Птицы нашего Театра

Опубликовано: 3 декабря 2020 г.
Рубрики:

В конце прошлого века Министерство культуры России утратило своё былое влияние на жизнь театра. А то ведь шагу нельзя было ступить без его величавого присутствия. Репертуар согласовывался и утверждался на особых совещаниях - чиновники решали кому и что можно ставить. Гастрольное совещание, кому куда ехать на гастроли - песня! Без ящика коньяка не входи, запах попойки разливался по всем этажам, впрочем, он там всегда стоял.

Любое назначение, хоть главного режиссёра, хоть очередного, хоть директора - только здесь, в Китайском проезде. А звания, а награды? / Ну, этот пункт до сих пор у них./ Фестивали, конкурсы, гранты, повышение квалификации, стажировки - всё определяла и распределяла " министерия". И вот сначала перестройка, а потом развал "Страны советов" положили конец этой проникающей радиации. Принцип "вместе и наравне" провозгласил Союз Театральных деятелей. И его стали придерживаться в вопросах назначения на руководящие должности в театрах, я как раз попал под эту раздачу. Раньше беспартийный режиссёр стать главным не мог.

Потом всё устаканилось и пошло самотёком, как всегда у нас, то есть - все устранились. Но всё же время от времени Минкульт демонстрировал видимость некой деятельности. По разным поводам собирали руководителей театров и что-нибудь им советовали: то модель существования, то форму побирушничества, красиво называя её "фандрайзингом", то ещё какую завиральную идею. Проводили эти сборища уже не чиновники, а люди учёные и авторитетные.

Одно такое мероприятие посвятили проблемам театров "малых городов", и проходило оно в зале небольшого театра именно малого города. Вела скучную тягомотину Елена Александровна Левшина, профессор из Питерского Театрального института. Мы с нею учились в этом институте в одно время и были знакомы. К концу все прилично устали и выступающих почти никто не слушал, обменивались мнениями по группам в разных углах зала, иногда довольно оживленно. Наконец-то ведущая объявила о завершении - ко всеобщей радости.

Все дружно поднялись с мест в предчувствии предстоящего застолья. Но... Елена Александровна неожиданно задержала уходящих: "Подождите, я совсем забыла. В будущем году исполняется 100 лет со дня первой постановки Чеховской" Чайки" в Александринском театре, со дня её провала." Я сразу отреагировал: "Ну вот, мы уже все встали по этому поводу!"

В зале засмеялись, а Левшина продолжила: "Друзья, мы организуем фестиваль в Петербурге, посвящённый этому событию. Он будет называться "Полёт Чайки". Мы предлагаем театрам отозваться и принять участие, осуществив свою постановку пьесы." Кто-то выступил с репликой: "А какой будет критерий отбора? Степень провала?"

Зал опять повеселился, а Левшина махнула рукой и отпустила народ. Проходя мимо меня, она заметила:" Вот вы, Боря, вместо того, чтобы смеяться, взяли бы и поставили у себя "Чайку"!"

- "Елена Александровна, дорогая, вы представляете - что вы мне предлагаете?!"

Доверчивая Левшина изумилась: "Что?" - "Как же это будет выглядеть: " Чайка" из Орла?! /Я возглавлял театр в Орле./ Да ещё и в постановке Голубицкого? Засмеют! Скажут, что это уже какая-то дичь. И потом, вы же знаете какая у этой пьесы мистическая репутация?" - "Какая?" - "Она приносит несчастья. " Тут она снова махнула рукой и ушла...

А между тем, фестивальное движение всерьёз занимало меня. Мы создали свой фестиваль - "Русская классика". На родине Ивана Сергеевича Тургенева это было очень органично. По мнению известного театрального критика, Александра Петровича Свободина он стал одним из самых заметных, а его тема вышла в приоритетные.

Возглавляя экспертный совет при Минкульте, Свободин пропагандировал нашу работу и даже ставил её в пример. Дело в том, что почти каждый город, каждый крупный театр организовывал свой фестиваль. На гастроли денег больше никто не давал, вот и нашли им замену - фестивали поощрялись и субсидировались. Театры охотно отзывались на приглашения - их расходы оплачивались.

Позже многие соглашались приехать даже за свой счёт - участие становилось престижным. За 25 лет нам удалось провести семь фестивалей, в них приняли участие лучшие театры страны и ближнего зарубежья со спектаклями по русской классике. Особенность состояла в том, что каждый раз мы предлагали новый поворот темы: "Золотой век", "Серебряный век", "Пушкин и Тургенев", "Отцы и дети".

