Зачем нужна культура? Может, и не нужна она? И пусть дети в школе изучают математику, химию и компьютерное дело. А литература, история, языки, музыка, рисование – это так, ерунда, бесполезное баловство.
Хорошо, тогда зачем человек?
Однажды, много лет назад, – дело было в Италии, - измучив себя «хайямовскими вопросами», я написала крупными буквами на чистом листе: «Мы не знаем, зачем мы. Но однажды, в конце или в какой-то точке пути должны это узнать. К этой развилке род человеческий должен прийти в человеческом виде, не стать зверем или машиной, сохранить все лучшее, взятое от предков. Значит, нужно правильно растить детей. Значит, нужна культура, нужны искусство и литература».
И действительно, культура для людей – как некая защита в противоборстве с обстоятельствами.
Иногда напрямую. Помню, я готовила с московскими старшеклассниками вечер античной поэзии. И потом мама одной моей ученицы мне говорила: «Марина, когда ей плохо, запирается в ванной. И оттуда я слышу: «Сердце, сердце, грозным строем стали беды пред тобой. Ободрись – и встреть их грудью – и ударим на врагов». Это она читала стихи Архилоха (Пер. Вересаева), поэта YII века д. н. э., едва ли не современника Гомера.
Оказавшись за границей, где нет стен, которые помогают, ощущаешь помощь родной культуры и родного языка.
Да, среди американцев сегодня нет того интереса к русскому языку, что был, скажем, в начале Перестройки, славянские факультеты университетов пустеют, но зато наблюдается другое явление, весьма примечательное.
Если раньше русские стремились ассимилироваться, поскорее уйти от своего, стать настоящими американцами и сделать таковыми своих чад, то ныне ситуация поменялась.
Эмигранты из России, уже пустившие корни в Америке и обустроившиеся здесь, теперь болезненно воспринимают потерю их детьми и внуками русского языка и русской культуры. В нашем Бостоне целая россыпь школ, студий, частных учителей, ведущих занятия на русском языке для «подрастающего поколения». К их услугам: рисование и лепка, математика и история, кукольный и драматический театр, народный танец, опера, балет. Когда мне сегодня говорят, что жизнь русской культуры на американской земле прекратится весьма скоро, ибо третья эмиграция (то есть те, кто приехал в конце 1970-х - начале 1980-х) доживает свои дни, я отвечаю: «Не верю».
И киваю на молодых. Тех, кто идет на смену.
В прошлое воскресенье побывала я на очередном Отчетном концерте Литературно-театральной студии Нины Гольдмахер, вот уже 19 лет существующей в Ньютоне (Большой Бостон).
В первый раз я была на Отчетном концерте студийцев в самом начале 2000-х. Здорово было уже тогда, но ухо улавливало американский акцент выступающих. Сейчас – разве что украинский, возникший от общения с «предками». Это значит, что русский в семье востребован.
Большая часть студийцев родилась уже в Америке. Но на занятиях у Нины они читают - страшно сказать – «Войну и мир», а также ее любимую «Анну Каренину». А ведь не всякий учитель российской школы возьмется сегодня за толстовское «многопудье». Что до поэзии – тут и Пушкин, и Блок, и Цветаева, и Набоков...
В студии несколько возрастных групп от 9 до 18 лет. Они приходят сюда, как правило, зная русский язык, уже умея читать. На недавнем Отчетном концерте я узнала нескольких своих воспитанников, с четырех лет обучавшихся у меня в школе «Колокольчик» чтению и письму.
Когда-то в московской Пушкинской школе возле Бауманского метро в конце года устраивались поэтические праздники – читались стихи, ставились инсценировки по пушкинским вещам. Это было незабываемо, духоподъемно.
Потом, как я слышала, все сошло на нет, праздники прекратились.
И вот здесь, на американской земле, эта традиция продолжилась. Только звучит уже не один Пушкин, а весь спектр русской поэзии.
Нина называет себя перфекционисткой, и это справедливо. Ее воспитанники читают сложные многозначные стихи Пастернака, Мандельштама, того же Пушкина, и видно, что им внятен их смысл, что с ними проработано каждое слово, каждое ударение, выверена каждая интонация. И еще видно, что стихи им нравятся и они хотят поделиться ими со слушателями. Ей-богу, в этом есть что-то от сказки. Р-раз - и ты уже не в Бостоне, а в московской Пушкинской школе на поэтическом празднике...
А театр! В этом году на Отчете впервые были показаны сцены из «Бориса Годунова» и из «Дяди Вани».
А сколько на этой сцене уже было поставлено «Голых королей» и «Снежных королев», отрывков из «Дней Турбиных», «Ревизора», чеховских рассказов и водевилей... Год назад моя бывшая «четырехлетка» выступала у Нины в роли Татьяны и так проникновенно сумела объясниться с Онегиным, что слезы были на глазах не только у меня. Представляете, каково почувствовать себя Татьяной или Донной Анной! Это же потом с тобой через всю жизнь пройдет...
Говоря о театре, нельзя не сказать о незаменимом Нинином помощнике, готовящем инсценировки к Отчетным концертам, - режиссере Мише Редько. Скаламбурю: он редкий талант.
Посмотрите его «Дорогую собаку» по Чехову! Сколько выдумки, юмора и изящества в его постановке!
Вот мне прислали ту же «Собаку», поставленную молодым Товстоноговым. А играют молодые Лебедев и Басилашвили. Хорошо играют, реалистично: два пьяных человека и одна реальная беленькая собачка, мирно сидящая подле стола.
У Миши Редько по-другому. Главный персонаж у него - собака. И как понятны все оттенки ее настроения, при том, что роль эта бессловесная. Молодчина юная актриса! Там где надо, режиссер Редько Чехова подправил.
У Антоши Чехонте (в год написания «Собаки» ему всего 25, еще не издана первая книга) рассказ кончается тем, что хозяин собирается отдать Милку живодерам. Ужас!!! Нет, Миша не мог оставить такую концовку. Вы посмотрите, как изящно он выруливает из ситуации, не меняя авторского текста!
А еще я открою тайну. Когда владелец Милки берет аккорд на гитаре, это Миша берет этот аккорд на другой гитаре, сидя на своем законном месте возле сцены. Делает он это так аккуратно, что и не поймешь, откуда исходит звук. Оба мальчика в этой миниатюре играют превосходно.
Да, вот что еще: все актеры «Собаки» родились в Америке.
Аня Бисикало, читающая стихотворение Цветаевой, приехала сюда с Украины в 4 года.
Где-то я написала, что в Америке продолжается глохнущее в метрополии дело русской культуры. Сказка? Но уж очень реальная.
Пожелаем Нине Гольдмахер и Мише Редько, а также их питомцам новых сил и нового вдохновения!
Стихотворение Марины Цветаевой читает Аня Бисикало
Инсценировка по рассказу Чехова "Дорогая собака"
Поручик Дубов - Миша Ганкин, Кнапс - Денис Пилипенко, собака - Аня Кляйн Сворминк
***
26 июня Михаилу Ходорковскому исполнилось 50 лет.
С днем рожденья, Михаил Борисович!
Ждем Вас на воле!!!
