Джейсон Макиллеф: «Масло», или как создать нетленку

Опубликовано: 16 ноября 2012 г.
Рубрики:

 

Масло

Butter

Режиссер Джим Филд Смит

Я знала, что этот фильм не документальный, а художественный. Но пошла на него не столько из интереса к его художественным достоинствам, сколько желая посмотреть, что можно изваять из сливочного масла. Из рецензий было понятно, что в сюжете речь идет о состязании «масляных» скульпторов.

Необычное искусство лепки из масла возникло в молочном штате Айова и распространилось на другие штаты. В 1876 году фермерша из Арканзаса по имени Кэролайн Брукс представила на выставку, посвященную столетию США, свою «Мечтающую Иоланту» — бюст женщины с томным взглядом и пышными кудрями, искусно вылепленный из чистого сливочного. «Иоланта» имела огромный успех. Ее создательница впоследствии училась в Париже и Флоренции, а с масла перешла на мрамор.

Вплоть до 1930 года масляная скульптура переживала период расцвета. Ее развитию помогло появление холодильных установок, защищавших произведения от гибели. Скульптуры стали увеличиваться в размерах. В 1911 году Джон Дэниэлс показал на ярмарке штата Айова изваяние, представлявшее корову, теленка и юношу-фермера в натуральную величину. Во время экономической депрессии и войны масляная скульптура зачахла, но после войны возродилась. Ее сюжеты стали более изощренными — например, в 60-ые годы была создана многофигурная композиция «Тайная вечеря», и уж совсем неожиданный «Список Шиндлера».

В фильме «Масло» скульптуры присутствуют, хотя их могло быть и побольше. Но, к сожалению, присутствует и сюжет, сочиненный в 2008 году неким Джейсоном Микаллефом (Михалев? Михайлов?). Он так меня ошеломил, что захотелось узнать побольше про автора. Сведений о нем в интернете немного. «Масло» — его первый сценарий. На фотографии — молодой, темноволосый, в очках, неулыбчивый. Родом он из маленького городка в штате Вирджиния. До окончания колледжа не знал (так же, как многие другие люди), что для кино, оказывается, пишут сценарии, и есть такая профессия — сценарист.

Удалось раскопать написанный Микаллефом рассказ, опубликованный в интернете. Называется «Тимми, подай мамуле ее ружье». Похоже, что во многом он основан на подлинных детских воспоминаниях автора.

Jason Micallef w.jpg

Автор сценария фильма Butter Джейсон Микаллеф
Автор сценария фильма Butter Джейсон Микаллеф. Торонтский международный кинофестиваль. 12 сентября 2011 г. Photo by Alberto E. Rodriguez/Getty Images
Автор сценария фильма Butter Джейсон Микаллеф. Торонтский международный кинофестиваль. 12 сентября 2011 г. Photo by Alberto E. Rodriguez/Getty Images
Рассказчик — 12-летний мальчик из сельской местности в штате Вирджиния. В школу он ездит, вместе с другими детьми, на школьном автобусе, который водит негритянка по имени Чэстити (Целомудрие) Бевинз. Мальчик обожает Чэстити, все в ней вызывает его восторг. По слухам, Чэстити — бывшая стриптизерша, которая забила насмерть какого-то клиента. Она курит в автобусе и разговаривает исключительно матом. Под сиденьем у нее лежит бутылка виски, к которой она прикладывается, и ружье. В автобусе есть ограничитель скорости. Чэстити его сломала, чтобы ездить со скоростью 80 миль. Это позволяет ей заезжать по дороге в разные места по своим личным делам. Например, она останавливает автобус у трейлерного парка, выходит и стреляет в воздух. Ей открывает дверь человек в нижнем белье. Вскоре Чэстити — «без единой царапины», как отмечает рассказчик — появляется, садится за руль и объявляет детям: «Никогда не позволяйте, чтобы ваш бойфренд трахал вашу мать, даже если она заплатила ему за это 35 долларов!» Затем она сообщает, что ей надо заехать еще и к своей матери, чтобы «накостылять ей задницу», а уж потом берет курс на школу. Рассказчик ей очень симпатичен, она зовет его «карие глазки» и мечтательно вздыхает: «Будь ты на два годика постарше!» Мальчика умиляет ее могучий народный ум. «Точно, как нашему президенту (рассказ написан после первого избрания Обамы), Чэстити не нужны были всякие нахальные «ученые», чтобы объяснять, что правильно, а что нет». К политике у нее здоровое, мудрое отношение, которое она передает детям. «Республиканцы и демократы отличаются тем, что одни трахают нас в одно место, спереди (это место Целомудрие точно обозначает), а другие — в другое, сзади». Рассказчик сообщает, что ни один учитель не оказал на него такого сильного влияния, как замечательная Чэстити.

