Аутизм — наказание или дар?

Опубликовано: 16 марта 2012 г.
Рубрики:

Нестандартные люди

Среди рождающихся последние десятилетия детей по непонятной причине все больше становится аутистов. Не исключено, однако, что этот загадочный недуг, так до конца еще и непознанный, просто научились наконец дифференцировать, отделив его от таких психических заболеваний, как слабоумие, дегенератизм и шизофрения, и дав самостоятельное название. («Аутизм» означает «погружение в себя», от греческого Autos — сам).

Во многих странах, включая Россию, до сих пор не признают такого диагноза, предпочитая заменять его словом «шизофрения». Поскольку именно в Соединенных Штатах начали уделять данной проблеме повышенное внимание — в ученом мире, в медицинских учреждениях и в прессе — то сложилось ошибочное впечатление, что аутизм — явление, характерное в первую очередь для американских детей, что это едва ли не болезнь века, самая распространенная в Америке, о которой написаны уже тонны статей. Детским аутизмом озабочены родители, учителя и врачи. Его боятся и перед ним благоговеют. Парадокс! Так что же это за явление такое?

Можно сказать сразу, что ответа на этот вопрос пока толком не знает никто. Но каждый стремится высказать свое мнение. Иметь ребенка-аутиста для родителей сущее наказание. Из-за полной его некоммуникабельности и неспособности себя обслужить это круглосуточная проблема в доме, требующая удесятеренного внимания взрослых.

Ведь если его вовремя не покормить, он может и умереть с голода, так и не поняв, что хочет есть (или напротив, может есть безостановочно). И даже если перед ним поставить еду, он ее не заметит, пока ему не подскажут, не подтолкнут. От полной внешней инертности аутист может впадать в другую крайность, становясь вдруг раздражительным и агрессивным до несносности.

Считается, что количество рождающихся аутистов начало резко возрастать, начиная с 1980-х. Любопытная параллель — примерно на то же время приходится появление в нашей среде детей индиго. Как представляется, между ними существует прямая связь. Но если дети индиго в своем внешнем проявлении мало чем отличаются от обычных детей, то аутисты — это как бы другая раса (или подраса), не сумевшая адаптироваться в социуме.

Считается, что отличительные особенности аутиста, помимо упомянутых выше — повторяющееся поведение (явления «параноидной симптоматики» — психического автоматизма, зацикленности на каком-либо предмете, явлении, идее, движении), задержка в развитии, ограниченность или отсутствие интересов и нежелание идти на контакт с окружающими.

«Аутизм — болезненное состояние психики; уход индивида от контактов, потеря способности к пониманию окружающей действительности и ориентация на мир собственных переживаний», — можно прочесть в специальной литературе.

Это неправда, что аутист теряет способности к пониманию окружающей действительности. Он ее чувствует и понимает гораздо лучше и глубже любого из нас. А вот чего он действительно не в состоянии понять, так это поступки и мысли другого человека, что и рождает в нем зачастую неконтролируемый, почти панический страх. Поэтому аутисты, как правило, стараются избегать встречи с незнакомыми людьми. Дефицит социального взаимодействия происходит не по их воле, а вопреки ей.

Аутист жаждет контакта и привязанностей, но природа наистраннейшим образом отгородила его от внешнего мира непреодолимым барьером. Он, словно в изолированной капсуле, сидит в своем теле, все видит, все слышит, все понимает и чувствует, но не имеет возможности выбраться из этой капсулы наружу, вступить с окружающим миром в контакт.

Немая, неумелая, 
От мира за стеной.
Зовется аутизмом
Недуг проклятый мой,

— написала 8-летняя Соня Шаталова, стопроцентный аутист с ярко выраженными симптомами, неспособная членораздельно выговорить ни единого слова. Она сама не вспомнит, что ей нужно поесть. Для того, чтобы она взяла в руки ложку, ручку или карандаш — ее нужно стимулировать извне (в частности — касанием ладошки). И тогда маленькая неуклюжая, дебильного вида девочка начинает выводить удивительные слова, от которых мороз бежит по коже:

 

Мне страшно. Голова гудит.
Там мечутся слова и просятся уйти.
Но рот мой на замке,
А ключ к замку в мозгу —
И как его достать?
Ну помогите ж мне!
А вдруг их люди не поймут?
Сквозь рот мой проходя,
Изменятся слова, и мир не примет,
Оттолкнет, а вместе с ними — и меня?
Как жить? Мне страшно. Голова гудит.

