«Замерзшее царство» и сказки Голливудa

Опубликовано: 1 января 2014 г.
Рубрики:

frozen-w.jpg

Кадр из мультипликационного фильма «Замерзшее царство» (Frozen)
Кадр из мультипликационного фильма «Замерзшее царство» (Frozen).  Photo: © 2013 - Disney. All Rights Reserved
Кадр из мультипликационного фильма «Замерзшее царство» (Frozen). Photo: © 2013 - Disney. All Rights Reserved
Замерзшее царство

Frozen

Режиссеры Крис Бак и Дженнифер Ли

90 лет назад, 16 октября 1923 года братья Уолт и Рой Дисней сняли в Лос-Анджелесе за 10 долларов в месяц маленькое помещение и начали делать там мультипликационные фильмы. Через 20 лет «Белоснежка и семь гномов», «Фантазия», «Бемби» завоевали весь мир. В нынешнем году кассовые сборы от диснеевских картин впервые достигли 4 миллиардов долларов.

Этому сильно способствовало то, что семь лет назад «Дисней» купил за 7,4 миллиарда долларов замечательную компанию «Пиксар». Ее руководитель Джон Ласситер собрал там очень талантливых и остроумных людей. Начиная с 1995 года «Пиксар» выпустил такие блестящие мультипликации как «История игрушек», «Фирма «Чудовища», «В поисках Немо», «Невероятные», «Машины», за которые получил 26 «Оскаров». Двадцать лет — с 1986 по 2006 год — компании удавалось оставаться независимой.

Завладев «Пиксаром», «Дисней» подчеркивал, что под его крылом компания будет сохранять самостоятельность, и назначил Ласситера художественным руководителем всего мультипликационного отдела «Диснея». Сперва все шло хорошо. Фильмы «Рататуй», «Вверх!» «Уолл-И», «История игрушек-3» — по-пиксаровски умные, тонкие и прекрасно выполненные — принесли «Диснею» большой успех.

Ласситер был творчески и эмоционально связан с той студией «Дисней», какой она была в прошлом. В Калифорнийской художественной школе его учили педагоги из знаменитых «девяти стариков» — тех ветеранов, что создавали «Белоснежку» и «Фантазию». Выступая на 90-летнем юбилее студии, Ласситер отдал должное Уолту Диснею за то, что у его «симпатичных и запоминающихся персонажей было так много сердца», и за то, что он «постоянно развивал приемы сюжетосложения, рассказывания историй».

В фильмах самого Ласситера бережно сохранены как раз эти, дорогие для него традиции: в них прекрасно выстроены сюжеты, искусно придуманы персонажи, и они очень человечны.

Но поп-культура не стоит на месте и шагает вперед по трупам искусства. С одной стороны, чтобы побольше заработать, она угождает самым низменным вкусам — благо это не требует больших усилий, а деньги приносит немалые. И ведь это уже проделывают с фильмами для детей! В фильме Мак-Фарлейна «Тед» (2012) оживший игрушечный медведь развлекается с проститутками и весело курит марихуану. Миллионы дураков-родителей приводили маленьких детей развлечься на этом кино. С другой стороны, поп-культура все больше оглядывается на требования политкорректности, то есть, проводит в жизнь левую идеологию. В мультфильме «Как приручить своего дракона» (выпущенном студией Dreamworks накануне десятой годовщины террористического налета на Нью-Йорк) детям внушают, что если дракон налетел и сжег твою деревню, то в ответ надо его кормить, лечить и ласкать, потому что на самом деле он кроткий и миролюбивый. Ведь по верованиям левых, «война не решает проблем». Неделю назад я опять слышала по прогрессивному радио KPFK, что терроризм создан Америкой, потому что американские солдаты все время врывались неизвестно где в дома каких-то мирных жителей и всех там страшно мучили, причем обязательно на глазах у детей. Этому же учат американских школьников.