Читая этот литературный порт­рет представительницы народа, полный любви и мягкого юмора, я не могла не обратиться мыслями к Марку Твену. Что там всякие старые дедушкины бараны и скачущие лягушки из Калавераса! Все это безнадежно устарело. На смену пришло новое, раскованное поколение и его новый, веселый задор. Но имя Твена сохраняется как бренд. Думаю, что мы можем дожить до страшного дня, когда премия его имени будет вручаться Джейсону Микаллефу. Ведь вручили эту престижнейшую премию (ее имеют только полтора десятка американцев) два года назад молодой посредственной актрисе и сценаристке Тине Фей. На пышном торжестве, транслировавшемся по общественному ТВ, показали несколько написанных и сыгранных ею скетчей. В одном девица приглашает ухажера к себе домой на ужин. После ужина извиняется, что на минуту его покинет. От порыва ветра распахивается дверь клозета, и ухажер видит девицу восседающей на унитазе. Конец. В другом скетче — пародии на рекламу — женщинам предлагают средство, принимая которое, они будут иметь месячные всего раз в году. Дамы в восторге, но когда наступает этот раз в году, они приходят в бешенство и колотят всех вокруг.

Твен, конечно, вертелся в гробу от зависти к юмору Тины Фей и ее блистательному таланту, о котором говорили все выступавшие. Но, разумеется, на самом деле премию ей дали за то, что она — если надеть на нее очки и парик — похожа внешне на Сару Пейлин. Передразнивая Пейлин по телевизору перед президентскими выборами 2008 года, Тина Фей вызвала бешеный восторг левых и, как они считают, внесла большой вклад в избрание их кумира.

Так что, возможно, настанет когда-нибудь и очередь Микаллефа. Во всяком случае, он на верном пути. Пока что Микаллеф был удостоен стипендии имени Дона и Джи Николлов. Дон был сценаристом и телепродюсером. После его смерти вдова учредила стипендию его имени (Nicholl Fellowship) для одаренных начинающих сценаристов. Пять авторов лучших сценариев получают по 35 тысяч долларов и известность в Голливуде. В 2008 году на конкурс было представлено 5 224 сценария. «Масло» Микаллефа вошло в первую пятерку и быстро нашло продюсера — знаменитого и очень либерального Харви Вайнштейна. Этот факт сам по себе точно указывает, в каком направлении движется американский кинематограф. Обычно сценарии мыкаются по Голливуду годами и даже десятилетиями.

Сюжет «Масла» следующий. Некий житель Айовы Боб Пиклер замечательно лепит из этого продукта и завоевывает первые места на конкурсе несколько лет подряд. Но Микаллефу такое положение дел кажется несправедливым — очевидно, потому, что нарушает законы всеобщего равенства. Боб человек обеспеченный и живет в хорошем доме с женой Лорой и с дочерью от первого брака. Да еще лепит и премии получает! Это не порядок. Поэтому в сценарии придумано, что руководители конкурса говорят Бобу — хватит ваяний, другие тоже хотят, и запрещают ему соревноваться дальше. Это в фильме изображено как нормальное и правильное действие.

