Вирджиния — музей американской истории

Опубликовано: 16 февраля 2011 г.
Рубрики:

Хотя в Вирджинии находятся крупнейшие в США технологические парки, а ее северная часть входит в метрополию столицы США, ее называют и «маленькой Ирландией» — за сходство не только по этническому составу населения, но и географическое: бескрайние сочные луга с лениво струящимися реками и невысокие, покрытые лесами то ли горы, то ли холмы. Идиллию дополняют очаги сельской жизни — поселения, за минувшие со времен колонизации столетия так и не добравшие статуса настоящих городов. То есть это и есть типичная одноэтажная Америка, провинциальная, скучновато-спокойная. Можно подумать, что здесь вообще забыли про бег времени и прогресс. Весь уклад сельской жизни течет по накатанному руслу. Одни рутинные обязанности сменяют другие, и так изо дня в день, из года в год.

Но это — обманчивое спокойствие, вернее — затишье после бури. Когда-то, не так уж и давно, тут кипели страсти, гремели выстрелы и лилась кровь. Тут творилась сама История, шло зарождение и кристаллизация американской нации.

 

Долина Шенандоа

Наглядной иллюстрацией может служить долина Шенандоа — ее многострадальная сокровищница. Узкая и длинная, она живописно устроилась в мягком ложе между шестью десятками невысоких вершин Аппалачских гор, густо заросших смешанными лесами. В лесах водились в изобилии звери и птицы, а в долине полным ходом развивалось сельское хозяйство. Во второй половине XIX века сюда ворвалась вместе с Гражданской войной сама Смерть, превратив сельскохозяйственный рай в одно огромное поле сражения. Дело завершил огонь. В результате поджога, все, что еще оставалось в Шенандоа живого — от растительности до человеческого жилья и хозяйств, было начисто уничтожено пожаром.

Долина превратилась в мертвое, голое пепелище, и никто из прежних ее обитателей уже не надеялся вернуться и увидеть ее прежней. Но у Природы фантастический запас прочности, она зализала нанесенные ей раны, затянула их травами, кустами и лесами, и долина Шенандоа, что на языке индейцев означает «Дочь звезд», возродилась из пепла, вновь зазеленела и расцвела... не прошло и полутора веков.

На ее нивы вернулись люди, животные и птицы — свыше 200 видов пернатых вьют в парке Шенандоа свои гнезда, косолапые медведи трещат в лесной чаще валежником, прячутся в высокой траве саламандры и змеи. На лесных тропинках и полянах можно повстречаться с белохвостым оленем, рысью, дикими индюшками. А люди снова пасут в долине стада, разводят сады, виноградники и огороды, снабжая весь штат отборными плодами своего труда.

Национальный парк Шенандоа, с его лесами, горами, реками, водопадами и курортами, стал настоящим раем для отдыха и туризма. Только прогулочных троп — в лесу и на склонах гор, здесь в общей сложности 900 км. Одна из них — древний путь индейцев, знаменитая Аппалачская тропа. По самому гребню горных хребтов, окантовывающих парк, бежит узкая лента шоссе с поэтичным названием Skyline Drive — «Дорога вдоль горизонта», предназначенная для тех, кто захочет полюбоваться окружающими красотами и видами на долину из окна своей машины. Впрочем, можно и остановиться — через каждые несколько километров дороги встречаются вполне цивильные обзорные площадки, с сувенирными лавками и магазинчиками.

 

Пещеры Лурей

Славится долина Шенандоа и своими пещерами. Luray Caverns — фантастически-причудливое подземное царство. Каждый шаг, каждая следующая пещера — новый, ни разу не повторяющий себя мир. Небольшие озера и просто скопившаяся на дне вода отражают монументальные нагромождения известковых натеков в перевернутом виде, создавая иллюзию, будто из-под земли навстречу сталактитам тянутся такие же могучие сталагмиты. Иллюзии способствуют хитроумно установленные подсветки, усиливающие ощущение грандиозности и таинственности мира вечной тьмы, мира безмолвия.