На экране идет чистка по классовым и половым признакам. Из сказок изгнаны принцы как чуждый элемент. В диснеевском мультфильме Tangled по сказке братьев Гримм «Рапунцель» девушку, заточенную в башню, спасает не принц, как в оригинале, а бандит, как более социально приемлемый.

Феминизм в детском кино просто бушует. Поэтому война, которую Голливуд объявил принцам, не коснулась принцесс (при условии, что они дерутся, как мужики) — ведь феминистки обожают женщин-героинь. Кроме того, американская коммерция создала среди девочек грандиозный культ принцессы как идеала.

Все это не могло не сказаться и на продукции «Пиксара», подчиненного «Диснею». Его усердно тянут вниз. Вышла картина «Храбрая» (Brave), где принцесса борется с угнетением — то бишь, со своей семьей, желающей выдать ее замуж. Храбрая принцесса хочет не замуж, а стрелять из лука, и чтобы отделаться от родственников (особенно от болванов-мужчин), превращает их всех в медведей. Картина получилась, как говорил Зощенко, маловысокохудожественная.

Фильм «Замерзшее царство» в русском прокате назвали «Холодное сердце». Это недоразумение, потому что ни о каком сердце речи здесь не идет. Видимо, русские прокатчики, еще не увидев фильма, поверили, что он действительно сделан «по мотивам» «Снежной королевы» Андерсена, как было объявлено. А там, как все помнят, осколок дьявольского зеркала попал мальчику Каю в сердце и заморозил его. Мальчика с ледяным сердцем похитила зловещая Снежная Королева. Но девочка Герда, горячо любящая Кая, через все препятствия добралась до ее дворца, и ее слезы растопили лед.

Трудно ли нормальному человеку понять такой сюжет?

А вот продюсер «Замерзшего царства» Питер Дель Веко не постыдился написать, что когда начали работать над сценарием, то «было трудно понять этого персонажа или сочувствовать ему» (то ли Герде, то ли Снежной Королеве). Евгению Шварцу, написавшему очаровательную пьесу по сказке Андерсена, это было не трудно, а голливудским деятелям Андерсен непонятен!

Я даже думаю, что тут они не врут. Их промытым мозгам уже действительно недоступны понятия борьбы добра и зла, на которых держатся сюжеты большинства сказок мира — ведь по левацкой идеологии, добра и зла нет, они относительны. Им неприятна юная героиня с ее любовью к представителю враждебного класса — то есть, к мальчику, мужчине, угнетателю женщин. С этим классом идет серьезная война.

Конечно, очень хорошо, когда общество защищает свободу и честь женщины. Но ведь — «заставь дурака богу молиться», и он расшибет лоб, но, к сожалению, не только себе, а и другим.

Над лбами американских мужчин занесен дамоклов меч пресловутого sexual harassment, что означает cексуальные посягательства, домогательства, притеснения, а попросту — приставания. Это считается преступлением, и за него могут дать пять лет.

Наверно, правильно, что по жалобе семи женщин за эти приставания судили и выгнали с работы 70-летнего Филнера, мэра Сан-Диего. В самом деле: одну хлопал по заду. У другой слишком долго держал руку на колене. Голову третьей захватывал в борцовский зажим. Четвертую пытался поцеловать в ресторане. Провел пальцем по щеке пятой, вопрошая: «Есть ли мужчина в твоей жизни?», а узнав, что есть, попросил, чтобы этот мужчина за него, Филнера, голосовал. Шестой сказал, что она красивая, и он хочет встречаться. Наконец, видимо, начитавшись Ильфа, седьмой заявил без нюансов, что хочет видеть ее голой.

dianne-york-w.jpg

Бизнесвумен Диана Йорк, одна из жертв сексуального домогательства бывшего мэра Сан-Диего Боба Филнера
Бизнесвумен Диана Йорк, одна из жертв сексуального домогательства бывшего мэра Сан-Диего Боба Филнера, говорит, что когда делался этот снимок, Филнер положил руку на ее зад, и при этом в комнате были свидетели... Photo Courtesy: Dianne York/CNN
Бизнесвумен Диана Йорк, одна из жертв сексуального домогательства бывшего мэра Сан-Диего Боба Филнера, говорит, что когда делался этот снимок, Филнер положил руку на ее зад, и при этом в комнате были свидетели... Photo Courtesy: Dianne York/CNN
Филнер отделался легко: три месяца домашнего ареста, урезанная пенсия, три года под полицейским надзором. Плюс позор на всю страну и лечение у психиат­ра.

