Союз пера с плащом и шпагой

Опубликовано: 1 августа 2009 г.
Рубрики:

Спецслужбы самых различных государств в прошлом (впрочем, сегодня — тоже) основную массу оперативной информации получали от своей секретной агентуры, внедренной в самые разные слои общества не только за кордоном, но и в собственной стране. Такими агентами становились аристократы и простолюдины, монахи и ясновидящие, офицеры и солдаты. Нередко вербовщикам удавалось привлечь в агентуру и служителей муз: писателей, поэтов, актеров. Наиболее известным из них и посвящен очерк.


Великому французскому писателю Вольтеру было 27 лет, когда он предложил свои услуги в качестве секретного агента премьер-министру Франции кардиналу Дюбуа. Это предложение было передано через Соломона Леви, шпиона, который также был литератором. Тогда Вольтеру кардинал не ответил. О предложении вспомнил только во время войны "за испанское наследство" и поручил ему собрать сведения о вооруженных силах антифранцузской коалиции. Судя по весьма значительному вознаграждению, Вольтер с заданием справился блестяще. Он доставил в Версаль не только исчерпывающие данные о военном потенциале противника, но и целую папку конфиденциальных документов, раскрывающих стратегические планы коалиции.

Автор бессмертных комедий "Женитьба Фигаро" и "Севильский Цирюльник" Бомарше родовое имя имел вполне мещанское — Пьер Огюстен Карон. Однако под другим именем — шевалье де Ронак, он весьма успешно служил тайным агентом французского короля. В числе проведенных им секретных операций было изъятие и ликвидация "Тайных мемуаров публичной женщины". Эту книгу написал некий Тевено де Моранд. В ней вполне откровенно описаны амурные похождения любовницы Людовика XV мадам Дюбарри. Тевено де Моранд увез любовницу короля в Лондон и шантажировал французского короля возможностью опубликования. Однако хитроумный Бомарше сумел предотвратить скандал. Он просто выкрал и уничтожил рукопись.

Ситуация повторилась при Людовике XVI, который был весьма озабочен памфлетом на королеву Марию-Антуанету, изданным в Лондоне. Бомарше сумел выудить у англичан весь тираж и сжег его.

Однако наибольшего успеха в своей тайной деятельности великий драматург достиг в конце XVIII века, добывая секреты британской короны, которые касались войны с восставшими американскими колониями. Он же наладил поставку колонистам оружия и боеприпасов.

Во времена Великой французской революции Бомарше проявил поразительную изворотливость, чтобы избежать ножа гильотины. Он служил секретным агентом ее многочисленным лидерам, которые поочередно отправлялись под этот нож.

Было бы, однако, ошибкой думать, что родоначальниками использования литераторов в качестве шпионов были французы... Крупнейший английский поэт и драматург XVI века Кристофер Марло еще в бытность студентом Кембриджа стал агентом шефа елизаветинской разведки, сэра Френсиса Уолсингема. В XVII столетии весьма заслуженным организатором шпионских акций за рубежом был известный мастер сатирической поэзии Мэтью Прайор.

В то же время другой англичанин, еще более известный писатель Джонатан Свифт, в попытках разбогатеть стал на путь откровенного предательства интересов родины. По собственной инициативе он вступил в контакт с французской разведслужбой, весьма заинтересованной в государственных секретах англичан, так как шла война "за испанское наследство". Пользуясь связями с высшими сановниками британской короны, Свифт добывал эти секреты и переправлял их французам. По данным современных историков, создатель Гулливера нанес ущерб Великобритании, который по сегодняшним меркам составил бы более трех миллионов фунтов стерлингов. Предательство Джонатана Свифта не было своевременно раскрыто, но и вознаграждения за него он так и не получил и умер в нищете.

Многие известные писатели, родившиеся в XIX веке, также стали шпионами. По-видимому, некоторые из них считали разведку своеобразным подсобным ремеслом, способствующим успешному литературному труду. Например, штатные и нештатные сотрудники английской спецслужбы, известной под именем СИС (SIS — Secrete Intelligence Service). В их числе — Сомерсет Моэм, Конан-Дойль и даже два лауреата Нобелевской премии — Джон Голсуорси и Герберт Уэллс.

Артур Конан-Дойль в годы Первой мировой войны проявил себя как знаток германских вооружений и методов его боевого применения. Его аналитические выкладки и прогнозы внимательно изучались шефами СИС и отражались в их докладах военно-политическому руководству Великобритании.

Голсуорси, Уэллс и Моэм нацеливались британской разведкой на изучение военно-стратегической ситуации в странах Антанты и в России. Сомерсет Моэм был зачислен в разведку в 1915 году и как ее офицер работал в Италии, Швейцарии и Соединенных Штатах. Он вполне прилично владел русским языком, был признанным писателем. Это позволило направить его в Россию, где он, под предлогом сбора материалов для новой книги, собирал закрытые сведения военно-политического характера и отправлял их в Лондон дипломатической почтой. Но когда к власти пришли большевики, чекисты бесцеремонно дали понять писателю, что знают о подлинных целях его деятельности, и ему пришлось покинуть Россию.

