Предательство как оно есть. Приглашение к разговору

Опубликовано: 19 июля 2018 г.
Рубрики:

Написать эти заметки я решил после диспута на сайте «mnenia. zahav.ru», где обсуждалась статья «Предатель остается предателем». Она написана об израильтянине Гогене Сегеве, работавшем на иранскую разведку. В своем комментарии я написал, что ненавижу предателей, кто бы они ни были. В качестве примера привел несколько фамилий. Среди них упомянул очень известного писателя Суворова. Вот тут-то все и началось. Прежде всего, меня обвинили в том, что путаю героев с предателями. В частности задали вопрос «на засыпку»: а кто есть Павлик Морозов. И я вдруг увидел, что у большинства моих оппонентов отсутствует ясное понятие, что такое предательство и кто есть предатель. 

Сразу хочу предупредить, что ни в коем случае не считаю себя знатоком в этой теме и не претендую на конечную истину. Но как человек уже достаточно поживший в этом мире свое мнение о предательстве выработал. Хочу этим мнением поделиться с читателями. 

Начнем с определения, что такое предательство. Это нарушение верности кому-либо, или чему-либо, а также сознательное неисполнение своего долга по самым разным причинам на уровне саботажа. Предательство существовало с момента зарождения человеческого общества, когда люди вышли из пещер и стали создавать то, что потом назвали государством. Вот тогда уже и появились предатели и сопутствующее им предательство. 

Прошли тысячелетия, имен предателей история не сохранила, как не сохранила она и названий первых государств. Но они были, и тогда уже расправлялись с отступниками весьма жестоко. Потому не станем особо задерживаться на доисторических эпохах, и перешагнем сразу в сравнительно «близкие» времена: исход евреев из Египта. Они скитались сорок лет по пустыне, и на этот раз история сохранила примеры наказания тех, кто нарушал супружескую верность или отступал от веры в единого Бога, начиная поклоняться золотому тельцу. За супружескую неверность казнили разными способами. Часто душили. А с вероотступниками поступали согласно приказу Моисея: «Возложите каждый свой меч, на бедро свое, пройдите по стану от ворот и обратно и убей каждый брата своего, каждый друга своего, каждый ближнего своего». Было убито порядка 3 тысяч человек. Во все века переменивших веру карали весьма жестоко. 

Во второй половине XIV века по всей Испании прокатились массовые еврейские погромы. Многие общины были буквально вырезаны чернью. Но те из евреев, кто приняли христианство, остались живы. Их было меньшинство, но по сравнению с немецкими (ХI век - первый крестовый поход) и украинскими евреями (XVII век – восстание Б. Хмельницкого), их осталось довольно много. Немецкие и украинские евреи предпочли смерть вероотступничеству. Испанские пошли по пути измены своей вере. Казалось бы, разве можно их осуждать? Ведь смерть смотрела в глаза. Дети, жены стояли рядом… Их тоже положить на алтарь веры? Да! Отступать от своей веры нельзя, сказали мне ортодоксально верующие люди, живущие в ХХI веке. Мои современники. У меня не нашлось слов спорить с ними. Да и прав таких я, атеист, не имел. Почему испанские евреи поступили иначе, у меня нет объяснений. Одной из причин было названо их богатство. 

Предателей никогда не любили, осознавая, что эти люди могут принести огромный вред обществу. Пол отступников значения не имел. История донесла до нас имя женщины, благодаря которой евреи взяли Иерихон. Ее звали Раав, она была блудницей. Сохранила жизнь еврейским разведчикам из армии Иисуса Навина, и евреи после взятия города в благодарность за это оставили ей жизнь. Всех остальных они вырезали. Таковы были последствия ее предательского поступка. Раав оказалась благом для евреев, но для своего народа сотворила великое зло. 

