Не давайте Тоби овса
Размышляю над подписанным российским президентом законом, по которому американцам отказано усыновлять российских сирот.
Первое, что приходит в голову, что «реакция» никак не соответствует «стимулу».
Хотели уязвить Америку, а ударили... Понятно, по кому ударили.
Мне этот финт напомнил реплику взбалмошной, чем-то расстроенной барыни из чеховского «Медведя»: «Не давайте Тоби овса!». Расстроена – она, а страдать должна бедная лошадка.
Российские сироты выступают нынче в роли Тоби.
46 малышей, которых уже должны были взять приемные родители, останутся в Детских домах.
Кто измерит бездну горя, обиды, ярости этих детей, получивших от родного государства такой жестокий, такой смертельный «новогодний подарок»?
Чего хочет ребенок из Детского дома больше всего?
Подарков? Игрушек? Сластей?
Конечно, нет, хотя удочеренная американцами девочка Алена, о которой я уже писала, первое время никак не могла наесться и наиграться.
Больше всего ребенок из Детского дома хочет, чтобы у него отыскались мама и папа.
Только железные сердца этого не знают. Те, кто думают, что, отдав распоряжение о выделении дополнительных средств, о налоговых льготах и включении новой графы в административную отчетность, они автоматически обеспечат решение проблемы. Какая смешная, какая дикая логика!
Чтобы взять ребенка из детдома, нужно этого очень хотеть. Нужно хотеть спасти, осчастливить, подарить новую прекрасную жизнь. У большинства американцев наличествует именно эта мотивировка.
И они могут этого добиться даже с больными детьми. У них есть такие возможности. Они могут себе позволить водить ребенка в бассейн с русскоговорящим тренером, решать возникающие проблемы с помощью консультанта-психо-терапевта, обеспечить высококачественное лечение, достойное обучение и отдых для «приемышей» (говорю, опираясь на опыт нескольких американских пар, которые брали у меня уроки русского языка перед усыновлением ребенка из России).
А что в сегодняшней России? Нет, совсем не потому россияне не хотят брать детей из Детских домов, что черствы сердцами или лишены патриотических чувств. Просто в сегодняшних условиях это равносильно для них подвигу.
Ты попробуй своих воспитай – подними, поставь на ноги. Так говорят в России, описывая родительский труд, усилия по воспитанию детей. Часто этот труд не приносит результатов, дети вырастают бездельниками, неблагодарными, спиваются, становятся наркоманами... И это свои, а если чужие? К тому же больные, нуждающиеся в постоянной помощи? С синдромом алкогольного зачатия? Дауны?
Что-то я не видела даунов на российских улицах, куда они деваются?
А в Америке очень часто вижу их в магазинах, они складывают продукты в сумки покупателей, работают. Они общаются с продавцами и покупателями, смеются, они перестают быть беспомощными инвалидами... Американское общество не видит в этом ничего странного.
Помню одну сцену в «Крутом маршруте» Евгении Гинзбург.
Женю, в лихорадке, с высокой температурой, выносят с парохода, набитого зеками, на дальневосточный берег. Носилки ставят на землю. Впереди – только смерть, и она, глядя на звезды, прощается с жизнью. Но случается чудо. Жена начальника лагеря подбирает умирающую женщину и начинает ее выхаживать, кладет в чистую постель, кормит белым хлебом. Умирающая оживает.
Но чудо не может длиться вечно. Вернув Женю к жизни, жена начальника лагеря должна возвратить ее в лагерь - на голод, холод и унижения.
Приемные родители не в силах изменить среду, в которой живут они и будет жить их приемное дитя. А среда эта мало приспособлена для воспитания больных, психически уязвимых сирот.
Пока что вся система российской жизни препятствует усыновлению.
Государство пыжится в своих патриотически-бюрократических попытках решить проблему, но боюсь, все получится как всегда.
Постановления о сиротах будут выполняться лишь на бумаге, отпущенные деньги будут разворовываться, общественность постараются устранить от какого-либо участия, чиновники займутся более насущными и деньгоемкими вопросами, а дети... дети останутся со своей бедой, со своим сиротством.
Безумно жаль тех ребятишек, кто уже видел себя в своих снах не брошенным сиротой, а любимым ребенком мамы и папы.
Жаль и американские пары, уже примерявшиеся к построению совместного счастья с усыновленным дитятей, строил планы, как вылечить, обогреть, учил русский язык, углублялся в изучение русской культуры, к которой впоследствии думал приобщить приемного ребенка...
А если задуматься, приобрела или потеряла Россия, приняв этот «антиамериканский» закон, как кажется, ответ будет однозначным...
***
Свободу Михаилу Ходорковскому и Платону Лебедеву!!!