Высота подземных залов колеб¬лется от 10 до 45 м. Чем глубже спускаешься, тем выше своды. А в одной пещере, узкой и бездонно высокой, с длинными косами наслоений, свешивающимися из теряющейся во тьме высоты, на крохотной площадке установлен настоящий орган. Это и впрямь — без скидки на американскую пафосность, самый большой и фантастический орган в мире, потому как трубы ему заменяют гигантские сталактиты. И когда музыкант кладет руки на клавиши, а ноги на педали, начинается волшебное таинство. Кажется, что звучит запредельный оркестр, заставляющий вибрировать ожившие своды пещеры. Эхо многократно отражающегося звука создает какой-то пугающе-мистический эффект. Привлекаемые чудом подземного органа, представители американской элиты любят устраивать рядом с ним «эксклюзивные свадьбы».

 

Музей автомобилей и прочее

У пещер Лурей не совсем обычное соседство — Музей старинных автомобилей, нарядных выездных карет и колониальных фургонов — около 150 экспонатов, среди которых немало уникальных: Бенц 1892 года, Кадиллак 1904 года, Мерседес 1927 года, ранние марки Форда... Недалеко от пещер и музея находится величественная колокольня, 47 колоколов которой так искусно подобраны, что когда они начинают выводить своим звоном мелодию, разносящуюся по округе и тающую в горах, получается еще один оркестр — на сей раз небесный.

Неподалеку от Шарлоттсвилла есть природный феномен — огромный Естественный Мост (Natural Bridge), перекинувшийся через небольшую горную речку. Вернее будет сказать, то не мост перекинулся, а река проточила себе дорогу в скале, открыв в ней самое настоящее окно, отчего и образовался этот удивительный мост, высотой более 70 м.

Туристов привозят к нему дважды — один раз днем, проводя их по мосту, второй раз к вечеру, с прогулкой понизу — вдоль русла реки, и с показом светомузыкального лазерного шоу, с громким названием «Сотворение мира», на фоне окружающей природы. В промежутках между двумя визитами к Natural Bridge группе предлагают посетить местный Музей восковых фигур и фабрику при нем, где эти фигуры изготавливают. Последнее может быть даже интереснее, чем сам музей.

В штате великолепно развита транспортная инфраструктура. Сказывается, видимо, близость Вашингтона и наличие крупнейшего военно-морского комплекса в устье Чесапикского залива, рядом с портовым старым городом Норфолк. Вашингтонский метрополитен, второй по величине в стране, охватывает два соседних штата — Вирджинию и Мэриленд. В отличие от нью-йоркского, в нем царят идеальная чистота и порядок. Многие американцы, работающие в Вашингтоне, имеют дома и квартиры в близлежащих городках Вирджинии и в их окрестностях, благо сообщение, и в первую очередь метро, позволяет терять на дорогу минимум времени.

Города Вирджинии — помимо пригородов, входящих в метрополию Вашингтона — хоть и небольшие, но зато уютные, не лишенные красоты и своеобразия. Это Ричмонд — столица штата, Вирджиния-Бич, Линчберг, Норфолк и т.д. Вирджиния-Бич — хорошо известный на восточном побережье крупный приморский курорт, и этим все сказано. Он растянулся вдоль берега Атлантического океана, гордясь своей «самой длинной в Америке» прогулочной аллеей и полным, как и положено, джентльменским набором — гостиниц, пляжей, бассейнов, ресторанов, дискотек, баров, кафе, магазинов, кинотеатров и пр.

 

Ричмонд

Ричмонд был во время Гражданской войны столицей конфедератов. Красивый, чистенький, просторный городок с сорока парками, с Историческим центром «Валентайн», с Капитолием на холме, отличительная особенность которого — отсутствие купола, и почему-то с пустынными, словно вымершими улицами (хотя это свойство многих городов Америки, где у жителей вместо ног колеса).

Северяне жестоко сражались за город с южанами, пытаясь его отвоевать. И когда им это удалось, южане, вынужденные покинуть насиженные места, подожгли его, чтоб не достался врагу. В результате одна четвертая Ричмонда превратилась в пепелище. Сегодня это отреставрированный, реконструированный и разросшийся современный город, украшенный рекордным количеством конных статуй на высоченных пьедесталах — президентам Америки и известным военачальникам, включая конфедератов.

Есть в Ричмонде Отель им. Томаса Джефферсона — один из самых элитных и престижных в стране, открытый с 1895 году. В центре помпезного лобби, обрамленного массивными двухъярусными колоннами, с дорогой антикварной мебелью, коврами и картинами, — беломраморная статуя третьего президента, чье имя носит отель. Кто только ни останавливался в его шикарных апартаментах, начиная с 11 президентов страны.

