Амрика : O любви к угнетенному палестинскому народу

Опубликовано: 1 ноября 2009 г.
Рубрики:

Среди прогрессивного человечества нынче развилась большая любовь к угнетенному палестинскому народу. Расторопные кинематографисты держат ухо востро и удовлетворяют возросший спрос на эту тему.

Чериен Дабис родилась в 1976 году в Америке, в семье палестинцев. В 2007 году она сделала короткометражку "Загадай желание". Ее героиня, бедная палестинская девочка, хочет купить себе торт ко дню рождения. Но на самый дорогой у нее не хватает денег, а подешевле она не желает. Тогда ее сестра притворяется слепой, а сообразительная девочка просит у добрых людей денег ей "на операцию". Я этой картины не видела и судить о ней не могу. Возможно, некоторые предвзятые зрители сказали бы, что психология так называемого палестинского народа здесь передана точно — попрошайничество и игра на мнимых страданиях. Но автор, разумеется, такой неблаговидной цели себе не ставила, и вообще не стоит гадать о том, чего мы не видели, а надо описывать то, что видели.

Действие фильма "Амрика" (так по-арабски называется Америка) начинается в Вифлееме, где живет Муна, героиня фильма, с подростком-сыном Фади и с матерью. Муна — миловидная, полная женщина, работает в банке, имеет машину. Но муж ушел от нее к более миловидной и менее полной сопернице, что заставляет Муну страдать. Она также страдает оттого, что ей приходится каждый день проезжать мимо израильского пункта проверки. Там хмурый солдат причиняет ей мучения: требует остановиться и открыть багажник. К тому же, израильтяне выстроили стену, чтобы заставить арабов страдать еще сильнее, и теперь дорога с работы домой занимает у Муны гораздо больше времени. И с мамой, довольно сварливой старушкой, она постоянно ссорится. Так что, когда приходит извещение, что ей дали американскую гринкарту (о давно поданном ею заявлении она совершенно забыла), то приходится ехать в нежеланную и не нужную ей Амрику. Правда, у зрителя может возникнуть вопрос — зачем тогда было подавать заявление, но не будем задавать таких некорректных вопросов. Кроме того, мы узнаем, что в Амрике уже двадцать лет живет сестра Муны с семьей. Видимо, она тоже уехала туда против своей воли, от ужасных притеснений Израиля.

Когда Муна с сыном прилетает в США, то здесь возникает сцена, пользующаяся у прогрессивных зрителей большим успехом. Думаю, что автор ею очень гордится. Чиновник, проверяющий паспорт Муны, спрашивает про ее occupation. Как известно, это слово имеет два значения: "профессия" и "оккупация". Американец хочет знать ее профессию. Но английский у Муны не на высоте, и она с готовностью объясняет, что да, конечно, они уже сорок лет живут под оккупацией. Зрители от души смеются. Вот как поддела Израиль, хоть и нечаянно!

Сестра Муны замужем за врачом, и их семья живет в прекрасном, просторном доме. Они поселяют родственницу у себя. Правда, и здесь не избежать притеснений. Некоторые пациенты врача его покидают. Может быть, дело в его квалификации? Но такой невероятной мысли автор даже не допускает. Нет, все дело в страшной несправедливости. Недавно, 11 сентября, случилась небольшая неувязка. Кто-то там что-то взорвал. И теперь к арабам в жестокой Амрике относятся плохо. А они, между прочим, как торопливо пробарматывает сестра Муны в кругу семьи, даже не мусульмане: "Там мы были меньшинством, и здесь мы меньшинство". Значит, христиане. Но случившегося не осуждают и вообще на эту тему не говорят. Пусть там кто хочет делает что хочет с этой Амрикой. Это не их страна.

В школе у Фади плохие белые мальчишки смеются над его именем и грубо шутят — мол, "ты нас тут не взорви". От таких издевательств бедное дитя примыкает к здоровым силам общества — к симпатичному афроамериканцу, который спит с его двоюродной сестрой и ненавидит белых мальчишек. Он быстро обучает Фади курить травку, одеваться как член банды и ведет его ночью прокалывать шины у машин белых.

Муна, тем временем, тоже разочаровывается в Амрике. Ее не берут на работу в банке. Приходится идти работать в ресторан "фаст-фуд" и скрывать это от семьи. Отвратительные мальчишки издеваются и над ней и наносят ей физическое повреждение: смахивают на пол банку с пепси, отчего Муна падает, поскользнувшись, и сильно ушибается.

Муна звонит маме в Палестину, и мы слышим, как старушка требует, чтобы американский президент "слез с нашей шеи" (это, значит, Буш начал войну в Ираке, и простые палестинцы воспринимают ее как войну против них).

Но все кончается замечательно. Когда Фади арестуют за прокалывание шин, на его защиту встает хороший директор школы. Он одинокий польский еврей, и чары полной миловидной Муны не оставляют его равнодушным. Директор выручает Фади из полиции, а затем палестинская семья, пригласив и директора, направляется в арабский ресторан. Здесь они отдыхают душой, танцуя под родную музыку и питаясь родной пищей. На этой оптимистической ноте фильм и заканчивается. В Амрике, оказывается, можно устроить свою маленькую Палестину. А там, Бог даст, и большую.

Все это сделано вполне профессионально, играют хорошо, смотреть не скучно. Презрительно-снисходительное отношение к принявшей арабов стране спрятано в подтекст. Если этот ловко сбалансированный, но отчетливый подтекст неприязни к Америке не отвратит вас от фильма, то вы получите удовольствие, как получили его многие. В Каннах фильму дали премию прессы ФИПРЕССИ, в Чикаго — как лучшему фильму, а на фестивале Сандэнс фильм был номинирован на Гран-при. Политика, конечно же, не имеет к этим наградам ни малейшего отношения.

 

Amreeka
Art houses

Сценарист и режиссер Чериен Дабис

 

***

 


***** — замечательный фильм
**** — хороший фильм
*** — так себе
** — плохой фильм
* — кошмарный