На конкурс подают достойные представители народа. Во-первых, это местная шлюха Брук, которая разок утешила расстроенного Боба. Потом она является к нему домой и с матерными воплями ломится в дверь, поскольку считает, что ей недоплачено шестьсот долларов за ее услуги. Такой персонаж Микаллефу явно очень симпатичен (образ Брук явно перекликается с незабвенной шофершей Целомудрие, только Брук белая). Вторая претендентка — десятилетняя чернокожая девочка с многозначительным именем Дестини (Судьба). Эту героиню сценарист просто обожает. Она мудра, красива, серьезна и необычайно талантлива. В младенчестве она, как мы узнаем позже, была брошена матерью-наркоманкой. Воспитывалась в приемных семьях белых людей, которые обращались с ней хорошо. Поэтому всех белых считает «чокнутыми». Наконец, попадает к белой супружеской паре, которая просто души в ней не чает. В школе белые учителя и дети носятся с ней, как с писаной торбой. Маленький белобрысый мальчик спрашивает Дестини: «Ты знаешь черных людей?» и, получив утвердительный ответ, восклицает: «Они все такие клевые!» Несмотря на влюбленного мальчика и всеобщее обожание, Дестини в мыслях называет белых не иначе как принятой у черных презрительной кличкой «крэкеры». Так она выражает благодарность за то, что крэкеры cпасли ее из гетто и взрастили.

Третья, гадкая участница конкурса — это Лора, жена чемпиона Боба. Эта дама вдруг тоже оказывается специалисткой по масловаянию. Но ей это нужно для того, чтобы пробиться в губернаторши. Масляный конкурс почему-то становится ареной борьбы за власть. Известная актриса Дженнифер Гарнер в роли Лоры вынуждена играть немыслимо грубую и примитивную карикатуру на консервативных политических деятельниц — то ли на Сару Пейлин, то ли на Мишель Бахман. Ну, а кто в этой политической притче подразумевается под главной соперницей Лоры — под этой мудрейшей и талантливейшей чернокожей девочкой по имени Судьба, объяснять не надо.

Конечно, Лора и ей подобные не способны на честную игру. Поскольку победить Судьбу на конкурсе не удается, Лора находит старого поклонника (в этой маленькой кошмарной роли снялся знаменитый Хью Джекман, совершенно неузнаваемый) и в обмен на секс требует, чтобы он публично обвинил гениальное дитя в мошенничестве. Поклонник, полный идиот, выполняет требуемое. Потом он смешит зрителей забавными размышлениями о том, какие изменения претерпел половой орган Лоры за последние годы и догадкой о том, чем они вызваны. Даже в благожелательном кинозале, где мне пришлось мучиться за свои деньги, этот изящный монолог не вызвал обычного хихиканья.

Тем временем юная девушка — падчерица Лоры — знакомится сo шлюхой Брук, которая не перестает ломиться к ним в дом со своими денежными претензиями. Девушка сообщает проститутке, что та является ее идеалом и воплощает все лучшее на свете, и они, естественно, предаются лесбийской любви.

После того, как социальная работница сообщает приемным крэкерам Судьбы, что мать девочки умерла от наркотиков, дитя с чувством ваяет скульптурный портрет чернокожей женщины с младенцем. Лоре с ней не сравняться, тем более, что ее скульптура изображает всего-навсего автомобиль президента Кеннеди в момент убийства. Предприняв еще одну мерзкую попытку подставить ножку сопернице, Лора терпит поражение. Хотя злодейка под покровом ночи растопила паяльной лампой лицо масляного младенца, шедевр Дестини и в растопленном виде вызывает восторг у судей. Победившая Судьба неожиданно и совершенно необъяснимо вдруг заключает Лору в объятия, доказывая, что она не только могучий талант, но и вместилище необъятной доброты.

