Посвящение. Oтдельные главы из книги

Опубликовано: 16 августа 2007 г.
Рубрики:

Продолжение. Начало в № 6 [89]., Продолжение в № 7 [90]., Продолжение в № 8 [91]. , Продолжение в № 9 [92]., Продолжение в № 10 [93]., Продолжение в № 11 [94]., Продолжение в № 12 [95]. , Продолжение в № 13 [96]. , Продолжение в № 14 [97]., Продолжение в № 15 [98].

Следующей моей задачей было приобретение умения хранить молчание. Я снова и снова терпела здесь неудачу, не умея оказать достаточного сопротивления побуждению к общению, которое заложено в душе каждого человека. Я училась держать это побуждение под постоянным самонаблюдением и контролем. Постепенно я выработала привычку внутренне прослушивать то, что собираюсь сказать, и молчать, кроме тех случаев, когда мне действительно есть что сказать. Я научилась распознавать в себе два существа: личное «эго», которое часто склонно к бесконтрольной болтовне, просто ради общения и привлечения внимания к своей персоне, и лежащую в основе моего сознания высшую сущность, которая сдерживает мое личное «я», указывая ему, когда и что говорить и делать. Очень важно слушать эти призывы и подчиняться им; просто слышать их недостаточно.

 

Има продолжал руководить моими занятиями и упражнениями в концентрации, давая объяснения. Вот эти объяснения:

«При концентрации человек проходит три ее фазы: интеллектуальную, эмоциональную и духовную.

На первой ступени вы направляете мысли на объект концентрации и ищете подходящее определение, которое ясно и полно выражает этот объект. Работа интеллекта на этом кончается, ибо думание — это мост между названием и знанием. Зная, вам не надо думать, как Богу, который всеведущ. Думать надо только для расширения знания.

Затем идет вторая фаза концентрации, когда происходит переход от размышления к ощущению. Ваше сознание проецирует наружу через нервную систему все признаки объекта, отпечатывая их на ваших органах чувств. Вы ощущаете каждым нервом, каждой каплей крови ваш объект.

Третья фаза — это духовная концентрация. Ваше сознание становится идентичным с объектом концентрации. Вы больше не думаете о нем, не ощущаете, вы — он! Мы называем это состоянием существования. Все ваши мысли, слова, поступки становятся проявлениями объекта вашей концентрации. В первых двух фазах вы отделены от объекта, в третьей — сливаетесь с ним. Ваше тело, конечно, не превращается в объект, но в своем сознании вы переживаете это состояние. Представьте, что вы сидите на берегу реки и концентрируетесь на воде. Сначала вы размышляете, что такое вода, думаете о ее составе, температуре, цвете и всех других свойствах, пока интеллект не исчерпает всего, что можно знать о воде. Потом вы входите в реку и непосредственно ощущаете воду, чувствуете ее температуру, плещетесь в ней, поднимая рябь. Это вторая фаза. При полной же концентрации наступает момент, когда вы уже не осознаете своей отделенности от воды, вы уже — не человеческое тело, — вы сами стали водой. Здесь вы уже ничего не думаете о воде и не ощущаете ее. Это — состояние сущности, третья фаза концентрации.

Посмотрите на людей вокруг. Они постоянно говорят о любви и добре, расточая сладкие улыбки и стараясь всячески показать окружающим, что они «любящие» и «хорошие». Но это только снаружи, это только маски, а когда доходит до дела, они обнаруживают свою эгоистичность, потому что они сами — суть эгоистичность. Другие же, ничего не говоря о добре и никогда не думая о том, что они хотят быть «добрыми», говорят и поступают так, что проявляют во всем добродетель, потому что они сами суть добродетель. Человек не думает о том, чем он является, и не чувствует этого; он просто есть то, что он есть! И ему не нужно говорить об этом, ибо все, что он думает, говорит и делает есть выражение того, чем он является, есть проявление его собственной сущности.

Самая трудная задача — концентрация на самом себе! Сначала — размышление о теле, потом — ощущение себя и, наконец, вы должны стать тем, что вы есть!

