K 95-летию Григория Даниловича Журавицкого. Письмо в редакцию

Опубликовано: 18 апреля 2017 г.
Рубрики:

20 января 2017 года умер самый лучший ЧЕЛОВЕК из нашего «Детского садика» для взрослых «Радуга» в Роквилле,   наш учитель английского языка – Григорий Журавицкий. 8 мая 2017 года  мы  - его студенты – собирались отметить его 95-летний юбилей. Про некоторых пожилых людей  говорят: слишком долго живут. Но это нельзя отнести к Григорию Даниловичу. Он ушел из жизни неожиданно для всех  знавших его людей. И это большая утрата. Потому что, сколько бы он ни прожил, он бы не утратил интереса к жизни и приносил бы всем окружающим его людям радость общения. Одна из наших студенток сказала: «Для меня его уроки были не только уроками английского языка, но и жизни».

 В последний год  его жизни я имел счастье познакомиться с его дневниковыми записями, которые он сделал  для  2-х внучек и 3-х правнуков. Григорий давал мне эти записи на русском и английском языках для подготовки публикации в журнале «ЧАЙКА» под названием: «На ПУТИ к рекорду ГИННЕСА» .

 Но прежде, чем я приведу отрывки из этих записей,  – некоторые сведения о его студентах. Средний возраст студентов - далеко за 70 лет (см.фото1,2).    

 К сожалению, на фото 2 нет многих, ставших на 5 лет старше и по разным причинам не посещающих уроки или «Радугу», но появились новые  студенты. 

      Многие из нас – студентов этой группы - уже давно живут в США – более 10 лет. Почти все мы изучали английский язык с разными преподавателями, в том числе и с только англоговорящими.

В процессе подготовки на гражданство большинство из нас, благодаря многим преподавателям (в основном – волонтерам!), хорошо разработанным  американским методикам и методическим пособиям, получили хорошие знания по американской истории и политическому устройству США, а также многие другие сведения, необходимые для сдачи экзамена на гражданство и  элементарные навыки разговорного английского языка.

    Лично я особое чувство благодарности  испытываю к моему первому учителю английкого языка – американке Марте Миллер, которая использовала длч обучения все замечательные американские методики и пособия и, кроме того, немножко знала русский язык. Когда студентам  группы М.Миллер, возраст которых был  в основном за 60 лет, становилось особенно трудно, она помогала нам на «ломаном» русском языке и разрешала нам помогать друг другу по-русски, что другими преподавателями, как правило, запрещалось.

     В настоящее время, после нескольких лет изучения английского языка в группе Григория Даниловича, я убедился, что для пожилых русскоговорящих студентов оптимальной методикой поддержания и совершенствования  знаний английского языка является МЕТОДИКА  нашего преподавателя, oснованная на сравнительном анализе особенностей английского и русского языков.  Изобретение этой методики объясняется, главным образом, тем, что  Григорий Данилович был  уникальной личностью и имел за спиной богатую ИСТОРИЮ изучения иностранных языков.

   

Все начинается с... родителей ! Мне повезло: Григорий Данилович  дал мне почитать «Отрывки из семейной хроники». Наряду с личными данными нашего преподавателя, имеющими отношение к упомянутой выше МЕТОДИКЕ, там в немнoгих строках  дается краткая, но очень точная характеристика нашей эпохи:

«...Я родился в 1922 году.Прошло почти пять лет с тех пор, как революция 1917 года  в России изменила лицо этой огромной страны и создала одну из самых жестоких и кровавых политических систем во всемирной истории. Я далек от мысли сравнивать рождение рядового человека с историческим событием такого масштаба ; просто хочу подчеркнуть,что появиться на свет мне довелось в очень тревожное время и в очень нестабильной стране.                                        

           Мои родители принадлежали к сословию интеллигенции. Кем они были? В 1939 году я заполнял огромную по размеру анкету для поступления в Ленинградское Высшее Военно-Морское Инженерное Училище. Одним из вопросов был: «Род занятий и социальное положение Ваших родителей до и после Великой Октябрьской революции?» На этот вопрос я ответил:

- Мой отец до революции был техником-строителем, после  революции – инженером-строителем. Мать была студенткой, а после революции работает врачом. Почти все это было правдой, за исключением маленького фамильного секрета, который в то время был мне неведом. Папа никогда не был техником, он учился и получил свой инженерный диплом в Швейцариии и работал инженером-строителем в течении 8-9 лет до того, как произошла революция. К этому моменту папа был 34-летним прекрасно образованным человеком. По-видимому, обладал и немалым  жизненным опытом.

Вот почему он, осмотревшись, принял очень неожиданное, но, как оказалось в дальнейшем, предусмотрительное и мудрое решение. Он спрятал (или уничтожил) все документы о своем образовании, устроился на работу на какое-то строительство «десятником», как это тогда называлось, и пошел  сдавать экзамены экстерном в Харьковский Технологический Институт, получив в результате вполне легальный местный инженерный диплом.

