За шесть лет, которые Грехам Леггет проработал директором Сан-Францисского кинообъединения, ему удалось многое. До Грэхема деятельность кинообъединения сводилась, по-существу, к подготовке и проведению ежегодного кинофестиваля. Сегодня Сан-Францисское кинообъединение предлагает несколько учебных программ для начинающих кинематографистов, спонсорство в работе над документальными проектами, гранты молодым сценаристам. Кроме того, объединение обзавелось своим собственным кинотеатром, показывающим в течение года значительные работы как с прошедшего фестиваля, так и те, что по тем или иным причинам в программу Сан-Францисского фестиваля включены не были.
В марте 2010 года, за несколько недель до 54-го фестиваля Леггет узнал, что он болен раком. Заболевание оказалось в стадии безнадёжной. Леггет проработал в кинообъединении до марта 2011 года. В августе 2011 года, пятидесяти лет, он скончался.
Проявив чудеся оперативности, совет директоров объявил в конце октября 2011 года, что место директора кинообъединения согласился занять один из видных деятелей кинобизнеса Бингхам Рэй. Бывший президент United Artists, основатель компании October Film (на счёту которой «Секреты и ложь» Майкла Ли, «Разбивая волны» Ларса фон Триера, фильмы Роберта Олтмана, Дэвида Линча), Рэй несомненно мог поддержать репутацию Сан-Францисского кинофестиваля.
7 ноября 2011 года Бингхам Рэй вступил в должность, а 23 января 2012 года Рэй, которому было 57 лет, скончался после инсульта, случившегося во время фестиваля Санданс.
После смерти Рэя временно исполняющей обязанности директора Сан-Францисского кинообъединения была назначена бывший Президент совета директоров Мелани Блюм. А основная работа по подготовке очередного фестиваля легла на плечи директора программы Рахили Розен и её молодых помощников.
Так что нынешний фестиваль несёт на себе отпечаток вкусов и пристрастий – и возможностей, но об этом дальше - нескольких людей разного опыта и различных поколений.
Ежегодно фестиваль присуждает призы за вклад в киноискусство режиссёру, актёру, сценаристу, человек пропагандирующему кино (критику, архивисту, куратору) и несколько неопределённый приз «За оригинальный взгляд» (или можно сказать «За последовательность видения», Persistence of Vision).
Режиссёрский приз – до 2003-го года он назывался призом имени Куросавы, а теперь это «Приз имени основателей фестиваля» – будет в этом году вручен Кеннету Брана, который, таким образом, попадает в одну компанию с Куросавой, Робертом Брессоном, Марселем Карне, Мануэлем де Оливейрой (впрочем, в разное время в неё затесались и такие не слишком симпатичные личности как Оливер Стоун и Спайк Ли).
Приз «За оригинальный взгляд» достанется известной американской документалистике Барбаре Коппел, чьи фильма дважды получали Оскара («Графство Харлан, США» в 1976, «Американская мечта» в 1991). Среди предыдущих лауреатов этого приза и унылые авангардисты вроде Мэтью Барни и Гая Мэдина, и замечательные мастера - Роберт Франк, Эррол Морис, Иохан Ван дер Кукен, Ян Шванкмайер.
Приз за пропаганду кино, называемый «Призом имени Мэла Новикова», присуждён в этом году знаменитому французскому куратору, критику и историку кино Пьеру Рисенту. Среди обладателей этой награды Андреас Сарас, Джим Хуберман, Роджер Эберт, Наум Клейман, а также, в 1989 году, Союз кинематографистов СССР (за работу по выпуску «полочных» фильмов).
«Приз Мориса Канбара», присуждаемый сценаристам, достанется в этом году Дэвиду Вебу Пиполс, автору сценариев таких фильмов как «Бегущий по лезвию» Ридли Скотта (Blade Runner, 1982), «Непрощённый» Клинта Иствуда (Unfogiven, 1992), «Двенадцать обезьян» Тери Гильяма (Twelve Monkeys, 1995).
Актёрский приз на фестивальной пресс-конференции объявлен не был, и я не думаю, что фестивальная команда держит имя лауреата в секрете для того, чтобы устроить нам сюрприз. Видимо, с предполагаемым лауреатом ещё не удалось договориться о времени его визита в Сан-Франциско. А может быть он (или она) ещё размышляет – принять ли эту награду.