Отдельно отмечали юбилеи писателей-орловцев - Ивана Бунина, Леонида Андреева и, конечно, Ивана Тургенева. Выдающиеся актёры выходили на фестивальную сцену. Невозможно забыть, как играл Тургенева Бруно Фрейндлих в спектакле Александринского театра, а Вера Васильева - лесковскую Воительницу в театре Сатиры. Это её выступление на долгие годы связало нас творческой дружбой, и уже в нашем спектакле "Без вины виноватые" она была несравненной Кручининой.

К каждому фестивалю театр имени Тургенева готовил новую постановку и выходил в честное соревнование с другими участниками. В составе жюри были известнейшие деятели театра, их отбирал наш Союз, председательствовал Александр Петрович Свободин - до конца жизни. По моему предложению, первых мест не присуждали, призы вручались каждому театру. А после спектакля жюри проводило подробное обсуждение показанной работы, послушать сходились все гости - уровень разговора был очень высоким. Думаю, здесь тогда просматривались реальные пути движения отечественного театра.

А "Полёт Чайки" над Петербургом состоялся. Я там не был, знаю только из отчётов прессы. Революционных открытий не обнаружилось, но и несчастий, кажется, слава Богу, удалось избежать . Московские театры не участвовали, у них был свой отсчёт - от успеха гениально-еретической постановки Художественного Театра. Большие театры Петербурга просто играли в эти дни чеховские постановки прошлых лет - по другим произведениям.

"Чайка" явилась в некоторых не формальных образованиях, а также прилетела из провинции, в основном почему-то из детских театров. Видимо, именно там "пять пудов любви" оказались актуальными. Но у полёта было и второе крыло - теоретическое: на развернутую конференцию съехались "чайковеды" со всего света. Поговорить о Чехове в мире любят...

В тот ужасный вечер премьеры в Александринке Антон Павлович сбежал из Петербурга. Я живу в двух шагах от улицы Чехова /бывший Эртелев переулок/ и часто хожу мимо мрачного дома Суворина, где он останавливался. Так и слышу стук копыт того экипажа, который уносил его на Московский вокзал. Ведь тогда могло произойти величайшее несчастье - не увидели бы мы его будущих шедевров для театра. Спасибо Станиславскому и Немировичу - они изменили судьбу, вернули Чехова театру. И он засиял - на все времена...

А легенду о мистических свойствах пьесы "Чайка" я не придумал. В мировом репертуаре есть несколько названий, которые суеверные люди театра стараются избегать, "Чайка" - в их числе. Конечно, смельчаки ничего не боятся, но, похоже, дорого платят за свою смелость. Вот некоторые примеры. Анатолий Эфрос поставил "Чайку" в Ленкоме, когда был там главным режиссёром.

Острый, резкий спектакль, будто увиденный глазами Треплева мир. На режиссёра ополчился весь старый МХАТ во главе с А. О. Степановой, ученицей Станиславского и бессменным секретарём парторганизации. Они в это же время играли свою "Чайку" и не могли никому позволить сказать новое слово. Спектакль запретили, главного режиссёра сняли с работы...

Олег Ефремов, основатель и лидер "Современника", мечтал о "Чайке", поставил, наконец, - крайне неудачно, по-моему. Это стало его последней работой в созданном им театре - и он его покинул, любимое детище оказалось на грани катастрофы... Уже в новое время один провинциальный режиссёр в своём театре в сцене, когда Тригорин ловит рыбу, позволил "натурализм" - рыбак вытаскивал на удочке живого карпа. Поднялся невероятный скандал, защитники природы добились увольнения главного режиссёра из театра... Известную поговорку "Выпей чайкУ - позабудешь тоску!" я всегда произношу с ударением на первом слоге...

А тот шутливый разговор с Е. А. Левшиной породил шутливую театральную фантазию. Мне вдруг представилось, что можно собрать фестиваль под названием "Птицы нашего театра" с репертуаром из " птичьих" пьес : "Чайка", "Птицы", "Дикая утка", "Утиная охота", "Орёл и орлица", "Птицы нашей молодости"... И режиссёры должны носить такие фамилии: Орлов, Дроздов, Соловьёв, Перепёлкин, Голуб, Голубовский - я хорошо знал режиссёрский цех страны.

И произойти такой фестиваль мог бы в городе Орёл... Как-то в шутку я поделился этими мыслями с коллегами в режиссёрской гильдии, но присутствовавший при сём корреспондент журнала "Театральная жизнь" принял всё за чистую монету и опубликовал эту идею в журнале как реальный план.

Посыпались предложения от театров. Минкульт в лице министра А. Соколова выразил поддержку. Союз Театральных деятелей пообещал создать жюри под председательством уважаемой Инны Натановны Соловьёвой. Оставалось только, чтобы композиторы Евгений Птичкин и Евгений Крылатов написали музыку к спектаклям. Или чтобы звучал Пётр Ильич Чайковский... 

Но здесь уже нашей разыгравшейся фантазии следует остановиться...