Морально-нравственными законами общества, предательство и предатели осуждаются. Точно так же относятся к предателям и большинство религий. Каждая из них построена на системе ограничений, и потому в каждой есть понятие табу. Предательские поступки считаются грехом, нарушением этого табу. Одним из таких запретов была супружеская неверность. В прошлом, да и сейчас в отдельных религиях, за это карали смертью. Казалось бы, не слишком ли суровое наказание за этот грех? Но супружеская измена - это предательство прежде всего. Изменивший предает близкого человека, доверившегося ему. Он наносит ему удар в спину, разрушая целостность личности, ибо его жертва перестает верить не только супругу (супруге), но уходит вера в справедливость этого мира. Сколько мы знаем произведений, сюжеты которых построены на узнавании об измене. И каждый писатель в силу своего таланта, гения, показывает разрушающее воздействие такого предательства на все окружение. Изменники действительно творят великое зло, когда изменяют, ибо своими предательскими поступками они разрушают те морально-нравственные основы, на которых стоит наше общество. Они уничтожают такое явление, как доверие. 

Потому суровое наказание в те далекие времена было неотвратимым, когда об этом узнавали. В мотивы поступков предателей особо не вдавались. А казалось бы, мелкое дело. Подумаешь, измена. Нет! Это не мелочь, ни в коем случае, ибо разрушение внутреннего мира жертвы, узнавшей об измене супруга, порой, чревато страшными последствиями. Вспомним ту же Медею, убившую своих детей, которых она родила от изменника Ясона. Потому плохое отношение к изменникам супружеского долга существовало на протяжении веков. Генрих VIII больше известен тем, что карал смертью своих жен за измены, мнимые или настоящие, нежели как церковный реформатор. Изменников убивали; со временем, отказавшись от убийства, позорили, потому что общество инстинктивно осознавало, что потворство этому греху может привести к разрушению самого общества в целом. Потворство измене приводит к наступлению хаоса, вседозволенность убивает буквально все. В нашем продвинутом обществе нет уже позорных столбов и камни в изменников уже не летят. Но в суде у таких практически нет шансов на выигрыш дела. Их раздевают в переносном смысле этого слова за то, что они поддались своим темным инстинктам. 

Вообще это истина, что слабому человеку предать много легче, чем не предавать. При этом такой субъект порой не понимает даже глубины своего падения. Сколько раз мы слышали в компании, в задушевной беседе рассказы об измене, совершенной автором такой похвальбы. И осуждения нет. Прежде всего, это говорит о низком уровне нравственности нашего общества. Но не будем задерживаться на супружеской измене. 

Спор на сайте возник по поводу измены государственной, чреватой нанесением ущерба государству в целом. Последствия такой измены могут быть порой необратимыми. К государственному предательству общество всегда относилось резко отрицательно. Веками предатель, кроме презрения, ничего не заслуживал. До появления среди народа национального сознания государственная измена рассматривалась, как предательство сюзерена. Обвинение в такого рода измене было любимым среди государей. Не всегда оно было правдивым. Но зато это было практически беспроигрышное дело, ибо предателей всегда ненавидели в любом обществе. 

С возникновением Советской власти термин государственная измена приобрел весьма расширенное толкование. Его применение постепенно охватило все слои общества. Никто, кроме самого Сталина, не был застрахован от обвинений в предательстве. Но, если смотреть на Сталина как на самодержца, то он не оригинален. Разница только в масштабах репрессий. Не надо даже перечислять – представители всех слоев населения могли попасть в его мясорубку. Сталин весьма широко использовал это понятие и, надо отдать ему должное, умело применял его. Предателями, по его указке, становились маршалы, министры, революционеры – те самые, из ленинской гвардии, техническая интеллигенция, палачи, потерявшие сталинское доверие, и так далее… Почти наверняка можно сказать, что подавляющее большинство репрессированных к предательству никакого отношения не имели. Недаром после смерти отца народов большинство из них было реабилитировано. Другой разговор, что они предавали своих друзей, товарищей по партии, по профессии… Но кто бросит камень в человека, не выдержавшего страшных пыток?. По себе могу сказать, что я никогда бы их не выдержал. 