Надо честно признать — общество Филнера проморгало. Тем более важно повышать бдительность. В городе Кэнон-Сити (штат Колорадо, население 16 тысяч) защита женщин поставлена неплохо. Хантера Йелтона удалось вовремя разоблачить и навсегда занести ему в личное дело, что он сексуальный домогатель. Я видела Хантера в интернете. Он рассказал: «Это было на уроке. Мы читали, а я наклонился и поцеловал ей руку. Вот что случилось. Меня послали к директору. Я что-то сделал неправильно. Я прошу прощения. Я стараюсь хорошо вести себя в школе».

Хантеру шесть лет. Похож на цыпленка, голосок тоненький. Девочка, которая ему давно нравится и руке которой нанесен оскорбительный поцелуй — его ровесница. Мама Хантера говорит, что теперь он спрашивает у нее, что такое секс.

Так что мальчикам спуску не будет, и в жизни, и в кино.

Диснеевские вивисекторы проделали над Андерсеном операцию, про которую известный нам литературный персонаж с Патриарших прудов мог бы с полным правом воскликнуть: «Что же это у вас, чего ни хватишься, ничего нет!»

Девочку из бедной семьи Герду убрали как непонятную и не вызывающую сочувствия. Ее место заняла симпатичная принцесса Анна. Снежную Королеву выкинули, потому что злодейки женского пола в кино не нужны, да и вообще, как мы помним, зло — сомнительная категория. Вместо нее поднатужились и изобрели еще одну принцессу — Эльзу, старшую сестру Анны. Она очень хорошая (один критик написал «добрая и человечная»), только обладает «криокинетическими способностями». То есть, почему-то всех замораживает, особенно, если разгуляются нервишки. По словам того же продюсера, было решено построить все на отношениях сестер, чтобы «создать потенциал для углубления сюжета и эмоций, чего в начальном варианте нехватало». Андерсен, значит, не тянул на глубокий эмоциональный сюжет. Чего с него взять, с мертвого белого мужчины — устарел, как все эти классики, не соответствует задачам момента.

Конечно, вышвырнули и таких помогающих Герде персонажей как принц с принцессой, маленькая разбойница и Ворон с его невестой Вороной. Наверно, потому, что все они смешные. Вместо них для юмора придумали снеговика с морковкой вместо носа. Он действительно забавный, но не имеет никакого отношения к сюжету.

В детских играх Эльза — случайно, не нарочно! — немножко замораживает Анну. В ответ родители устраивают во дворце нечто вроде колонии строгого режима. Принцесс томят в одиночестве и взаперти, доступ во дворец закрыт, и так проходит несколько лет.

Король с королевой (олицетворение патриархальной, устаревшей, вышедшей из моды семьи) — персонажи незначительные и только путаются под ногами, поэтому авторы по-быстрому спроваживают их в путешествие, и они где-то за кадром благополучно тонут в море. Избавившись от родительского деспотизма, подросшие девицы открывают двери дворца и закатывают «парти» (то есть, извините, бал) по случаю коронации Эльзы. Наивная Анна совершает там большую ошибку — влюбляется в приезжего принца и желает выйти за него замуж.

По этому поводу нервы у человечной Эльзы опять разыгрываются, и она прямо на балу замораживает на сей раз — чего там мелочиться! — уже все королевство целиком. А сама убегает далеко-далеко на гору, и поселяется там в ледяном замке, сопровождая этот поступок песней про свою вновь обретенную независимость.