Маргарет Митчелл провела здесь несколько дней как раз в ту пору, когда работала над покорившим весь мир романом «Унесенные ветром». Красная лестница огромного лобби — рассказывают по сей день постояльцам работники отеля — вдохновила писательницу на одну из ключевых сцен романа. Во время экранизации книги эту сцену и несколько других снимали в отеле Джефферсона.

Если Митчелл побывала в Ричмонде проездом, то другой американский писатель, Эдгар По, вырос в этом городе и долгое время жил и работал в нем, что увековечено его памятником в парке перед Капитолием и домом-музеем Эдгара По.

 

Александрия на Потомаке

Еще одна веха истории — Александрия, что лежит на западном берегу реки Потомак в окрестности Вашингтона. Название свое город естественно унаследовал не от легендарного Александра Македонского, а от двух братьев-капитанов — Филиппа Александра II и Джона Александра, выделивших в свое время территорию под закладку города. Благодаря удачному географическому положению Александ¬рия-таки превратилась в настоящий добротный город с многоэтажными каменными домами, став речным транзитным портом на реке Потомак, по которой осуществляется навигация иностранных судов с Атлантики вглубь страны.

В Александрии, как и повсюду в Вирджинии, каждая пядь земли овеяна теми или иными историческими событиями. Весной 1755 года губернаторы пяти штатов: Вирджинии, Мэриленда, Пенсильвании, Массачусетса и Нью-Йорка, собрались здесь для принятия совместного решения об изгнании французов с их территории. Во второй четверти XIX века тут находился один из самых крупных невольничьих рынков страны. Свыше тысячи рабов ежегодно переправлялось через город на плантации Миссисипи и Луизианы. Первые столкновения между Севером и Югом произошли в Александрии. Здания Вирджинской семинарии и Епископальной Высшей школы во время Гражданской войны были превращены в госпитали. Здесь сложил голову полковник Элмер Эллсворт, вошедший в Александрию с армией Союза. Он был застрелен хозяином отеля за то, что вознамерился снять с его крыши большой флаг Конфедерации, который был виден даже из Белого Дома в Вашингтоне.

Теперь это всего лишь история, и здесь процветает совсем иная, мирная жизнь. Александрийский Форт Уорд превращен в Парк-музей Гражданской войны, а в здании Торпедной фабрики времен Первой мировой войны разместился Центр искусств, вокруг которого выросла оживленная прибрежная зона отдыха с парками, аллеями, гаванью, магазинами, ресторанами и пр. В 1999 году Александрия отпраздновала свое 250-летие. Ее первая пристань и Старый город с историческими зданиями и сопряженным с ними прошлым бережно сохраняются.

 

Джордж Вашингтон и Маунт-Вернон

В предместьях Александрии находится фамильная плантация Джорджа Вашингтона — Маунт-Вернон, в которой до него уже прожило 4 поколения. Унаследовав плантацию от отца, Вашингтон перестроил все на свой лад, включая двухэтажную деревянную усадьбу, и жил здесь постоянно, в промежутках между государственными делами, вплоть до самой смерти в 1797 году. Он похоронен вместе с женой на фамильном кладбище, под горой Вернон. В настоящее время усадьба-плантация Вашингтона является музеем и национальным историческим памятником.

Казалось бы, лучшего места для могилы нельзя и найти — первый президент Америки покоится в облюбованных им самим при жизни пенатах. Однако вот что думают по этому поводу китайские специалисты Фэн-шуй, тысячелетиями придающие огромное значение месту захоронения человека, будь то император или простой крестьянин: Если место выбрано верно, с соблюдением древних канонов, то потомки усопшего будут вознаграждены всеми земными благами. И, соответственно, несоблюдение необходимых норм негативно отразится на всех последующих поколениях. В качестве иллюстрации Чень То Сан — крупный знаток Фэн-шуй из Гонконга, приводит насильственную смерть Джона и Роберта Кеннеди, как результат «неудачного месторасположения могилы их дедушки». На том же основании Чень То Сан предсказал в 1979 году, что Эдвард Кеннеди никогда не будет избран на пост президента.

Уже другой мастер Фен-шуй самой высокой категории, Линь Юнь, побывав на могиле Джорджа Вашингтона, заявил, что она однозначно «неправильная». Расположена слишком низко — у подножия горы, к тому же крона большого дерева, растущего рядом, не пропускает солнечные лучи. И сделал безапелляционный вывод: недостаток солнца и ци (жизненной энергии) над могилой основателя государства препятствуют успешному развитию страны.