Но вместе с тем, Сталин поощрял доносы на близких и родственников. Классическим примером может послужить дело небезызвестного Павлика Морозова. Он был признан героем, отдавшим свою жизнь за всеобщее дело построения социализма - донес на своего отца. Официальное одобрение его предательства привело к тому, что во многих семьях появились свои Павлики. Мне довелось видеть хронику тридцать восьмого года, в которой показывали целую смену таких Павликов, получивших в награду поездку в Артек, образцово-показательный пионерлагерь на берегу Черного моря – мечту многих детей времен Совка. Сотни их стало, предавших своих родителей. Я потом гадал, а что же стало с ними после Артека. Куда они поехали? Ведь у них была одна дорога – в детдом. Семей-то у них уже не было. Но эти дети составили микро долю от общего количества доносов в тридцатые годы. Их было больше трех миллионов. Больше трех миллионов предательств не только товарищей, коллег, начальников, подчиненных, соседей, но и родственников, порой самых близких. 

Я услышал историю Павлика в школе. Он стал мучеником за идею в моих глазах, хотя тогда такие формулировки мне были недоступны по малолетству. Придя домой, я начал пересказывать все это моему отцу – крестьянскому сыну, коммунисту, полковнику, герою войны… - Запомни на всю жизнь, сын, - сказал папа тихо и очень серьезно. - Это был маленький человек, ребенок, можно сказать, но очень большая сволочь. Он предал своего отца. 

Никакие ссылки на время, на обстоятельства, на обстановку, на обострение классовой борьбы, на борьбу с кулаками-вредителями на моего папу не действовали. Его правильно воспитали до революции – чти отца своего! Уже став взрослым, я не особо удивился, когда прочитал, что Брут попал в девятый круг ада, как предатель. Ведь Цезарь был его отцом, а Брут убивал его во имя свободы народа. Чем не Павлик Морозов, выдавший своего отца вора. 

Во время Гражданской войны, когда брат пошел на брата и разлом мог пролегать по семье, определить, кто предатель, а кто борец за правое дело, не просто. В то время каждая из сторон не заставляли себя долго ждать в обвинени и в предательстве. Вспомним «Оптимистическую трагедию». Когда Вожаку говорят, что в Красной армии служат 22 тысячи офицеров, он рявкает в ответ: «Двадцать две тысячи предательств»! Но в наши дни, когда мы смотрим на кровавую вакханалию Гражданской войны сквозь призму времени, можно и даже надо воздержаться от такого рода эпитетов. Время было смутное. 

Расширенное толкование предательства времен сталинской эпохи не закончилось со смертью ее главного архитектора. Оно неизбежно должно было привести к нивелировке самого понятия измены. В официальной пропаганде и законах предательством называли, например, невозвращение из-за границы. Люди, решившие вернуться через какое-то время, обязательно шли в тюрьму. Их судили как изменников Родины. Изменой государство считало появление на Западе литературного труда. Пастернака просто затравили за передачу романа «Доктор Живаго», а Солженицын получил звание «литературного власовца». Как известно, «власовцами» называли не только служивших в армии генерала Власова, но вообще всех военнопленных, ни сном ни духом не думавших об измене Родине. Академика Сахарова называли предателем за его деятельность по защите прав человека. Примеров можно привести много. Но надо сказать, что такое шельмование зачастую давало обратный эффект. Нет, народ не стал лучше относиться к предателям, но в обществе возникла тенденция не обращать большого внимания на реальные случаи предательства. А они были и, надо сказать, что в истории Совка таких примеров можно привести больше чем достаточно. 

Начнем с человека, которому поставлены в России тысячи памятников. С Ленина. До революции он вел жизнь крестного отца большевистской мафии. Как криминальные боссы живут на доходы от нелегальной деятельности, так и Ленин жил за границей на деньги от преступлений «эксов». Так звали экспроприаторов. Одним из самых «полезных» был Сталин. У теоретика коммунизма Маркса был спонсор Фридрих Энгельс. Благодаря его поддержке основоположник, нигде не работая, жил сравнительно безбедно – прислугу мог держать, но и не шиковал. Он писал свои труды. Ленин тоже не шиковал особенно, но добытые грабежом сталинские деньги, тоже позволяли ему жить вполне безбедно, нигде не работая, и тоже писать, организовывать подпольные кружки, школы и так далее… 

Хотя вся работа Ленина была направлена на свержение царского строя, это еще не предательство. Как не предательством была борьба Троцкого со сталинским режимом, невозвращение Раскольникова в СССР и его открытое письмо Сталину с разоблачением его деятельности и ее результатов. Таких невозвращенцев было много. Но никто них них не шел на службу иностранным разведкам, не занимался саботажем, не предавал своих друзей и единомышленников. Эти люди не были предателями. Как не был предателем Ленин до Первой Мировой войны. 

