Наши нравы: встреча с вечностью

Опубликовано: 23 сентября 2016 г.
Рубрики:


 Високосный год начался невесело. За одну неделю двое похорон. Усопшие Л. и С. ко мне не имели прямого отношения, хотя я знал обоих довольно неплохо. Они жили в доме на 8-й программе, известном всей русской общине кентуккийского Луисвилла. Почти у каждого там отцы-матери, дедушки-бабушки-прабабушки, тетушки-дяди и просто знакомые.

 «Тауэр» – 14-этажный проджект на 150 квартир. Две трети жильцов - из бывшего Советского Союза. Люди немолодые, и поэтому смерть в стенах «Тауэра» привычная гостья. Большинство наших – евреи. Типичная последняя дорога лежит через еврейский похоронный дом Herman Meyer&Son на еврейское кладбище города Temple Cemetery. Пик эмиграции пришелся на начало 1990-х годов и за двадцать пять лет на Temple Cemetery образовался «русский минипогост». На надгробиях знакомые лица и фамилии.

 Отпевание в похоронном доме. Усопший в открытом гробу на подиуме. В ожидании церемонии идет обмен новостями с давно не виденными знакомыми. Казенная, по бумажке, речь ребе. Молитва на английском и идиш, посадка в машины, и кладбище. Заранее вырытая могила с бетонным каркасом, короткое прощание, спуск гроба, все. Встреча с вечностью.

 Похороны не располагают к суетным страстям, но меня в который раз заводит вид моих соплеменников. Не только евреев, в равной степени русских, украинцев, армян. Не понимаю, где я. То ли на вечернем моционе, то ли на шопинге в магазине? Большинство провожающих кто в чем попало – рубашки-безрукавки, майки с рисунками, цветные блузки, джинсы, стоптанные кроссовки. Один даже в домашних байковых штанах с пузырями на коленях. На входе в похоронном доме лежат кипы, но в них всего несколько человек. Остальные - в разномастных головных уборах. От простонародных кепок до богемных беретов.

 У нас на все особый взгляд. В том числе, в чем идти на похороны. Одни – что я буду выпендриваться? Покойнику все равно, как я выгляжу. Другие – Америка не зациклена на условностях. Что хочу, то надену, слава Богу, живем в свободном обществе.

 Действительно, за последние десятилетия американский дресс-код значительно упростился. Еще полвека назад было немыслимо пойти в гости, ресторан, на свидание или концерт без туфелек и выходного платья для женщин, костюма, галстука и начищенных штиблет для мужчин. Сегодня кроссовки, джинсы и майки – одинаково для мужчин и женщин – годятся на все случаи жизни. Точнее, на многие. При всей демократичности современного американского дресс-кода в ряде случаев сохранились «допотопные» ограничения, кои нам не указ. В этом ряду похороны.

 Ритуал похорон, пожалуй, самый консервативный из обрядов. За минувший век в нем мало что поменялось. На всякий случай, заглянем в катехизис современного похоронного этикета (есть и такой!) от мирового законодателя моды Ралфа Лорена. В нем подробно расписано, в чем приходить и как вести себя на похоронах.

 За небольшими нюансами, требования одинаковы для любых похорон в рамках западной культуры. Будь то американские, еврейские, русские, итальянские или грузинские похороны. Цвет одежды, однозначно, черный. Равно для женщин, мужчин и детей. Женский дресс-код. Черное платье, юбка с блузкой, ни в коем случае мини. На крайний случай, брючный костюм. Платья и блузки без глубоких вырезов. Не возбраняются черная шляпка, вуаль или головной платок. Обязательны темные чулки или колготки. Абсолютный запрет на спортивную обувь и босоножки. Туфли желательны на устойчивых каблуках, на шпильках неудобно и небезопасно ходить по кладбищу. Минимум драгоценностей, украшений, неяркий макияж и маникюр.

 Дресс-код мужчин проще. Черный костюм, черные туфли, черные носки, светлая однотонная рубашка с длинным рукавом, темный галстук. Небольшая современная вольность. Вместо пиджака можно надеть черный джемпер или блузу. Мальчики должны выглядеть примерно, как папы. Девочки, как мамы, за минусом всего, что касается взрослых женщин.

 Общее требование для всех. Пришедший на похороны обязан оставаться на втором плане, ни в коем случае не привлекать к себе внимание. Помнить особенность события, его печальную подоплеку. Развязное поведение, громкая речь, шутки, смех, похлопывания совершенно неуместны в церкви (синагоге), похоронном доме, на кладбище и поминках. Тем паче, не приплясывать, как Джордж Буш-младший.

 Как видим, в этих правилах ничего нового и невыполнимого. Достаточно минимума такта, культуры, воспитанности и понимания, что хорошо и что плохо. Увы. А ведь добрая половина пришедших проститься с Л. люди с хорошим образованием. Теоретически вполне могут считаться интеллигентами. Но - унылая банальность – образование еще не эквивалент внутренней культуры. Перевешивают мятые джинсы и грязные кроссовки – знак неуважения и равнодушия к покойному и его близким.

 Как общее понятие смерть ординарна, никто ее не минует. Смерть отдельного человека – уникальное событие. Это ли не повод сделать над собой небольшое усилие - одеться не в привычное и удобное, а приемлемое для данной ситуации?

 Если у кого иное мнение, надо приобщаться к веселой похоронной культуре Аппалачей или Нового Орлеана. Жители Аппалачей могут запросто прийти на похороны в комбинезонах, камуфляже и соломенных шляпах, а после погребения бросать через плечо в толпу кладбищенские букеты цветов. Кто поймает, тот первый на очереди. Не правда ли, «смешно»? В Нью-Орлеане еще веселее – похороны под синкопы джаз-бэндов.

 Никто не останется на этом свете. Когда пробьет мой час, я бы предпочел, чтобы на мои похороны, пришли, как положено, «по старинке». Пусть это будут два-три человека, мне достаточно. Бестактных и равнодушных прошу не беспокоить.