Дело в том, что фестиваль в Сан-Франциско – хоть это и старейший фестиваль на американском континенте - не очень-то влияет на кинорынок. А просто воспользоваться случаем, чтобы приехать в Сан-Франциско – об этом врядли мечтают бывалые кинематографисты. Они двадцать раз здесь уже бывали. В старые добрые времена при многолетнем директоре фестиваля Питере Скарлете, гости приезжали к своим, к друзьям – такова была атмосфера фестиваля. Это были личные знакомые и друзья Питера, фестивальной команды, местных кинокритиков и киноведов, университетской кинопублики из Беркли и Стэнфорда: Крис Маркер, Отар Иоселиани, Душан Макавеев, Харви Кайтел, Вернер Герцог, Вальтер Саллес, Шон Пен, Вим Вендерс и многие другие. После уходя Питера Скарлета в парижскую Синематеку (потом в Нью-Йоркскую Трайбеку, а теперь в Абу Даби) ситуация изменилась. Клубная атмосфера, непринуждённость общения – всё это уступило место корпоративным правилам, когда каждый участник фестиваля, каждый журналист и каждый зритель одарены улыбкой, всё чётко работает, но, на мой вкус, работает как-то безлично.
Может быть именно об этом думал совет директоров, приглашая на должность директора кинообъединения Бингхама Рэя. С его связями и личными знакомствами он, несомненно, мог бы внести в отлаженный Грэмом Леггетом механизм элемент живого общения, а то и фестивального шика.
После смерти Рэя молодая фестивальная команда выбрала вероятно единственный доступный для неё путь: сделать ставку на молодых режиссёров и на кинодокументалистику, то есть, на фильмы, которые, с одной стороны, более или менее легко получить для фестиваля, с другой, могут быть интересны различным национальным и культурным группам Сан-Франциско. Разумеется Сан-Францисский фестиваль для этого и придуман – это не фестиваль для кинематографистов, а фестиваль для публики. Но всё же с большим или меньшим успехом руководители фестиваля ежегодно пытались сделать его не только культурным событием города, но и кинематографическим событием.
В нынешнем году, по-моему, этого не случилось.
Я могу быть неправ, тем более, что большая часть фильмов мне неизвестна, а имена режиссёров мне ничего не говорят. Но опыт подсказывает, что кинематографических событий на фестивале не предвидится.
При первом просмотре фестивальной программы человек, интересующийся кинематографом, обратит внимание на фильм Френсиса Форда Копполы «Твикст» (TWIXT) и картину Ричарда Линклатера «Берни» (Bernie); наверное его заинтересует новый фильм Мэтью Касссовица(Rebellion). Это немного, но на самом деле ещё меньше, потому что фильмы Копполы и Линклатера уже в прокате и тот, кому любопытно, мог посмотреть их до фестиваля.
Как бывший житель советской империи, я разумеется интересуюсь фильмами из России и из стран Восточной Европы. Их в этом году немного. Из России два. Точнее даже не два, а один и одна треть. Я говорю о «Мишени» (Target) Александра Зельдовича и о фильме «Четвёртое измерение» (The Fourth Dimension), состоящем из трёх новелл, поставленных Хармани Корин из Америки, Алексеем Федорченко из России и Яном Квисиньским из Польши. Из бывших советских республик в этом году только один фильм: Украинско-Немецко-Французско-Польская картина «Земля забвения» (Land of Oblivion). Режиссёр – израильтянка Мишель Багоним, а в главной роли Ольга Куриленко (игравшая в последнем фильме бондианы «Квант милосердия»). Тема - Чернобыльская катастрофа. Прибавьте сюда мультипликационный румынско-польско-французский фильм Анки Дамиан «Крулиг – путь за пределы» (Cruling – The Path to Beyond) о румыне, который объявляет голодовку в польской тюрьме, и это будет всё.
Всего четыре фильма. Такого ещё не бывало. Речь не о нынешнем состоянии кино в Восточной Европе (по-моему, по крайней мере в России и в Румынии всё же есть из чего выбирать), речь о том, что Восточная Европа перестала быть объектом пристального внимания и специального интереса. Для нынешнего двадцати-тридцатилетнего американского зрителя, что Польша, что Испания, что Южная Корея. Ни про какую Берлинскую стену, социалистический лагерь, Империю зла он не знает и не думает об этом.
(Справедливости ради всё же добавлю, что Рахиль Розен хотела включить в фестивальную программу «Елену» Александра Звягинцева, но американский прокатчик фильма решил не давать его фестивалю, поскольку картина в мае уже будет в кинотеатрах).
Откроется фестиваль костюмной драмой Бенуа Жако «Прощай, моя королева». Этим же ударным фильмом, который, насколько я понимаю, по замыслу автора должен нравиться и массовой аудитории и любителям авторского кино, открывался и Берлинский фестиваль нынешнего года. А на закрытии фестиваля будет показан документальный фильм Рамоны Диаз «Не переставай верить» о филипинской рок-группе «Zoo», ставшей знаменитой после того, как музыканты поместили запись их концерта на You Tube.