Предательством можно назвать его деятельность после начала войны. В истории отмечен факт единения народов вокруг своих правительств в период подготовки к войне и в начале ее. Все партии проголосовали за военные кредиты и призвали к борьбе с внешним врагом. Кроме одной – большевистской. Ленин выдвинул лозунг поражения царского режима и изменения характера войны… Остановимся на лозунге поражения. Что это означает? Разгром армий, потеря территории, дезорганизация тыла, потоки беженцев, голод, эпидемии… За этим простым перечислением стоят исковерканные судьбы и жизни миллионов людей, массовое вымирание. Во что превращается держава после поражения? 

Но Ленину именно это и надо было. Он всегда этим отличался. Для него ситуация «чем хуже, тем лучше» - была самой желанной. Бесами называл таких Ф. М. Достоевский. Лозунгом поражения большевики не ограничивались. Они вели пропаганду в войсках и занимались саботажем. Всегда и везде такие действия назывались предательством. Ленин получал деньги от немцев, они доставили предателя и его подельников в Питер. Вели бы себя так немцы, не будь Ленин предателем, не работай он на них? Но главное даже не это. Он подписал, по его же словам, «похабный мир» с врагами России (для упрощения будем называть Российскую империю просто Россией), державами оси. По нему страна не только отказывалась от будущих преимуществ страны победительницы, но теряла свои европейские приобретения, колонии и выплачивала миллиардную контрибуцию. 

Потом появилась ложь о невозможности России воевать. Мол, армия побежала делить землю, никого не осталось, надо было спасать страну, и мир с немцами был единственным выходом. И так далее… Но Россия после этого воевала три года. Была кровопролитнейшая Гражданская война, развязанная теми же большевиками. На эту войну и армии нашлись, и оружие нашлось… Как с немцами воевать, так ничего не было, а как уничтожать классовых врагов, так все появилось. На Польшу замахнулись. Да и не исчезало ничего. Тульские заводы никто тогда не бомбил. Недаром партия левых эсеров во главе с Марией Спиридоновой (союзников большевиков по октябрьскому перевороту) восстала против подписания этого мира. Эсеры видели, что это предательство не только союзников по Антанте, но и всей страны, которую Ленин и его партия лишали плодов будущей победы. А она была не за горами. Ленин себя спасал, свой режим, прекрасно понимая, что падение Петрограда - это смертельный удар по его партии. Он уже перевел столицу в Москву, но Северная Пальмира оставалась ключом, открывающим дверь к его поражению. Россия не пропала бы, возьми немцы Питер, как не пропала Россия, когда Наполеон взял Москву. Пропали бы большевики. Ленин победил, ему стоят памятники.

Именно тогда возник новый вид измены. Ленина можно считать крестным отцом предательства по идеологическим соображениям. Предал во имя торжества дела коммунизма, счастья рабочего класса, всеобщей справедливости и так далее… Если взять историю человечества, то этот новый вид предательства просто младенец. Он появился в ХХ веке. Может, потому еще общество не выработало четкого отношения к нему. Примеров тому множество. Если для одних, например, фон Штауффенберг, подложивший бомбу в Ставке Гитлера, герой, то для других он предатель. Во всяком случае, для подавляющего большинства немецкого народа в тот момент он был предателем. Да и сегодня, спроси у немца, кем был барон, ответ будет один – предатель. А для нас, потомков тех, кто клал свои головы, сражаясь с Гитлером, он герой, желавший своей стране добра. Да что говорить о Штауффенберге, когда в глазах большинства немцев того времени великая Марлен Дитрих, открыто порвавшая с режимом (задолго до начала войны), стала предательницей. А вспомним обаятельного Плейшнера из «Семнадцати мгновений весны» в замечательном исполнении Евстигнеева. Как мы ему сочувствовали, этому предателю. А как его еще можно назвать? Но хватит о немцах. Поговорим о наших предателях. 