Гораздо приветливее встретили в Москве великого фантаста Герберта Уэллса. Ему предоставили относительную свободу передвижения, он смог встретиться с большевистскими лидерами и с самим Лениным. Если судить по написанной Уэллсом книге "Россия во мгле", то его представления о ситуации в стране и ее кремлевском руководстве сочетают в себе тонкую наблюдательность и детскую наивность. Между тем, сравнительно недавно были рассекречены доклады Уэллса, направленные им в Лондон из Москвы. В них его оценки гораздо ближе к реальности, и, судя по всему, именно они оказали определенное влияние на некоторые политические решения британского кабинета.

Однако самый, наверное, крупный успех выпал на долю известного английского писателя Бернарда Ньюмена, который сумел внедриться в разведотдел ставки германского главнокомандования. Он работал под руководством начальника этой спецслужбы, знаменитого полковника Вальтера Николаи и дослужился до чина гауптмана (капитана). Регулярно отправляя донесения и краденые документы в Лондон, Ньюмен, тем не менее, получил Железный крест из рук самого кайзера Вильгельма. Кстати, эти его подвиги послужили материалом для известнейшего романа "Шпион".

Ньюмен — не единственный писатель, использовавший собственный опыт для создания книг по шпионской тематике. После Второй мировой войны их было много. Среди них одним из самых известных стал создатель Агента 007, сотрудник СИС Ян Флеминг. Он, кстати, был опытным профессиональным разведчиком, которого Лондон командировал в США, чтобы помочь генералу Уильяму Доновану сформировать первые американские спецподразделения в годы Второй мировой войны.

Профессиональными разведчиками были также авторы известных "шпионских" романов Грэм Грин, Артур Кестлер и Ле Карре. По признанию последнего, в агентурной деятельности его привлекали риск, работа в экстремальных условиях, возможность непосредственного участия в таинственных событиях, встречи с людьми неординарными, которых он потом изображал в своих книгах.

Крупнейший американский писатель Эрнест Хемингуэй в годы Второй мировой вел активную контрразведывательную деятельность. Делал он это, не будучи сотрудником спецслужб, по собственной инициативе, побуждаемый ненавистью к нацизму. До 1944 года писатель жил на Кубе и в 1942 году обратился к американскому послу в Гаване Спруиллу Брэдену с предложением создать на острове эффективную контрразведывательную сеть. Получив "добро", он на собственные деньги завербовал около 20 агентов, которые собирали сведения о германских шпионах и их радиомаяках, наводивших немецкие субмарины на караваны американцев. Хемингуэй полученные сведения анализировал и наиболее достоверные передавал послу.

Спруилл Брэден докладывал в Вашингтон: "Вклад Хемингуэя в борьбу с немцами настолько серьезен, что я настоятельно рекомендую наградить его". В мае 1944 года писатель вылетел в Лондон. Он участвовал в боевых действиях на континенте, возглавляя одну из войсковых разведгрупп во время наступления на Париж. Добровольная агентурная и контрразведывательная служба будущего Нобелевского лауреата была отмечена американским правительством военной медалью "Бронзовая звезда" — третьей по значимости боевой наградой США.

Показательно, что во времена сталинской диктатуры чекистам не удалось завербовать в свои ряды ни одного известного писателя, хотя такие попытки предпринимались неоднократно. Тем не менее, по крайней мере, о двух выдающихся членах шпионского ордена, которые после службы взялись за перо, следует здесь рассказать. Начну с Зои Воскресенской, известной детской писательницы, в книгах которой нет и намека на шпионскую тематику. А ведь прежде, чем стать на литературную стезю, она более 25 лет была профессиональной шпионкой. Под псевдонимами Рыбкина, Ярцева и другими, Зоя работала во внешней разведке госбезопасности. Она была нелегальной "агентессой" в довоенной Риге, в Харбине, резидентом в Финляндии и Швеции, дослужилась до полковничьего звания и возглавляла отдел в КГБ! Казалось бы, есть о чем писать, кроме историй для школьников среднего возраста... Но только после смерти Зои (впрочем, Зоей ли ее звали на самом деле?) увидела свет ее книга "Теперь я могу сказать всю правду", в которой она поведала о своей секретной деятельности. Но это произошло уже после крушения коммунистического режима.

Кстати, после смены власти в России вышло в свет немало книг, написанных былыми шпионами и руководителями спецслужб. Среди них, пожалуй, первое место занимает "Разведка и Кремль" матерого мастера шпионско-диверсионных дел Павла Судоплатова. Плодовитыми авторами оказались бывший глава зарубежной разведки КГБ, генерал Юрий Дроздов, написавший книги "Нужная работа", "Вымысел исключен", "Разведчик особого назначения". Полковник внешней разведки Михаил Любимов выпустил в свет сборник "Шпионы, которых я люблю и ненавижу", роман "И ад следовал за ним" и др. Но особого рассказа достоин один из талантливейших советских нелегалов, человек совершенно фантастической судьбы, проявивший выдающиеся способности и в шпионаже, и в литературной деятельности.