Так как ты стала сознательной здесь, на земле, ты должна была раньше покинуть свое истинное «я» и войти в свой ум и чувства. Но пока ты способна только думать о себе и чувствовать себя, ты никогда не сможешь быть самой собой. Понаблюдай за людьми — они не то, чем являются на самом деле. Они отождествляют себя с мыслями, чувствами и ролями, которые играют здесь, на земле. Они «выпали» из своих истинных «я» и стали притворщиками, людьми, живущими в воображаемом мире. Только в глазах очень маленьких детей можно увидеть свет истинного «я». Когда пробуждается интеллект, ребенок начинает отождествлять себя с внешней личностью, все более удаляясь от своей истинной божественной сущности. А личность — только маска, сквозь которую истинное «я», великое и невидимое, смотрит на мир. Личность — не более чем инструмент для проявления этой сущности. Но люди так привязываются к своим маскам, что уже не могут от них освободиться. Истинное «я» — король и хозяин, а личность — только его слуга. Но сыновья людей отбросили свое истинное «я» и, спустившись с трона, отождествили себя со своими масками, личностями. Они сделали короля из слуги и отделились от своей истинной сущности. Они изгнали свое высшее «я» в ссылку, бессознательное. Это разделение вызвал интеллект, а с помощью упражнений в концентрации и усилий стать сознающим этот же интеллект может превратиться в инструмент для ликвидации этого разделения и возвращения назад, к нашему истинному «я».

Отныне твоей единственной задачей будет концентрация на самой себе с прохождением всех трех фаз концентрации, пока ты не достигнешь полного отождествления со своим истинным «я», пока ты действительно не станешь собой. Это то состояние, которое можно обозначить в первом лице: «Я есмь то, что я есмь». Но будь внимательна: не достаточно ни думать, что ты есть, ни чувствовать это; ты должна быть тем, что ты есть в своем истинном внутреннем «я». Такова задача твоей концентрации перед посвящением».

Так я вступила в долгую полосу моей жизни, посвятив себя этим двум задачам: обретению собственной сущности и умению хранить молчание.

 

 

26. Древо познания добра и зла

 

Наконец, я овладела искусством хранить молчание, но при этом обнаружила, что овладела также искусством речи. Ибо молчание означает отсутствие речи, а речь — нарушение молчания, то есть молчание и речь — две стороны одного и того же целого, наподобие двух сторон монеты, которые нельзя разделить.

Когда в очередное посещение храма я сказала об этом Птахотепу, он подтвердил, что я права и подвел меня к белой каменной стене. Указывая на нее, он сказал: «Ты не видишь на этой белой поверхности ничего, но это Ничто содержит Все: сейчас то и другое образует полное единство, до разделения которого в нем ничего нельзя различить. Теперь я рисую здесь зеленой краской лист, форма листа уже существовала там, на камне, но ты не могла опознать ее до того, как я сделал рисунок. И это потому, что положительная форма листа и отрицательная природа фона находились в покое, неподвижности, внутри друг друга. Они были совершенно идентичны. Форма листа еще не отделилась от Всего, содержащегося в Ничто. Когда же лист появился на стене, он отделился от Всего, и поэтому мог быть узнан. И вот что очень важно: лист появился в зеленом цвете, это означает, что он оставил позади себя во Всем свою форму в своем дополнительном цвете, в данном случае красном, как свое невидимое изображение. Все, что ты видишь вокруг, может быть узнано только потому, что отделилось от своей дополняющей половины, которая осталась сзади, в невидимом, непроявленном состоянии. Можно достичь знания только сравнивая две стороны — положительную и отрицательную, которые отделились друг от друга. Пока они находятся вместе, покоясь друг в друге, ты ничего не можешь узнать. Весь видимый мир познаваем лишь потому, что он выделился из единства, в котором Ничто и Все покоятся одно в другом, единства, которое мы называем Богом. Вещи вокруг нас познаваемы, так как положительное кажется отделенным от отрицательного и мы можем их сравнить. Восприятие возможно лишь при расколе единства на две половины: одну — проявленную и другую — непроявленную, ее отражение и дополнение, так что обе они познаваемы через сравнение.

