Восемь вечеров с Вячеславом Всеволодовичем Ивановым
Про него всегда было известно: умница, полиглот, эрудит. Просто честный человек, отказавшийся клеймить Пастернака и выгнанный за это из МГУ.
Лингвист, филолог, специалист по сравнительному языкознанию, переводящий с 18 языков.
Знает, где именно в Африке родилась та первоженщина, от которой пошел весь род человеческий.
Когда можно его послушать - слушаю, прочитать – читаю.
Эти восемь вечеров на канале КУЛЬТУРА он рассказывал о родителях – писателе Всеволоде Иванове и матери – актрисе и переводчице Тамаре Ивановой, знакомых, друзьях.
В число последних входили Горький и Эйзенштейн, Хлебников и Шкловский, Михаил Зощенко, Петр Капица, Николай Заболоцкий, Анна Ахматова, Борис Пастернак... Пастернаку, человеку очень для Комы близкому, – Комой Вячеслава Всеволодовича звали друзья - посвящены две передачи.
Ощущение такое, что он мог бы говорить еще и еще – так неисчерпаема его внутренняя вселенная (название цикла - «Вселенная Вячеслава Иванова»).
Вот отдельные мысли и замечания из этих передач:
- Колчак, по рассказам Всеволода Иванова, обещал: «Возьмем
Петроград - Горького повесим. И Блока повесим».
- Однажды после революции Всеволод Иванов – единственный – присутствовал на лекции Блока о немецком романтизме. За лекцию полагался паек, после лекции Блок расписался в ведомости и ушел.
- Ахматова говорила: «Сейчас принято ругать Горького. Но без него мы бы просто погибли, умерли бы с голоду».
- На встрече с Эйзенштейном и Черкасовым после просмотра первой серии «Ивана Грозного» Сталин сказал, что у русского царя была всего одна ошибка - нужно было уничтожить ВСЕХ бояр.
- Заболоцкий переписывался с Циолковским. Письма не сохранились. После ареста, попав в лагерь, был занят на земляных работах. В лагере, на работах, чтобы спастись, в уме перелагал в стихи древнерусский текст «Слова о полку Игореве», который помнил наизусть. Вечером в бараке записывал сочиненное. (Похоже на работу Татьяны Гнедич над переводом «Дон Жуана» Байрона – в тюрьме по памяти переводила главу за главой, сначала даже не имея бумаги и карандаша).
- Когда Даниила Хармса арестовали, его друг Яков Друскин пришел к нему на квартиру и собрал все разбросанные после обыска рукописи, устилавшие пол, так сохранился архив Хармса.
- Будетлянин Хлебников в 1912 году напечатал предсказание: в 1917 году одна империя погибнет. В отличие от Маяковского, указавшего на 1916 год, Хлебников не ошибся.
Хлебников в недавно изданных «Досках судьбы» с помощью чисел пытается объяснить историю.
- Виктор Борисович Шкловский, заклейменный словечком «формалист», – фигура мирового масштаба (присоединяюсь).
- Петр Леонидович Капица спас из застенков Ландау, написав Сталину, что не может работать без физика-теоретика. Перемены (в годы Оттепели) стали возможны, потому что физики, добившись для себя автономии, помогали искусству выйти на свободу.
- Пастернака во время гонений после публикации на Западе «Доктора Живаго» защищал старый переделкинский сторож Смирнов, говоривший на собрании в поселке, что Борис Леонидович – хороший человек.
- Когда началась травля Пастернака, к дому подъехала машина, там сидел человек в форме. Машина сначала стояла далеко от дома, потом совсем близко. Посетители боялись приходить к БЛ, один человек, испугавшись слежки, пробрался к Пастернаку через дымоход.
- Лиля Брик рассказывала, что Пастернака однажды заставили подписать какое-то письмо. Кто-то подошел и посмотрел - увидел подпись: Свистунов.
И последнее. Про Ивана Павлова. Тот, по словам Петра Капицы, утверждал: «Наша страна так устроена, что обязательно хотя бы один человек должен быть честным».
Честный человек Вячеслав Всеволодович Иванов рассказал о честных людях – Борисе Пастернаке, Петре Капице, Якове Друскине, стороже Смирнове...
Сам Вячеслав Иванов в моем сознании – это тот, кто сегодня служит объединяющим началом для науки и искусства. А еще - благодаря ему не прерывается «нить дней», прошлое соединяется с будущим. Хотела бы, чтобы телевстречи с ученым продолжились.
Отрывок из фильма "Вселенная Вячеслава Иванова":
***
Свободу Михаилу Ходорковскому!
