Как и зачем учат в школе подростков

Опубликовано: 1 апреля 2009 г.
Рубрики:

В 2006 году 35-летний французский писатель и критик Франсуа Бегодо опубликовал книгу "В одних стенах". В ней он описал, как в течение года был школьным учителем французского языка и литературы в одном из пригородов Парижа. Режиссер Канте поставил по этой книге фильм. Бегодо играет в ней как бы сам себя — учителя по фамилии Марен. Все действие происходит в классе. Детей взяли сниматься не тех, которые описаны в книге, а других. Но это тоже ученики такой же школы. Канте удалось добиться того, что фильм (в американском прокате он называется "Класс") смотрится как документальный — хотя на самом деле он художественный.

Фильм пользуется бешеным успехом у критики (на сайте "Гнилые помидоры" 96 процентов рецензий положительные). На фестивале в Каннах он получил высшую награду — Золотую Пальмовую Ветвь. Председателем жюри был ультралевый американский актер Шонн Пенн.

Поскольку у меня картина не вызвала восторга, я попробовала разобраться, почему я не вижу ее достоинств, очевидных для множества рецензентов. И стала читать эти самые положительные отзывы. Прочла 9 рецензий.

Выяснилось, что все их авторы хвалят фильм за одно и то же — за его правдивость. С этим трудно не согласиться. Действительно, Канте провел тщательный отбор актеров-детей, много с ними репетировал и добился от них совершенно естественного поведения. В книге Бегодо, очевидно, рассказано то, что было на самом деле, да к тому же он играет самого себя — значит, и тут нет никакой фальши. Нам очень подробно, на протяжении более чем 2 часов, показывают, что происходит в классе, где преподает мсье Марен, в учительской и на заседании школьного совета.

Внимание авторов сосредоточено на нескольких учениках — арабах, а также чернокожих из Мали и с Карибских островов. Создается впечатление, что их в классе большинство, хотя это не так. Их возраст — лет по 13-14. Заняты они только тем, что придираются к учителю и задают ему вопросы. Правда ли, что учитель гомосексуалист? Зачем он заставляет их учить спряжения глаголов — ведь такие формы никто не употребляет. Почему в грамматических примерах учитель использует западные имена, а не арабские?

Зачем эти подростки вообще ходят в школу, непонятно. Возможно, без посещения школы их семьям не выдают бесплатные талоны на продукты. Учитель, конечно, заставляет их читать "Дневник Анны Франк". Дневник несчастной девушки давно превратился в "прогрессивных" школах Запада в нечто вроде "Как закалялась сталь" Н.Островского. Им это неинтересно и, скорее всего, непонятно. Писать им задают собственные "автопортреты" — еще одна идиотская выдумка "передовой" мультикультуралистской педагогики. Считается, что детям — этим носителям мудрости угнетенных классов — гораздо полезнее безграмотно описывать собственную жизнь, чем знакомиться с мировой классикой и думать над ней. (Мы это уже проходили в Советском Союзе, когда из малограмотных рабочих пытались наскоком сделать "новых пролетарских писателей". Попытка с треском провалилась, но уроки истории никого не интересуют). Когда коллега г-на Марена, преподающий историю, говорит Марену, что начинает проходить с его классом эпоху Просвещения, и предлагает учителю почитать с подростками "Кандида" Вольтера, тот отказывается.

Собственно сюжет заключается в том, что ученик Сулейман из Мали из-за какой-то мелочи вступает в открытое противоборство с учителем, и оно выливается в безобразную драку прямо в классе, причем Сулейман кричит учителю, что тот ему мстит. Если учесть, что раньше именно Сулейман выспрашивал (тоже в классе) у мсье Марена, не гей ли он (что мне кажется вполне возможным), то месть не исключается. Дело Сулеймана разбирают на педсовете. В совет входят две ученицы из класса. Они развязно болтают, громко хихикают, входят и выходят во время заседания. Неудивительно, что потом мсье Марен на уроке срывается и говорит, что они вели себя, как потаскушки (по-французски petasses, по-английски перевели как skanks). На этой почве тоже возникает скандал, но учителя не выгоняют. Сулеймана наказывают — переводят в другую школу, что, на мой взгляд, является наказанием для другой школы. В финале одна чернокожая девочка честно говорит, что ничему не выучилась за год. Команда школьников увлеченно играет в футбол с командой учителей.

В одной из хвалебных рецензий написано: "Класс — место, где вызревают и проблемы, и решения, это источник и катастроф, и обещаний, надежды и отчаяния, теплоты и враждебности". В фильме есть "ясность, сочувствие и суровый реализм". Но ведь так можно громоздить слова на слова до бесконечности, ничего, в сущности, не говоря. Беда фильма, как мне кажется, в том, что и он сделан по тому же принципу. Правда, я не читала книгу — может быть, там это по-другому. Но авторы фильма ни горячи, ни холодны. Они показывают — и только. Мол, вот вам то, а вот вам это. Причем проблемы просматриваются ясно, а решений не видно никаких.

Мсье Марен, если задуматься, учитель тусклый и равнодушный. Настоящий педагог в фильме только один. Тот молодой учитель, что приходит с урока в учительскую в полном отчаянии, и кричит, что ученики — тупицы, болваны, животные. Учителя взирают на него в ужасе — так себя вести не положено. Парня выводят подышать свежим воздухом. А ведь он в отчаянии от того, что хочет научить! Хочет! И не может!

Почти во всех прочитанных мною "положительных" рецензиях все-таки есть эмоциональные оценки увиденного на экране. Они там рассыпаны, как зерна. И все эти эмоции отнюдь не радостные. Рецензенты отмечают следующее: Учителю некогда учить, он тратит время на поддержание хоть какой-то дисциплины. В классе царит хаос, учеба — это исключение, а не правило. Показана тщетность всей деятельности учителя. Введение учеников в педсовет абсурдно. Так же, как и вызов в школу родителей, которые не понимают французского языка. Некоторые ученики — маленькие чудовища. Хотели бы вы, чтобы ваш ребенок учился в таком классе? Вряд ли. А ведь по-настоящему страшно и горько, что наши дети уже в таких именно классах и учатся.

Значит, кинокритик испытал чувства страха и горечи. Но в фильме эти чувства, на мой взгляд, отсутствуют.

А в жизни наступил кризис западной системы образования (по крайней мере, в так называемых общественных школах). В Америке об этом пишут, но нудно винят нехватку денег и плохих учителей. Никто не хочет — боятся — сказать вслух правду. Она состоит в том, что произвольно, в угоду левой идеологии, разрушена система отношений между учителем и учениками. Введено равноправие, смерти подобное. Авторитет учителя уничтожен. Учитель без авторитета, без власти научить ничему не может, сколько бы компьютеров ни покупали и как бы громко этот учитель ни пел на уроке частушки в стиле рэп, пытаясь заинтересовать подопечных своей алгеброй. Та же левая идеология подорвала и уважение к западной цивилизации, понимание ее значения. Прогрессивная педагогика объясняет ученикам, что Колумб — всего-навсего преступник, а Шекспир — представитель культуры "мертвых белых мужчин". Я надеялась, что в "Классе" обо всем этом будет сказано — не впрямую, не словами, а средствами киноискусства. Этого, по-моему, не произошло. Это равнодушная картина, заигрывающая с наводнившими Европу иммигрантами.


КЛАСС
Entre Les Murs

Art houses
Режиссер Лоран Канте

***


    ***** — замечательный фильм
    **** — хороший фильм
    *** — так себе
    ** — плохой фильм
    * — кошмарный