В гости к дядюшке Тому

Опубликовано: 15 января 2007 г.
Рубрики:

Kто из нас не читал в детстве историю несчастного негра, проданного в рабство жестокому американскому плантатору? Повествующая о его страданиях “Хижина дяди Тома” вызывала горячее сочувствие и негодование у советской молодежи, еще не забывшей большевистский призыв к социальной справедливости: “Мир — хижинам, война — дворцам!”. При этом многих из читателей это сочинение Гарриет Бичер-Стоу надолго настроило против далекой страны, где так жестоко попираются права бедных и угнетенных.

...Всего два века назад ферма с 3700 акрами земли, протянувшимися почти до Роквилла в мэрилендском пригороде Вашингтона, принадлежала Айзеку Рейли. В 1790-е годы этот рабовладелец купил у соседнего плантатора маленького Джосайю Хенсона вместе с его матерью. Будущему прототипу дяди Тома было тогда лет пять или шесть. Позже в своей автобиографии, опубликованной в 1849 году, Хенсон вспоминает, как мать умоляла Рейли купить обоих — ее и ребенка, и как он побил ее, когда она стала цепляться за его ноги.

Рассказывал Хенсон и о казавшихся бесконечными днях изнурительного труда, и о той гордости, которую испытал, когда хозяин назначил его управляющим фермы. А о своем жилье он писал, что в “хижине с земляным полом обитали несколько рабов, и что ее одновременно использовали в качестве кухни”.

Хижина примыкала к двухэтажному барскому дому с тремя спальнями, и вся эта усадьба, оказавшаяся со временем на территории разросшегося Роквилла близ Старой джорджтаунской дороги (Old Georgetown Road), сохранилась до наших дней. В январе прошлого года власти округа Монтгомери купили дом у его последней хозяйки Хильдегард Маллет-Превост, умершей вскоре после этого в столетнем возрасте.

Продать дом с акром свободной земли — большой редкостью в густо населенных пригородах столицы Соединенных Штатов — не составило бы большого труда даже в том случае, если бы рынок недвижимости был не так оживлен, как в начале 2006 года. Однако взять за него объявленную цену в миллион долларов вряд ли бы удалось, не будь у дома сараюшки-пристройки. Без нее не помогли бы ни почтенный возраст строения, ни столь любезный американскому сердцу колониальный стиль.

Тем не менее штат Мэриленд без колебаний выложил запрошенную солидную сумму, причем интересовал его не столько сам дом, сколько притулившаяся к его торцу более чем невзрачная однокомнатная лачуга размером 13 на 17 футов, сложенная из посеревших от времени дубовых бревен с поросшей мхом крышей из кедровой дранки. Именно в ней и ютился когда-то вместе с другими рабами прототип знаменитого героя романа Бичер-Стоу Джосайя Хенсон.

“Мы не хотели, чтобы исторический памятник превратился в офис дантиста — рассказывала Пегги Эриксон, исполнительный директор туристского агентства “Наследие Монтгомери”, которая занималась сбором денег для покупки дома. — Мы благодарны его владельцам, подписавшим контракт с округом Монтгомери и отклонившим предложения одного частного покупателя и группы врачей, представлявших “Центр по изучению здоровья”.

Семья Маллет-Превост владела домом с начала 1960-х годов. Когда умерла его мать, Грег Маллет-Превост выставил дом на продажу. По его словам, родители позволяли случайным гостям посещать дом, но категорически отказывались открыть его для широкой публики. В то же время, уступив свою собственность местным властям, Грег выполнил волю отца. Ушедший из жизни на шесть лет раньше жены Марсель Маллет-Превост, адвокат Национального управления по трудовым отношениям, хотел, чтобы покупатель сохранил бы и дом, и хижину. И не возражал против того, чтобы после него усадьба стала доступной людям.

...Когда хозяин Хенсона Айзек Рейли залез в долги, он поручил рабу отвести его товарищей на ферму брата в Кентукки и укрыть их там от кредиторов. Группа прошла через свободный тогда штат Огайо, а Хенсон вернулся обратно, сдержав данное Рейли слово. Когда же позднее владелец верного слуги отказался от своего обещания дать ему свободу, Хенсон вместе с семьей в 1830 году сбежал в Канаду.

При этом они воспользовались действовавшей перед Гражданской войной так называемой “Подземной железной дорогой” — тайной системой организации побегов африканских рабов из южных рабовладельческих штатов на Север. Этот путь был организован освободившимися рабами при поддержке белых противников рабства. Он обслуживался “проводниками” и включал в себя “станции” — обычно фермы, в том числе квакерские, хозяева которых давали приют и укрытие очередной “партии товара”.

Семья Хенсона осела в провинции Онтарио. Там Джосайя основал городок беглых рабов, стал проповедником методистской церкви и написал автобиографию под названием “Правда удивительней вымысла” (Truth is Stranger Than Fiction). При создании своего знаменитого романа Бичер-Стоу опиралась именно на эту книгу.

“Хижина дяди Тома” была написана в 1852 году. Роман стал одним из главных американских бестселлеров того времени и спровоцировал всплеск антирабовладельческих настроений в северных штатах. “Так вот вы какая, маленькая женщина, начавшая большую войну”, — сказал президент Линкольн, встретившись с Бичер-Стоу в разгар Гражданской войны.

Вряд ли писательница думала тогда о том, что в ее герое многие черные увидят предателя своей расы, верно служившего белым угнетателям. Чернокожее население Америки критически отнеслось к этой книге, поскольку ее главный герой изображен не только страдающим, но, главное, покорным человеком, что, как потом выяснилось, далеко не во всем совпадает с исторической правдой.

После того как Хенсон выступил в Канаде за отмену рабства и основал там поселения для сбежавших рабов, отношение к нему соплеменников стало меняться. Похороненный в Канаде, он остается там заметной исторической фигурой, и его бережно сохраняемый с 1940-х годов дом-музей в городке Дрезден в провинции Онтарио тоже называют “Хижиной дяди Тома”. Что не совсем справедливо, считают нынешние владельцы дома в штате Мэриленд, поскольку рабом Хенсон был не в Канаде, а в Америке.

“Настоящая” же хижина дяди Тома в Мэриленде впервые открылась для публики прошлым летом, когда в течение “Дней наследия” округа Монтгомери гиды проводили небольшие группы желающих через лачугу рабов и часть комнат хозяйского дома. После этого доступ в исторический памятник был прекращен.

Округ Монтгомери, который получил от властей штата 50 тысяч долларов на реставрацию дома, решает, превращать ли его в традиционный дом-музей или создать здесь академический исследовательский центр по истории рабства.