     В самом начале советского режима, который, на первых порах,был принят позитивно большей частью еврейского населения России, представители которого активно участвовали в революционном движении, акция, предпринятая моим папой, могла показаться перестраховкой. Однако, как выяснилось позже, это решение почти наверняка спасло его жизнь и благополучие нашей семьи. Когда, спустя немного времени, началась эпоха массовых репрессий, иностранное образование, связанное с длительным пребыванием за рубежом, рассматривалось властями весьма подозрительным и вело к прямому обвинению в шпионской деятельности и измене...

 «...В детстве я перенес два испытания, выпадающих на долю почти каждого еврейского ребенка из обеспеченной семьи. Первое из них – это музыка, а  второе – немецкий язык.

....примерно с четырехлетнего возраста меня отдали к  «фребеличке». Слово это происходит от фамилии немецкого педагога ХIХ века Фребеля, заложившего основы детсадовского воспитания. Из группы нашей, состоявшей из 8-10 дошколят, я никого не помню, но «немку»  Иду Давидовну (мы называли ее «Идеидендовна») небольшого роста и абсолютно рыжую – помню отчетливо... Она казалась нам глубокой старухой. Нам было категорически запрещено, под страхом наказания, не только говорить по-русски, но даже произносить одно единственное  русское слово. Кроме того, она сразу же начала учить нас читать и писать двумя немецкими шрифтами – латинским и готическим.

Мы ставили небольшие сентиментально-слюнтявые «спектакли» – минут на 7-10 на немецком языке, слушали чтение вслух, играли в разные игры. Думаю, что она была квалифицированным педагогом. Ко времени поступления в школу я болтал и писал по-немецки совершенно свободно. С 1930 г., когда я поступил в школу (сразу во 2-ой класс), и до 1934 г., когда мы переехали в Киев, к нам домой  два раза в неделю приходила учительница немецкого языка.

Помню, что плату за ее труды мой дедушка всегда вручал ей в конверте. Кроме того, в качестве подарка выдавалась буханка хлеба (она приносила с собой специальный полотняный мешочек). Этот штрих показывает, как жила Украина в начале 30-х годов. Свой школьный завтрак – большую белую булку с чайной колбасой и сыром я раздавал своим одноклассникам. Бытовала даже специальная форма просьбы: «дай куснуть». Бабушка  была очень довольна, что в школе у меня проявлялся такой хороший аппетит. То, что я редко прикасался к этому завтраку – была моя маленькая тайна. Немецкий язык я забыл за полной ненадобностью. Но совершенно уверен, что, если бы судьба  (что уже мало вероятно) забросила меня на жительство в германоязычную страну, я значительно быстрее стал свободно общаться на немецком языке, чем делаю это сейчас на выученном в зрелом возрасте английском.

Первую серьезную практику в разговорном английском  Григорий Данилович получил в условиях военного времени, в 1944 г. в общении с английскими и американскими моряками в Мурманске, куда приплывали  конвои с  очень важными грузами в помощь Советскому Союзу из США и Англии. (см. фото 3).

Из  многих   подробностей жизни Григория Даниловича, которыми он  делился с нами на уроках и которые иногда были для нас интереснее, чем основной изучаемый материал английского языка, отмечу несколько:

 После окончания своей  карьеры военного инженера в звании капитана первого ранга и перехода на заслуженную в течение нелегких лет службы «военную» пенсию, у него появилась необходимость  поправить здоровье.

Свой большой интерес  к изучению английского языка  Григорий Данилович смог  удовлетворить, когда появилось  для этого время: в промежутке между военной службой и преподавательской работой в  Ленинградском Высшем Военно-морском Инженерном Училище (сейчас оно, наверняка, называется Университетом). 

Именно опыт преподавания непростых технических предметов в Училище объясняет исключительную систематизацию и методичность  всех уроков  Григория Даниловича. Казалось бы, его знания английского языка и опыт его преподавания уже в США  помогли бы ему проводить занятия с нами экспромтом. Но на каждом уроке чувствовалась подготовка именно к этому уроку, а на самом уроке - гибкая обратная связь  со  всеми студентами. И опять же, постоянное обновление своих и наших знаний. На российском ТВ появилась серия передач Дмитрия Петрова из 16 видеоуроков. И сразу же мы не только просмотрели все уроки в нашем классе, но и получили исчерпывающие комментарии Григория Даниловича к ним, ответы на все наши вопросы и дополнительные таблицы, составленные им для  расширения методики Петрова.

В мае 2017 года нашему учителю исполнилось бы 95 лет!

Мы сохраним о Вас память, дорогой Григорий Данилович!!!

Виктор Трембицкий,

постоянный читатель журнала ЧАЙКА, Роквилл, Большой Вашингтон