На поиски доброй морозильницы Эльзы пускается еще более добрая Анна. Их отношения напомнили мне знакомый советский тип сюжета — конфликт хорошего с лучшим. Зачем одна убежала, а другая ее разыскивает, все-таки остается не совсем понятным. Впрочем, ясно, что королевство неплохо бы разморозить.

Помогает принцессе встреченный в пути юноша Кристоф, но его презренную половую принадлежность искупает безукоризненное социальное происхождение. Он не принц какой-нибудь, а труженик-пролетарий, занимается физическим трудом. Рубит лед и возит его на олене — единственном персонаже, сохраненном из сказки Андерсена. В конце-концов обе принцессы возвращаются домой, и королевство оттаивает. Под финал авторы не забывают разоблачить принца-жениха Анны — он, конечно, оказывается коварным интриганом, мерзавцем и потенциальным убийцей. Если Анна и найдет счастье, то с ледорубом.

Весь этот бред до небес превозносит левая критика. Саймон Коламб пишет, что фильм «утепляет холодную классическую сказку» и называет его сюжет «новаторским». Одному рецензенту нравится, что в фильме есть принцессы, но нет положительных принцев. В другой статье написано, что фильм «развивает новую традицию выдвижения сильных и молодых женских персонажей».

Менее прогрессивные критики такого энтузиазма не испытывают. Джо Уильямс пишет, что в Голливуде теперь запрещено опираться на европейский фольклор, традициями которого вдохновлялись авторы классических сказок (нельзя, например, показывать ни колдовства, ни убийств). «Социальное измерение», которое есть у Андерсена, Голливуд тоже не интересует. Ему надо продавать игрушки, копирующие кино-персонажей. Сюжет фильма критик называет «кашей», считает, что он бессмысленный и холодный, как лед.

Критик Дэн Койс спросил у своей шестилетней дочери, про что эта картина. Девочка ответила — про то, как снеговик с оленем дерутся из-за морковки. Она, как и другие дети, не помнила, почему сестры ссорятся, чем отличаются друг от друга и за что их можно любить. Критик называет фильм ледяным кубиком, полым внутри.

Я вовсе не считаю, что в экранизации классических сказок нельзя вносить изменений. Но не лучше ли обновлять их осторожно, с уважением к оригиналу и с целью приблизить этот оригинал к юному зрителю, а не крушить его топором во имя господствующей политики.

Прогрессивные развлекатели обкрадывают несчастных детей, подменяя сокровища настоящих сказок бездарно слепленными кино-поделками.

Возможно, некоторым читателям покажется преувеличенной моя убежденность, что левая идеология не просто жива и бодра, а уже властвует — причем не только в Голливуде, но и вообще в американском обществе. Однако, это, к несчастью, именно так. Примеров тому тьма. Вот всего лишь один, который просто сбил меня с ног. Недавно мне на приеме у врача пришлось заполнять медицинскую анкету. Обычные вопросы — имя, адрес, возраст. Дошло до пола. На листке напечатано: «Пол: Мужской. Женский. Другой». (Male. Female. Other). Я решила, что только эта клиника позволяет себе такие веселенькие шутки. Но потом узнала — нет, такая форма теперь обязательна во всех медицинских учреждениях. Это им спустили такое указание. Кто эти указующие, и по какому праву они захватили власть?

Не так уж долго осталось ждать фильма по мотивам сказки Перро, где принцесса Золушка состоит в законном браке с доброй феей, дружит с добрыми сводными сестрами, тоже принцессами, и все вместе они разоблачают козни злого принца, сексуально домогающегося женщин при помощи непарной обуви из хрусталя.

На сайте «Гнилые помидоры» 86 процентов критиков и 91 процент зрителей одобряют «Замерзшее царство».

Нарисована и «оживлена» картина высоко профессионально, художники свое дело знают прекрасно.

*


***** — замечательный фильм

**** — хороший фильм

*** — так себе

** — плохой фильм

*— кошмарный