 

Ученые склонны считать, что аутизм возникает из-за патологии и нарушений головного мозга. Однако однозначного мнения на этот счет не существует. Аутизм не только не лечится, но и механизмы, его вызывающие, остаются пока загадкой. Я не ставила перед собой задачи углубляться в медицинские аспекты данной проблемы — о них можно говорить много и долго, но это скучно. Скажу только, что ответа на то, что такое аутизм, ищут специалисты разных областей — от генетиков и психиатров до оккультистов. Последнее совсем неудивительно, поскольку, с одной стороны, это недуг, а с другой — дар, причем непостижимый, таинственный, почти мистический...

Не посылает ли нам провидение целую армию савантов-аутистов (синдром саванта, савантизм — проявление у человека экстраординарных способностей в одной или нескольких узких областях, об этом  в  следующем номере журнала — ред.) со взглядом, обращенным прочь от заблудшего человечества — вглубь себя, в бескрайние просторы неведомого, чтобы отыскать там утерянные нами ориентиры? «Череп — маленькая костяная коробка, в скелете, в которой заключена Вселенная», — написала Соня Шаталова в те же 8 лет.

 

Аутизм и гениальность

 

Те, кто близко сталкиваются с такими детьми, как Соня, начинают осознавать, что аутизм — не болезнь, а особое, альтернативное состояние бытия индивида. Более того — он теснейшим образом связан с понятием гениальность. Американские генетики даже сумели опытным путем обнаружить и выделить у одаренных людей некий особый ген, названный ими «ген гениальности», который, как правило, сопровождается «геном шизофрении».

По результатам исследований европейских и американских ученых, процент гениев и высокоодаренных людей среди аутистов равен примерно 20-ти, а среди, так сказать, нормальных людей не превышает 0,001. Так кого же из этих двух групп следует поставить в авангард человечества?

Есть саванты-аутисты (частичные, что ли), у которых отсутствуют внешние аномалии (в поведении, движениях, речевых дефектах), выражаясь в основном в особом складе ума, в супервозможностях мозга, в первую очередь — в уникальной способности скоростной обработки информации и глубине проникновения в суть вещей. Им свойственно зацикливание на чем-то одном (так необходимое для настоящего прорыва в науке) — до полного разрешения поставленной перед собой задачи.

Считается, что в той или иной степени аутистами были Ньютон, Эйнштейн, Дарвин, Больцман, Планк, Менделеев, Карно, Эренфест, Шредингер и многие другие гении и вундеркинды. Всем им были свойственны зацикленность на какой-либо конкретной идее или предмете, странности поведения до неадекватности, неумение контактировать с людьми и обеспечивать себя средствами к существованию. У некоторых из них (у Ньютона, в частности) были проблемы с речью.

Соня Шаталова, которой сегодня уже 18, самостоятельно научившись в раннем возрасте выражать себя через перо и бумагу, приоткрыла нам — всем людям в целом, уникальный внутренний мир ребенка-аутиста. Она с детства обладает абсолютной грамотностью, фотографической памятью и непостижимыми познаниями о мире.

Один священнослужитель, приехавший в «Лагерь реабилитации инвалидов детства» со своим больным ребенком и познакомившийся там с 10-летней Соней, написал: «В лагере я встретил детей, производящиx впечатление идиотов (в буквальном смысле), и среди них — маленькую невзрачную девочку Соню, которая не может сказать ни слова. И это не речевая проблема, а психологическая. Когда к ней обращаешься, кажется, что она и не слышит и не слушает, да и не способна слушать. Она отключена. В быту беспомощна как двухлетний ребенок, не способна на самую простую ручную работу (полить из лейки цветы), может часами монотонно ходить по кругу. И вдруг оказывается, что за такой завесой у Сони глубокий внутренний мир и внутренняя речь».

Принято считать, что аутисты лишены привязанностей и эмоций, что варясь как бы в собственном соку, они не замечают ничего вокруг, не способны ни любить, ни восторгаться чем-либо, ни тем более ценить красоту. Соня полностью опровергает это заблуждение.

