускал пакетики.Прошло много лет и оказался он на Цейлоне, где купил временную жену и пил всласть лучший из возможных чаёв. Тамошняя почва оказалась для китайского избалованного растения самой подходящей.
В молодости мне пришлось побывал на Цейлоне (ныне Шри Ланка). Волшебный остров Серендиб, где некогда встретились изгнанные из рая Адам и Ева (всё же поначалу нужна была подготовка к более суровым климатам) весь в чайных плантациях с ананасовыми оазисами. Чайные кусты всюду только одного сорта, многочисленные сорта продаваемого чая отличаются лишь количеством добавляемого жасмина.Был я и на одной чайной фабрике. Вся техника была там древне-липтоновская. Очаровательные пепельно-смуглые, с кольцами в носиках сингалезские девушки под зорким оком надсмотрщика старательно перебирали цельные хлопья и частицы, прошедшие через множество сит. Советский Союз покупал только дошедшие до последнего сита. Всё же обладание им было гордостью совслужащих и указанием на социальный статус. В цейлонский и более распространенный индийский, ассамский(на пачке был изображен слон, оседланный махаутом) естественно "для запаху" добавлялся краснодарский. А на Цейлоне мои жаждущие соотечественники ночами, под блеском говорливых амазных созвездий меняли свои утюги и кипятильники на сапфиры и липтоновский час. И вот один мелкий эпизод моей жизни: официант в ресторане, наполняя мою чашку, уронил мне на запястье горячую каплю чая(ужасное преступление, за которое должно было последовать немедленное увольнение, но мы, понятно, этот проступок замяли). Тут существенно, что коричневое пятно сохранялось едва ли не несколько часов. Как йод,не сразу отвеивалось.Такова насыщенность настоящего чая!
Натурально в беге лет мне самый разный приходилось попивать чай. В родной Средней Азии, когда товарищ получал ответственную должность, ему говорили: "Теперь свой кабинет получишь, на "Волге" будешь ездить, чай девяносто третий номер будешь пить!". Для людей обыкновенных имелись в продаже сорта с иными номерами... Пил я мужественно и калмыцкий (у близкой подруги-калмычки, моей телепатичной хранительницы и волшебницы) и монгольский чай(в самой Монголии). Чай не только с солью, но, разумеется, и с молоком(подать гостю не забеленный чай - намеренное оскорбление). И с плавающими в чашке кусочками сала и сухого мяса. В общем прельстительное походное блюдо суровых воителей. Заедаемое неотвратимыми комками высушенной молочной пенки...Тут напрашивается обширная повесть о монгольских приключениях. Но, нет, моя нынешняя карантинная словоохотливость иссякает. Однако, я, пожалуй, не обойдусь без собственных стихов. Даже без двух стихотворений.
Ох, трудно в отечественной истории чая обойтись без слова "чифирь" (или "чифир"- в арготическом просторечии).
Михаил СИНЕЛЬНИКОВ
ДЕТСКОЕ ВОСПОМИНАНИЕ
Вдруг оттепель настала,
И речи горячей,
И, словно с пьедестала,
Одобрен труд врачей.
И, помнится, тогда же
В тот город детских лет
Музейные пейзажи
Привёз искусствовед.
Вот клёны и берёзы,
Развешанные в ряд,
Среди туземной прозы
Родителей пьянят.
Карагачи хлопочут,
Ветвями шевеля,
И в бешенстве грохочут
Под ветром тополя.
Клокочет поддувало.
Мы всей семьёю в дом
Вдоль дряхлого дувала
Приезжего ведём.
За водкой и закуской
Оглядчивый вполне
Шёл разговор о русской
Природе и войне.
Загадочны и чётки,
Вдруг озаряли мрак
Слова: «Столбцы» и «Чётки»,
Филонов, Пастернак…
Вот, разговор кончая,
Окончив скромный пир,
Гость вынул цыбик чая
И заварил чифир.
Я вижу, как он варит,
Прощаясь полуспит,
Танцовщицу мне дарит
И зеркальце-магнит.
И времени лавина
Летит ему вослед,
И мчится балерина
На отдалённый свет.
ЧАЙ
А.Ц.
Горчащий чай и зло и круто
Всегда заваривался там
И разносолов, и уюта
Заменой был по вечерам.
Из мглы блужданий и кружений
Я приходил под этот кров,
И счастья не было блаженней
Беспечных этих вечеров.
Ведь, как бальзам больному телу
В его последние года,
Стихи струились не по делу
И в доме реяли всегда.
Но дни толклись, как вихрь чаинок,
И в дуновении поэм
Семейный длился поединок,
Незримый, ведомый не всем.
Усталый взгляд в стакан уставя,
Хозяин чуял, говоря,
Побудку в лагерном Рустави
И резкий привкус чифиря.
И продолжалась в недрах мрака,
Ломая стихотворный звук,
Когда-то виданная драка,
Война домушников и сук.