 

Президент Томас Джефферсон и Монтичелло

Родился в Вирджинии и третий президент США, Томас Джефферсон, автор Декларации независимости, получив в наследство от отца нескольких рабов и 2750 акров земли с поместьем Монтичелло, на вершине холма, рядом с городком Шарлоттсвилл.

Это был высокообразованный, творчески мыслящий, разносторонне развитый человек. Собранные им книги — свыше 6 тыс. томов, заложили основу большой библиотеки Конгресса. Отойдя от государственных дел, он вернулся в Монтичелло, где и провел последние 17 лет своей жизни. Все до последней мелочи было здесь продумано им самим, начиная с планировки жилого дома и кончая оригинальными инженерными решениями и приспособлениями в интерьерах комнат. Иные были настолько остроумны и рациональны, что по сей день используются в строительстве домов и их оборудовании.

На закате дней Джефферсон основал Университет Вирджинии, сам продумал дизайн здания, сам сформировал преподавательский состав, написал университетский устав и учебный план и с чувством выполненного долга умер через год после его открытия — в день празднования 50-летия принятия Декларации независимости (4 июля 1826 года). Похоронен Томас Джефферсон здесь же в Монтичелло, как и Джордж Вашингтон — на фамильном кладбище, и тоже у подножья горы.

Плантация Джефферсона представляла собой типичное помещичье хозяйство с рабовладельческой окраской — кузница, конюшни, молочная ферма, винные погреба, огороды и фруктовые сады. На 25 членов семьи трудилось человек 200 рабов, живших тут же. Джефферсон не был сторонником рабства и даже подписал акт, запрещающий импорт рабов, однако перед своей смертью на волю отпустил лишь четырех из 200. Одна из чернокожих рабынь была его тайной любовницей, и даже родила от него двух сыновей.

Сейчас Монтичелло находится на попечении частной, некоммерческой организации Thomas Jefferson Foundation. ЮНЕСКО внесла усадьбу-музей Джефферсона, открытую для посещений, и созданный им Университет Вирджинии в список мирового достояния.

Гостям Монтичелло показывают территорию и подсобные хозяйства, на которых некогда трудились рабы, комнаты имения, винные погреба, откуда вина поднимались наверх специальным «винным лифтом», сконструированным Джефферсоном.

По-соседству с третьим президентом Америки жили еще два — четвертый, Джеймс Мэдисон, и пятый, Джеймс Монро. А всего президентов, родом из Вирджинии, как и в Вермонте, было восемь, за что штат и прозвали «Матерью штатов».

 

Колониальный Вильямсбург

Большой популярностью среди туристов пользуется Колониальный Вильямсбург, бывшая столица британских владений. Группа энтузиастов, начиная с Джона Рокфеллера, совместными капиталами и усилиями превратила его в живой город-музей. Вильямсбург чудом не был разрушен в те горячие времена и частично сохранился в первозданном виде. Иным его постройкам уже почти 400 лет. А те, что не уцелели, были воспроизведены заново. Конечно, старый город напоминает добротную, прилизанную и раскрашенную голливудскую декорацию. И тем не менее, проделанная здесь работа поражает и, несомненно, заслуживает уважения.

В городе в деталях воспроизведен быт колониальной Америки. Таверны, постоялые дворы, лавчонки, мелкие фабрики и заводишки, мельницы, тюрьма... Многочисленные извозчики под цокот копыт по мостовой возят по городу гостей, поскольку на машинах здесь ездить запрещено. Перемещаться можно, если не пешком, то в каретах, на телегах или по реке — на парусных лодках.

Попав в Вильямсбург, вы мгновенно перенесетесь во времени на пару веков назад. Создают эту иллюзию не только дома, улицы, кварталы, но и люди — 3 тысячи штатных горожан, в обязанность которых входит изображать из себя своих предков. И, надо сказать, делают они это с большим удовольствием. Они одеты как в те времена, включая парики, они ведут себя, как в те времена и даже работают как в те времена — гончарами, пекарями, кондитерами, аптекарями, лудильщиками, кузнецами...

Если гость Вильямсбурга пожелает стать не только зрителем, но и участником мистификации, ему предложат облачиться в костюм тех лет и стать на время частью этого иллюзорного быта, а заодно и увековечить свое изображение на память.