Каждый год в ее классе, на литературном кружке учитель просил учеников дать афоризмы-определения различным понятиям. Вот лишь некоторые из тех, что написала эта «отключенная от внешнего мира» девочка в возрасте от 8 до 10 лет:

Книга — вещь, в которой можно сохранить знания и чувства людей во времени, способ разговора с многими людьми сквозь время.

Лошадь — большое, тёплое, четырёхкопытное счастье.

Птица — воплощённая мысль Бога о песне и полёте.

Собака — лающее воплощение верности и покорности.

Бабочка — главная примета летнего счастья.

Ветер — воздух, который не любит покоя.

Ураган — сошедший с ума ветер.

Грех — короста на душе, отделяющая человека от Бога.

Детство — восход судьбы в человеческой жизни.

Душа — это пустота в человеке, которую он заполняет Богом или Сатаной.

Жизнь — дуновение щедрости Божией на сотворённую Им природу.

Знакомство — встреча разных пониманий мира, или даже разных миров.

Мудрость — мера между «мало» и «много».

Музей — консервы времени.

Музыка — песня Бога в восприятии человека, гармоничное сочетание звуков и эмоций.

Мысль — самая мощная после любви сила в мире.

Наука — познание, основанное на сомнении. Система познания, в которой нет места вере.

Спираль — застывшая в танце прямая.

Судьба — это жёсткие событийные границы жизни отдельного человека.

Ухо — ловушка для звуков у живых существ.

Фантазия — ткань для украшения существования души.

Человек — такое живое существо, у которого есть разум, речь, умелые руки и способность решать, как всё это использовать.

 

Клиническая смерть

 

Практически сразу после появления на свет, еще в роддоме, новорожденная (подчеркиваю) Соня пережила клиническую смерть. А когда научилась через письмо выражать свои мысли, описала во всех подробностях все, что с ней произошло. Сначала она испытывала страшную боль во всем теле. «Говорят, что младенцы не понимают, где у них руки-ноги-внутренности. Зря говорят. Когда больно, всё очень понятно». Потом она увидела черную дыру и услышала «звук, как большой колокол».

«Наконец я отодралась от тела и пролетела через дыру. Я была под потолком. И вся боль, и колокол, и дыра исчезли».

«Мне было никак. Я видела сразу всё во все стороны и через стенки и пол и сзади. И ещё лучи как нити цветные бледные, они были как густая сеть в пространстве. Внизу в ящиках на колёсах лежали дети. Подо мной лежал ребёнок с жёлтой головой, запеленатый. Из головы торчала иголка с трубочкой. Я поняла, что это моё тело, и удивилась какая я маленькая. И мне было спокойно, а по ощущениям никак.

Я подумала, где мама, и увидела ее. Она стояла в коридоре, далеко, за многими стенками и разговаривала с тётей. Мама была такая родная, и я захотела к ней. Я позвала маму, но у меня не было никакого голоса. И я захотела приблизиться к маме, но не смогла, потому что появилось световое пятно. Оно было из розово-серебряного света, радостное, тёплое, глубокое. Оно было в воздухе надо мной и стало меня притягивать. Я поняла, что если я пойду в это пятно, то попаду к Иисусу, но тогда я не буду с мамой. А я хотела к Иисусу и хотела к маме, и не знала, что хочу сильней. Я опять громко позвала маму, и она услышала. У меня изо рта вылетел зелёный лучик и долетел до мамы, и у мамы в ответ из груди вышел розовый луч. Он долетел до меня и попал мне в сердце. И в сердце стало тепло и радостно. А потом луч стал меня мягко, плавно опускать на моё тело, и снова звук послышался, как мелкие колокольчики. А мы с моим телом уже были в другой комнате, и тело положили в стеклянный ящик, и совали в рот трубку, и в голове и в руке и под шеей иголки, и провода вокруг тела. И я опустилась на себя и вдруг оказалась внутри, и оказалось, что я могу дышать. Боль появилась снова, но уже не такая сильная, а розовый мамин луч меня держал, и это — счастье».

Мне многое довелось прочесть и услышать о людях, переживших клиническую смерть. Но чтобы новорожденный ребенок так же чувствовал, как взрослый, да еще и сохранил память бестелесного опыта! Такое может говорить лишь об одном — что душа наша не имеет возраста, что само понятие возраста присуще лишь нашему телу.

окончание