Почему-то ни у кого, кто считает фон Штауффенберга героем, не возникает идеи поставить памятник генералу Власову. А почему нет? Генерал был борцом с кровавым сталинским режимом. Но от одной только мысли, что такого мерзавца можно реабилитировать, делается не по себе. Это значит зачеркнуть борьбу народа с фашистской нечистью и оправдать его предательство, пусть оно совершено во имя России без «еврейско-большевистского владычества». Такие слова нашел Гитлер для русских, когда обратился к ним по радио в ночь наступления на СССР. Оправдание Власова немыслимо сегодня и, надеюсь, всегда будет невозможным. Любые попытки оправдать генерала обречены на провал. Ведь Гитлер не нес освобождения советскому народу. Одна программа тотального уничтожения евреев чего стоит. Генерал об этом не знал? Или миллионы евреев это мелочь? Его солдаты воевали с партизанами Франции и с союзниками… Были его части и на Восточном фронте. Мне отец говорил, что попавшие в плен власовцы не доходили до трибуналов. Их убивали свои. Много тому и литературных свидетельств. Предателей во время войны уничтожают. 

Но тогда почему в нашей стране стоят памятники генералам-южанам уже нашей Гражданской войны шестидесятых годов ХIX века, воевавшим против «тирании Северян»? Разве эти генералы, желающие разделить страну на две части, не предатели своей страны? Слава Богу, и до памятников изменникам стали доходить руки – их сносят. Не все сразу, но, надо полагать, доберутся до всех чугунных, бронзовых, каменных и прочих… 

Вернемся в Россию. 

Надеюсь, ни у кого не вызывает сомнения принадлежность Беленко к когорте предателей. Он улетел на МИГ-25 в Японию. Нанес огромный ущерб обороне страны. Пошатнулся от этого строй? Да нет, конечно. Как не пошатнулся он от многочисленных предательств наших гебешников, посланных работать за границу или здесь нашедших возможность предавать. Все они, перебежавшие на сторону тогдашних врагов СССР, предатели. А оправдание своей подлости они всегда находили. Разочарование в строе, мол, все оказалось враньем – там люди живут свободно, в отличие от нашего лагеря… Вот слушал такого по «вражескому» радио, и становилось противно от неуклюжих попыток отмыть себя от клейма изменника. Предатель ищет оправдания своему предательству, и в этих поисках практически всегда приходит к выводу, что он сделал все правильно. Ведь тот, кому он изменил, сам сволочь и другого не заслуживает. 

И хочется спросить, а о чем ты думал, когда вступал в эту организацию? Ты ничего не знал о ней? Ты не знал, что это самая страшная в истории контора? Ее можно сравнить с гестапо. И ты туда пошел… понятно почему. Там не инженерские зарплаты, там привилегии, не снившиеся простым смертным. И ты предал своих коллег… О каком прощении может идти речь? Предателей нигде не прощают, в самом либеральном обществе. Сколько американцев, предавших своих коллег, получили пожизненные сроки. И даже электрический стул их не миновал. Презрение к ним их удел. 

Могут сказать, что у работника внешней разведки нет другого выхода, кроме как предать. Это несерьезно, потому что всегда есть возможность уйти с любой работы, если ты не прикован цепями к ней. Способов множество. В конце концов, можно сбежать, но никого не предавать. Классическим примером может послужить история Александра Орлова, резидента советской разведки в Испании. В 1938 году его вызвали в Москву, и он понимал, что готовит ему Ежов. Он сбежал в Штаты вместе с семьей, а в письме пообещал Сталину, что никого не выдаст, если его и семью не тронут. Его оставили в покое, и он сдержал слово. Знаний у него было больше чем достаточно. Примером может послужить знаменитая кембриджская пятерка, работавшая на СССР десятилетиями. Он ее не выдал. Так что оправданий у тех, кто предает своих, нет. По крайней мере для автора этих строк. 

В конце статьи полагается краткое резюме. Его не будет. Пусть читатель сам делает выводы из того, что он прочитал. Кого считать предателем, а кого героем.

Комментарии

А с чего это Вас, господин Солодов, потянуло на такую давно оскомину набившую и ежу ясную тему?