Все познается в сравнении...

Опубликовано: 3 декабря 2004 г.
Рубрики:

Мой покойный отец не говорил по-итальянски, но любил цитировать итальянскую пословицу, когда он слышал то, во что ему трудно было поверить: “Si non e vero, e ben trovato”. Я хорошо помню его улыбку, когда он изрекал эту народную мудрость, означающую: “Даже, если это не правда, то хорошо придумано”. Я точно также отреагировал, когда в 1950-ых г.г. “холодная война” становилась все холоднее, на полусерьезное предложение президента Эйзенхауэра забросить в Советский Союз десятки тысяч каталогов универмага Sears с воздуха:

“Только позвольте русским домохозяйкам увидеть то, что доступно в Америке не для миллионеров, а для обычных американцев, и они возьмут Кремль голыми руками”.

Я помню, как в моем воображении эскадрильи американских самолетов летели над Россией, сбрасывая десятки тысяч каталогов, а толпы озверевших домохозяек, воодушевленные одним только видом стиральных машин, пылесосов и кружевных покрывал, идут на штурм Кремля. Представляя себе эти “живые картины”, я думал: “Si non e vero, e ben trovato”.

Этого никогда не случилось. Но случилось нечто другое — транзисторная революция. Внезапно, в 1950-ых и 1960-ых годах появились дешевые портативные транзисторные радиоприемники, которые были доступны людям, не имевшим возможности приобрести стиральную машину или пылесос. Транзисторная революция переросла в информационную.

Индейцы в горах Эквадора, крестьяне на отдаленных филиппинских островах, бушмены в африканских пустынях, — люди, которые никогда не уезжали дальше, чем за 20 миль от мест своего рождения, получили возможность услышать о жизни тех, кто жил в других странах с чистой водой, телефонами, огромным ассортиментом продуктов и одежды, хорошими домами со всеми удобствами и свободой выбора для себя и для своих детей.

Радиопередачи сделали то, что могли сделать каталоги универмага Sears, так никогда и не попавшие в руки советских домохозяек. Эти передачи заставили их сомневаться в том, что советское общество было самым богатым и самым свободным обществом на земле, что они жили лучше всех в мире, что люди в других странах голодали и страдали от жестокого притеснения. Из этих передач советские люди узнали, что никому за границей и в голову не приходило надеяться на то, что Советский Союз освободит их от капиталистического ига.

Транзисторная революция дала доступ к информации. И информация, полученная людьми по всему миру, заставила их думать по-другому: “Жизнь в других странах намного лучше нашей. Мы тоже хотим так жить”. Хотя и невозможно определить качественный и количественный диапазон изменений, вызванных транзисторной революцией, я уверен, что она в значительной степени ответственна за уход в небытие колониализма и южноамериканских диктатур и, в конечном счете, за распад Советского Союза, ибо никто из них не выдержал сравнения, как только это самое сравнение стало возможным.

А теперь перенесемся в настоящее. Головоломные истории о Северной Корее начались где-то в августе 2004. Прошли слухи о дезертирующих генералах, ограничении культа личности “дорогого вождя” Ким Чен Ира (Kim Jong Il) и даже о появлении в общественных местах листовок, критикующих правительство.

В то время, как даже китайское политбюро облачилось в костюмы от Армани и в галстуки от Версаче, в Северной Корее продолжаются суровые будни типично сталинского режима. Там по-прежнему запрещены письма и посылки из-за границы, международные звонки по телефону, эмиграция и общение с иностранцами без соответствующего наблюдения. Не разрешается пользование мобильными телефонами и прием радиопередач из-за рубежа. Согласно оценочным данным, за последнее десятилетие свыше 4 миллионов человек умерли от голода, а 10 миллионов заключены в корейские гулаги.

И вот теперь, портреты Ким Чен Ирa начали исчезать из общественных мест, хотя портреты его покойного отца “великого вождя” Ким Ир Сена (Kim Il Sung) по-прежнему висят. Официальные объяснения разнятся от абсолютного отрицания: “Ничего не происходит” до запутанных оправданий: “Портреты устарели, их надо подновить”. В оправдания поверить трудно, так как в этой стране многие были посланы в гулаги лишь за то, что у них висели запыленные или не совсем опрятные портреты вождя.

Японские агентства новостей сообщили о жестоком преследовании людей в пограничных городах, пытавшихся передать письма иностранцам или использовать мобильные телефоны, чтобы связаться с внешним миром.

Никто, кажется, не знает что за всем этим стоит. Может это военный переворот, поддерживаемый Китаем? Может, борьба внутренних сил? Может, попытки Ким Чен Ира переструктурировать ползущую по швам экономику?

Нарушив неписанное табу на разговоры об “изменении режима” в Северной Корее, известный японский политический деятель, генеральный секретарь Либеральной демократической партии Шинзо Абе сказал в своем выступлении на телевидении Фуджи: “Пока председатель Ким Чен Ир управляет правительством, мы должны вести переговоры с ним, но становится все более сомнительно, будем ли мы способны достигнуть чего-нибудь с этим правительством. (выделено мной — С.Ф.). Я считаю, что мы должны иметь в виду возможность изменения режима и мы должны начать рассматривать перспективы различных вариантов”.

Так что общего имеет это с отправкой каталогов Sears в Россию и транзисторной революцией? А вот что: 18 октября 2004 года президент Буш подписал мало кем замеченный и практически полностью проигнорированный СМИ “Акт о правах человека в Северной Корее”. Этот акт предусматривает предоставление 2 миллионов долларов ежегодно в течение последующих 4 лет (гроши, конечно, по сравнению с остальными нашими затратами) на контрабандный ввоз сотен тысяч крошечных радиоприемников в Северную Корею. Эти приемники должны пробить брешь в изоляции страны от всего остального мира, будучи альтернативой официальным радиопередачам, транслирующим бесконечные похвалы сталинистскому руководству. В своей официальной реакции на этот Акт режим Ким Чен Ира уже объявил, что эти маленькие радиоприемники будут передавать “гнилую империалистическую реакционную пропаганду, чтобы подорвать устои нашей страны”.

Я надеюсь, что так оно и будет.