...Осенью 1953 года в комитете по культурным связям с зарубежными странами появился новый сотрудник Иосиф Ромуальдович Григулевич1, который производил несколько странное впечатление хотя бы тем, что, особенно вначале, говорил по-русски с весьма заметным акцентом. Зато на многих европейских языках, особенно по-испански и по-итальянски изъяснялся великолепно, как истинный испанец или итальянец.

Вскоре стал он научным сотрудником в институте этнографии Академии наук, ведущим специалистом по Испании и Латинской Америке, защитил кандидатскую, затем и докторскую диссертации. Он написал более 50 монографий по своему предмету, в том числе, такие фундаментальные, как "История инквизиции", "Крест и меч. Католическая церковь в испанской Америке", "Боги в тропиках. Религиозные культы Антильских островов". Под псевдонимом Лаврецкий опубликовал в серии ЖЗЛ книги "Боливар", "Эрнесто Че Гевара", " Сальвадор Альенде" и другие — всего около 20-ти книг.

В 1971 году Иосиф Григулевич был избран членом-корреспондентом Академии Наук СССР. Позже баллотировался в действительные члены, но не прошел. Был он весьма неординарным ученым, поражал невероятной эрудицией в самых неожиданных вопросах, железной выдержкой и какой-то абсолютной готовностью к самым казалось бы невозможным делам. И еще... все приходили в восторг от его супруги Лауры, поразительной красоты и обаяния мексиканки, каких в московском обществе и не видывали. И никто не мог понять, где мог отыскать московский академик эту экзотическую красавицу. Да и вообще — где жил, кем был ученый до своего появления в Москве осенью 1953 года?

А жил он тогда в столице Италии, городе Риме, с октября 1951 года занимая пост чрезвычайного и полномочного посла южно-американской республики Коста-Рика в Италии и (по совместительству) в Югославии. Пользовался немалым авторитетом в дипломатических кругах и в Ватикане, где сам Папа наградил его Мальтийским крестом кавалерского класса. Однако звался он тогда иначе — его превосходительство синьор Теодоро Кастро.

Но осенью 1953 года, после казни Берия, началась перетряска кадров его ведомства, в том числе — и нелегальных. И костариканскому послу в Риме приказали немедленно прибыть в Москву. Где его немедленно же изгнали из закордонной разведки. Хорошо еще не посадили, как многих других. Вот так и стал синьор Теодоро Кастро — он же Иосиф Григулевич — вполне штатским человеком и устроился на работу в комитет по культурным связям с зарубежьем. Наверное потому, что почти всю жизнь провел там. Из них, последних 23 года — как нелегальный разведчик.

А родился Иосиф весной 1913 года в Вильно, в семье караима, работавшего провизором. Что касается караимов, то это этнические евреи, в 13 веке отколовшиеся от традиционного иудаизма и с тех пор свято соблюдавшие свою его версию: соблюдение канонов Торы, но отрицание Талмуда. В 19 лет Иосиф становится коммунистом, воюет в Испании в интернациональной бригаде. После этого его завербовывают в агенты внешней разведки НКВД, он получает назначение в Южную Америку. Иосиф действует в Мексике, во время Второй мировой войны организовывает диверсионную группу в Аргентине. Его люди закладывали бомбы в корабли, которые шли с грузом для немцев, и они взрывались в открытом море.

Потом он становится гражданином Коста-Рики, участвует в государственном перевороте, и новые руководители банановой республики направляют его в Италию. Такова, вкратце, одиссея этого поистине необычного человека — выдающегося разведчика, ставшего крупным писателем и ученым.

В заключение нельзя пройти мимо литературной деятельности одного из крупнейших диверсантов советской эпохи Юрия Антоновича Колесникова. Между тем, родился он в семье болградского портного Товия Гольдштейна в марте 1922 года и по рождению он Иона. Болград был заштатным городком Бессарабии, в нём Иона окончил школу и лицей, работал автомехаником и грузчиком. Но в шестнадцать лет он был завербован агентом НКВД, а в 1940 году, после прихода Красной Армии, служил в органах легально.

Колесников — один из эффективнейших диверсантов Великой Отечественной войны, командир партизанского полка, разведчик-нелегал в послевоенное время, действовавший, кстати, и в Израиле. Неоднократно представлен был к званию Героя Советского Союза, как понимаете — без последствий. Выйдя в отставку, стал известным писателем, чьи книги печатались миллионными тиражами, переведены на английский, испанский, немецкий и ряд других языков... И, наконец, по представлению Союза писателей России в 1995 году ему было присвоено звание Героя России за подвиги, которые по значимости своей, пожалуй, не имеют аналогов в истории Великой отечественной.


    1 Прекрасный очерк о Григулевиче был напечатан в 2001 году в "Чайке": Виталий Рапопорт "Григулевич и другие", №14 (16 ноября 2001 г.)