Необходимость и случайность

Опубликовано: 8 июля 2005 г.
Рубрики:

“Случайность есть форма проявления необходимости”
Философский словарь

Марка была чертовски хороша. Просто чертовски. Да, некоторые зубчики были кривыми, а между девятым и десятым справа был заметен грубый надрыв, как будто и здесь приложила руку эта свинья Александер, но что вы хотите от марки времён президента Гарфильда!.. Таких красавиц было всего-то шесть в мире, поэтому Ричард Андерсон по-джокондовски улыбнулся и бережно закрыл свой любимый альбом, вложил его в папку, папку — в пахнущий свежим полиэтиленом пакет, а пакет — в сейф.

Мультимиллионер Ричард Андерсон, единственный владелец страховой компании “LADENT”, объединяющей лучших адвокатов и дантистов Восточного побережья, каждое утро начинал исключительно с просмотра марок. Марки — это, пожалуй, единственное, на что тратил деньги сын женщины, девизом которой были слова “Богат не тот, кто много зарабатывает, а тот, кто мало тратит!” Впрочем, родной брат Ричарда Бадди Андерсон этому правилу не следовал: он зарабатывал миллионы и тут же их просаживал на яхты, ловлю акул на Карибах и девятнадцатилетних потаскушек. Они и сгубили беднягу: от того, от чего помер Бадди, в шестьдесят лет помирать просто неприлично…

Ричард был педантичен и скуп. Любое дело он просчитывал с точностью до цента. Он мог скупить все автомобили Америки, но ездил на “Короллах”: они никогда не ломались, они питались цыплячьими порциями бензина, они позволяли лавировать даже в самых невыносимых пробках, они были милы и неприхотливы. Ричард во второй раз за это утро улыбнулся от мысли, что все его женщины и машины до боли похожи. Единственным исключением была его первая жена Ирэна. Да, “Хаммеры” никогда не были близки ему.

Усевшись за руль, Ричард мягко закрыл дверцу. Именно “закрыл”, а не “захлопнул”: было приложено ровно то усилие, которое необходимо для того, чтобы она закрылась, но замок и не подумал расшататься. В ту же секунду нос Ричарда уловил мерзкий запах табака. “Свинья Александер!..” — пронеслось в сознании богатого дядюшки. Прошло уже десять месяцев и две недели, а запах всё не хотел улетучиваться, героически выдерживая атаки любых шампуней и дезодорантов. Александер тратил все деньги на подружку Патрисию и компьютеры, разбрасывал окурки по всей планете, забывал закрывать тюбики с зубной пастой, выдавливая её на щётку на полдюйма больше, чем достаточно. Кроме того, он не мыл руки ни перед едой, ни после еды, он захлопывал дверцу автомобиля с силой, чрезмерной даже для армейского грузовика. Ричард тихо ненавидел племянника и иногда был готов убить его первым попавшимся предметом, но не мог нарушить обещания, данного умирающему Бадди, и поэтому терпел его мерзкие запахи, окурки и немытые руки раз или два в год. Иных плохих мыслей в голове Ричарда не водилось. Он был неплохим парнем, которого, пожалуй, даже любили соседи, и который был великим мастером своего дела. Да, он иногда психовал, впадал в истерику, грубо орал — секунд десять или двадцать — на подчинённых и грязно матерился на негодяев, медленно едущих по левой полосе хайвэя. Поверьте, это не самые страшные человеческие недостатки!.. Однако сочетание педантизма и истеричности сделало Ричарда не только невыносимым в быту, но и одиноким. И даже уборщица Мария, приходящая к Ричарду ежедневно с трёх-пятнадцати до четырёх-пятнадцати, старалась выполнять свою работу как можно незаметнее: Ричард Андерсон был, пожалуй, единственным во всей округе, кто не знал о её визовых проблемах…

“Дай бог мне зелёных светофоров и лёгкого трафика!” — подумал Ричард. И неспроста: в последнее время Его Величество Случай как будто испытывал терпение Андерсона, включая красный свет в самое неподходящее время. Но Ричард был несклонен верить во всякую чертовщину. “Королла” зажурчала и потекла по Роквилл Пайк. Ричард нежно поворачивал руль и ловко протискивался между медлительными “Мерседесами”, “Лексусами”, “Линкольнами”, спортивными “БМВ” и “Феррари”. Ричард не понимал людей, покупающих дорогие автомобили и ездящих со скоростью 45 миль в час при ограничении в 55; он считал их дешёвыми пижонами, и только отправляясь на ответственные переговоры, он брал напрокат лимузины, яхты и самолёты

Зелёный глаз светофора, казалось, лишь на секунду дал поработать жёлтому коллеге и тут же сменился красным. “Гады! — подумал Ричард, — Неужели трудно понять, что такой режим опасен…” Он выстоял три или четыре минуты и надавил на правую педаль любимой женщины, но тут же был вынужден осчастливить и левую: буквально через сотню ярдов вспыхнул другой мерзкий красный сигнал. “Вот же твари… Если так всё пойдёт и дальше, то я не успею в офис до десяти, и мистер Картер подумает, что я необязательный партнёр… Ну почему он горит так долго?..” Светофор откровенно издевался и позволил потоку машин рвануть вперёд только тогда, когда полностью насладился его бессилием. “Королла” фыркнула, но была вынуждена снова затормозить перед красным садистом на Такерман Роуд. На лбу Ричарда выступили капельки пота. Он никогда не опаздывал — ни разу в этой жизни. А светофор продолжал играть в японский флаг. “Damn!.. Я сегодня не смог проехать нормально ни одного светофора. Так не бывает. Неужели Бог не хочет, чтобы я встретился с мистером Картером?..” “Королла” зарычала и снова проехала едва ли с четверть мили, будучи вероломно остановленной очередным красным палачом на Пукс Хилл Роуд…

Прoшло два часа. Ричард был вне себя. Светофоры продолжали своё издевательство, и он не смог внятно объяснить раздражённому мистеру Картеру, звонившему из офиса компании “LADENT”, почему не может приехать к установленному времени. “Королла” ревела, Ричард жёстко давил на педали. Он ненавидел красный цвет больше, чем Александера…

22 августа 2003 г., 11:23 a.m. На углу Висконсин и Массачусетс Авеню произошло лобовое столкновение автомобиля “Тойота Королла” серебристого цвета с контейнером “BFI”.

22 августа 2003 г., 11:27 a. m. Врачи скорой помощи зафиксировали смерть Ричарда Саймона Андерсона от многочисленных черепно-мозговых травм.

22 августа 2003 г., 11:29 a.m. 22-летняя брюнетка Патрисия Руст прошептала “Всё, я отключаюсь…”, после чего захлопнула крышечку своего мобильного телефона и поехала по Массачусетс Авеню в сторону центра Вашингтона.

24 августа 2003 г., 12:30 p. m. В Вильямсбурге, штат Вирджиния, состоялась скромная панихида и похороны Ричарда Саймона Андерсона.

1 сентября 2003 г., 4:20 p.m. В офисе адвокатской конторы “Ллойд энд Фостер” в права наследования движимого и недвижимого имущества, банковских счетов и ценных бумаг на общую сумму 783 миллиона 212 тысяч 850 долларов, в качестве единственного наследника, вступил Александер Абрахам Бокс, скромный программист Вашингтонского Департамента управления светофорами.