Просмотрев эту неописуемую нетленку, я не могла отделаться от желания увидеть тех людей, которые, глазом не моргнув, выделили ее из пяти тысяч сценариев и присудили ее автору премию в 35 тысяч, чтобы он мог и дальше развивать свой талант. Конечно, мне их никто не показал. Но я нашла звукозапись интервью Микаллефа, которое у него взял тележурналист Мартинес с общественного телевидения КСЕТ. Он спросил, как возник замечательный замысел. Микаллеф чувствовал себя раскованно, среди своих (КСЕТ — канал с левым уклоном), и поведал, что, как  многие хорошие замыслы, все началось с марихуаны. Мартинес разразился ласковым, понимающим смехом, Микаллеф тоже тепло посмеялся. Оказывается, он со спутниками летом ехал под балдой по Айове, температура была 110 градусов, и вдруг они увидели помещение выставки, где вовсю работал кондиционер. Вошли туда, спасаясь от жары, там он и увидел впервые в жизни масляные скульптуры. А затем, когда собрался сочинить политическую сатиру, вспомнил про это дело. Почему, спросил Мартинес, политическая сатира? Чувства подсказали, сообщил Микаллеф. Лора — представительница консервативной идеологии. Все у нее было в порядке, и вдруг теперь все отнимают. Была в верхнем слое общества, а теперь это зашаталось. Брук отнимает у нее сексуальность, а Судьба показывает, что может наступить другой, лучший порядок. Вот она и сопротивляется.

Затем Микаллеф сообщил, что про стипендию Николла ему сказал приятель, и он сваял свой сценарий за один день. Теперь он уже известный сценарист, и работает над телефильмом под названием «Сволочи» (Bastards). А многие скульптуры в фильме «Масло» сделаны вовсе не из масла. Один человек в Лос-Анджелесе по заказу лепил их из воска.

Мне очень понравилось, как точно, хотя и несколько косноязычно, Микаллеф изложил программу членов культа Обамы. Это крестовый поход против консерваторов — то есть, тех, кто верит в Америку. Лора там у него все время восклицает: «Я верю в Америку!» У всех таких надо отнять, чего можно, включая сексуальность, и по возможности ввергнуть их в ничтожество. Хватит уже этой веры в ихнюю негодящую Америку, которую наш президент Судьба поклялся «радикально трансформировать», то есть, практически, свести на нет. Мы наш, мы новый мир построим. Известно, кто там станет всем.

Пятого ноября, за день до нынешних выборов, я услышала по нашему вражескому консервативному радио — а потом и воочию увидела на интернете — выступление Обамы перед его сторонниками в Огайо. Когда президент упомянул имя Митта Ромни, в толпе раздался злобный гул. «Нет, нет! — воскликнул глава свободного мира. — Не гудите, голосуйте. Голосование — лучший способ мести!» Мести?! Собственным согражданам? За что именно? По отношению к мусульманским террористам мистер Обама ни разу не употреблял слово «месть». Даже когда они, почуяв его слабину, впервые после 9/11 стали вовсю истреблять американцев, в том числе послов. Когда перед Обамой не торчит экран суфлера, он иногда дает волю своим подлинным чувствам... А через день после выборов наша «Лос-Анджелесская Правда» в пылу восторга не удержалась и проболталась об истинном смысле левацкой «платформы». В статье под набранным огромным шрифтом заголовком «Победа Обамы демонстрирует фундаментальный сдвиг среди избирателей» написано: «Выборы, вернувшие Обаму на его пост, явились безошибочным сигналом того, что с гегемонией белого не-гомосексуального мужчины в Америке покончено». (Los Angeles Times, Nov.8, 2012, page AA1). Ура.

Эту несложную программу — антибелый расизм — выражает и фильм «Масло», причем в исключительно бездарной форме. На сайте «Гнилые помидоры» 34 процента положительных отзывов критики и 51 процент — зрительских.

*

 


 

***** — замечательный фильм

**** — хороший фильм

*** — так себе

** — плохой фильм

*— кошмарный