Вторая любовь

Опубликовано: 16 июня 2013 г.
Рубрики:
Галя училась на класс старше — в девятом, Алексей — в восьмом. «Дистанция огромного размера», — как сказал бы Александр Сергеевич, но не Пушкин, конечно, а Грибоедов, которого герои этого рассказа к тому времени в школе «прошли».

Ну а первая любовь случилась с Алексеем год назад и случилась тоже, конечно, в школе. Он влюбился в старшеклассницу Софу. В те уже далекие времена на льду блистала чемпионка мира по конькам Софья Кондакова, Алексею это совпадение нравилось, оно как бы усиливало его чувства к «собственной» Софье.

Все бы ничего, да как-то влюбленному передали, что Она (да, именно так, с большой буквы — для школьника Алеши, по крайней мере) над ним смеется. Любовь как ножом отрезало — стало быть, она была ненастоящая. Влюбленность не совместима с унижением, истинная любовь — еще как совместима!..

Второе чувство затронуло Лешу куда глубже первого — так, по крайней мере, ему казалось. Галя была хороша собой — похожа на знаменитую американскую киноактрису, фото которой появилось на обложке только-только начавшего тогда появляться в Москве журнала «Америка». Это — во-первых. А во-вторых... Она играла в школьной баскетбольной команде, Алексей ходил на все ее игры. Галя быстро перемещалась по площадке, он следил глазами только за ней, точнее, не за ее лицом, а за тугими, притягательными бедрами.

Женские игровые трусы тогда не были похожи, как теперь, на мужские, то есть были намного короче и обнажали бедра, что называется, под корень. От нагрузки они чуть-чуть розовели, Лешкина голова шла кругом...

Его безответная любовь вместе с ним «перешла» в следующий класс, приблизив тем самым неизбежную развязку. Галя училась теперь в серь­езном, выпускном, классе школы, Алексей болтался каким-то жалким девятиклассником. Но продолжал страдать, звонил Гале по тыще раз на дню. Однажды трубку взяла матушка Галины. Алексей попросил к телефону Галю, но та в ответ попросила позвать отца, да-да, его, Лешиного отца. Тот был почему-то дома (возможно, это было воскресенье).

Вернемся, однако, к нашим героям. Но прежде поведаем читателю о выволочке, устроенной отцом Алексея после разговора с матушкой его возлюбленной. То была даже не выволочка, а наставление:

— Сынок, ну если девушка тебя отвергает, прояви гордость, наберись сил и уйди!

Но сил-то у Алексея — не было...

Наконец, многое объяснилось: Лешина любовь сама была в кого-то безнадежно влюблена. Алексей узнал, в кого: это был довольно известный в городе малый по кличке Кеша. Будучи еще тринадцатилетним подростком, он случайно застрелил из отцовского пистолета своего друга и соседа по дому Витю. Дело тогда замяли — это удалось отцу Кеши, полковнику Советской Армии. Ни сын его не понес никакого наказания за убийство, пусть и случайное, ни сам полковник — за небрежное хранение огнестрельного оружия.

Чувствуя безвыходность ситуации, Алексей пошел на отчаянный шаг: позвонил Гале и спросил, знает ли она о темном прошлом Кеши.

— Знаю, — резко ответила Галя и бросила трубку.

Алексей понимал, что его вопрос Гале был подловатым, если не сказать — подлым. Но удержаться от того звонка не мог...

Только потом, повзрослев, Алексей понял, что, возможно, темное прошлое Кеши еще больше притягивало к нему Галю. «Слава страшный для женщин магнит...» — что правда, то правда. Но и слава со знаком минус почему-то притягивает лучшую половину человечества. Что толкает девушек к переписке с отпетыми уголовниками, сидящими в тюрьмах и лагерях? К переписке — ладно, к стремлению немалого числа из них выйти за сидельцев замуж! Причем несмотря на срок, который возлюбленному предстоит отсидеть, а ей — дожидаться... По телевизору показывали шокировавшую многих необычную свадьбу в лагерной церкви: фата, жених в новом, топорно сидящем на нем (с непривычки!) костюме, обручальные кольца и поцелуи. Только сидеть жениху оставалось всего ничего — тринадцать лет! Жених-муж, видно, совершил тяжкое преступление — тринадцать лет дают и за убийство, конечно, без отягчающих обстоятельств.

Новоиспеченная жена казалась не просто легкомысленной, но и чуть-чуть, да простят меня читатели, с тараканами в голове...

...Галя и Кеша поженились, Алексей тем временем окончил школу, поступил и благополучно окончил институт. Жил он недалеко от Проф­союзной улицы, которую и переходил в тот день на одном из бойких перекрестков. Вдруг из бокового, шоферского, окна одной из машин (то были вишневые «Жигули» — уж это Алексей запомнил надолго) его окликнули по имени.

— Привет, Галина! — удивленно и подчеркнуто доброжелательно отозвался Алексей. — Может, остановишься? — и он рукой показал, где надо остановиться после красного светофора. Галя кивнула головой.

Она была второй раз замужем, и опять — неудачно. Муж был серьезно болен, надежды — никакой, в семье росла дочка. У Алексея тоже что-то не ладилось в семье, это и определило их дальнейшие отношения.

Оказалось, они жили неподалеку друг от друга: он — на «Академической», она — на «Калужской». Но на метро на свои свидания они не добирались — верой и правдой им в этих довольно частых и бурных встречах служил ее «Жигуль». Итак, о месте встречи заботился Алексей, Галина — об их быстрой и скрытой от посторонних глаз доставке.

Все кончилось неожиданно и именно тогда, когда Алексей этим долетевшим из далекого прошлого романом стал тяготиться. Сидевшая за рулем Галя, полуобернувшись к нему, спросила:

— А что, если нам пожениться? Твои родители не будут возражать?

Алексей ничего не ответил, но больше они никогда не виделись...