Поэтому молчание не может существовать без речи. Когда ты говоришь, негативная сторона слов, молчание, стоит позади в непроявленном состоянии, а когда ты молчишь, непроявленной остается позитивная сторона молчания, слова. Ничто не может проявиться и быть узнанным, если только его противоположная, дополняющая половина не будет одновременно присутствовать в непроявленном состоянии. Если проявляется положительная половина, то отрицательная остается непроявленной и наоборот. Они обе связаны навечно. Их разделение — лишь видимость, так как даже если они выпадают из всеединства, они никогда не существуют друг без друга. Неразделимое божественное единство проявляет себя всегда и всюду: даже в этом кажущемся разделении оно продолжает быть активным в виде вездесущей силы притяжения между положительным и отрицательным. И то и другое стремится вернуться к своему первоначальному состоянию — к божественному единству, и рано или поздно их соединение и возвращение к божественному единству произойдет. Внутренняя сила, присущая всему существующему и ведущая каждую созданную форму к первоначальному состоянию, есть то, что мы называем Богом.

Все созданное, весь видимый мир вокруг нас подобен дереву. С правой стороны оно приносит положительный, добрый плод, с левой — отрицательный, дурной. Но обе стороны принадлежат одному и тому же дереву, происходят из одного и того же единства. Добро и зло возникают лишь при выделении из единства, которое само по себе не злое и не доброе, но божественное. Только через разделение возможно познание, значит, познаваемый мир должен состоять из добра и зла. Если бы это было не так, его нельзя было бы узнать, и он вообще не мог бы существовать.

Все сотворенное есть древо познания добра и зла! Но творец — Бог — не половина, выпавшая из единства, Бог — само это единство. Он стоит над всеми сотворенными формами, отпавшими от единства, Он — Ничто, из которого возникло и проявилось Все, но в Нем и Ничто и Все образуют неразделимое божественное единство.

Творение всегда означает половину целого, отпавшую от единства и распознаваемую через сравнение. Поэтому невозможно найти и распознать Бога-творца в мире сотворенного просто потому, что у Бога нет дополняющей половины, с которой его можно сравнить. А раз нельзя сравнить, то нельзя и узнать Его. Ты можешь только быть Богом! Есть только одна вечная сущность, только один Бог, и во всем живом есть только одна эта сущность, один единственный Бог. Бог — нераздельное единство, он присутствует везде и наполняет собою вселенную. Вся вселенная живет, потому что Бог осуществляет ее своей вечной сущностью. Бог подобен древу жизни, дающему свою сущность сотворенному, познаваемому миру, который отделился от своей дополняющей половины, иными словами Бог дает жизнь древу познания добра и зла. Это древо познания — наш сотворенный мир — жив только потому, что древо жизни — Бог — по капле вливает свою собственную жизнь в его вены — живет в нем!

Материальный мир подобен древу смерти. Твое тело — плод на древе смерти, на древе познания добра и зла, и не имеет своей собственной жизни. Но в тебе живет древо жизни, так как твоя сущность, истинное «я» — тоже маленькая ветка на Божественном древе жизни, и ты жива только потому, что Бог живет как твое истинное «я» в тебе и твоем теле, делая тебя живой сущностью.

Родившись в теле, ты стала распознаваемым существом, твое сознание отделилось от Бога, твоей истинной сущности. Ты отпала от первоначального состояния, в котором во всеобъемлющем единстве содержатся все возможности проявления, включая все растения, всех животных и человека. Ты стала проявлением, сотворенной формой, и все, чем ты являешься здесь, на земном плане — только распознаваемая половина единства, состоящего из добра и зла. А так как твое сознание помещено в тело, то ты пробуждаешься в этом теле, то есть твое сознание становится тождественным телу.

Поедать что-либо — значит становиться тождественным этому, так как то, что ты ешь, — это то, из чего ты будешь состоять, то, чем ты будешь. Отождествив себя с телом, твое сознание — символически — съело плоды с древа познания добра и зла и стало подвластно царству смерти.